Холодным утром мир печальный,
Как сон, остался позади.
Я плыл на север, в светлой тайне
В безумном царстве синих льдин.
Я слушал древний голос моря —
Призыв забвенья и мечты
И смерть прочел в бездонном взоре,
У неизведанной черты.
Там легкий храм из нитей света
Парил меж небом и землей,
Холмов зеленых силуэты
Играли радужной каймой.
Там роза нежная дарила
Лучи серебряной луне,
Престол огня, небесной силы,
Пылал в бескрайней вышине.
Но налетел попутный ветер,
И мой корабль помчал вперед.
Сгустилась мгла, как будто пепел
Сокрыл кристальный небосвод
И вот я здесь, по воле Бога,
В тени заснеженных долин —
Усталый путник одинокий,
Достигший призрачной земли.
Судьба всесильная не властна
Над воплощенной чистотой.
И вечен путь к мечте прекрасной,
Недостижимой и святой.
(Опубликовано в литературном альманахе «Мурманский берег» за 2003 год)
После неоднократного прочтения не удалось уловить мысль автора. Много сравнений, превосходных форм, которые порой тоже остаются непонятными — «нежная роза дарила лучи серебряной луне», «я плыл на север к светлой тайне», «достигший призрачной земли». Возможно, только у меня возникает такое количество вопросов.