Я вышел.

Я вышел.
Снег. И снег. И снег. Я один.
Меня можно любить. Я могу любить. Я один.
Опять много рябины. Как в тот год, когда я впервые появился в ее новой квартире. Она есть. Есть я . Я любить она. Я один.
Пришел друг из армии. Здоровый, как шкаф. «Человеком стал»,- военкомат. А у меня прочный суицидный стержень меж ребер и желание проснуться с ней в одной постели; чтобы еще снег за окном шел. И все было бы, как раньше.
Наверное, можно и с крыши.
Милая, вернись, пожалуйста.