Через поля и лес, дорогой твердой, каменной,
По той, которая и летом не пылит,
Я гордо ехал на коне прямой и правильный
И видел цель свою не так уж и вдали,
Узду не брал, она коню трепала холку
И осторожным шагом шел мой верный конь,
Без дела шпоры заржавели потихоньку
И плеть валялась где-то в сумке — далеко…
А рядом ехали семья, друзья в повозках,
Все улыбались, все в порядке — полный штиль,
Я захотел курить, где спички, папироски?
Хлоп по карманам, глядь — какая-то бутыль.
Я отхлебнул и показалось что-то пресно,
Еще разок, еще… И забродила кровь!
Рванул по струнам, затянул блатную песню
И очень быстро опустел граненый штоф.
И хмель оглоблей оглушил дурную голову,
Пригнул в седле меня, забил и закачал,
Коня в бока я резанул точеной шпорою,
Ударил плетью с маху, со всего плеча!
Всхрапнув от боли, конь рванулся в бок и крупом
Столкнул повозки кучей в мрак, в глухой овраг…
…Нет не погиб никто, но оказалось трудно
Повозки втаскивать потом на твердый тракт.
Конь, пеной пачкая траву, летел галопом,
Ломился грудью по колючкам и кустам,
На шпорах ржавчину разъело едким потом,
Копыта вязли, он устал и я устал.
Конь шатким шагом снова вышел на дорогу,
Вокруг пустынно, тени страшные грозят…
Меня покинули — и в дьявола, и в бога!
Ребята, слушайте, так все-таки нельзя!
