Даниил Туровский
Создатель мира

Меня окружали мрачные серые стены темницы. Тонкий луч света пробивался через щель в углу. Я сидел на кучке сена и поглядывал на противоположную от меня стену. Серая краска отдавала слабым блеском.
« Чего ты добился в жизни?» — донесся из глубины сознания голос.
— Лучше промолчать, промолчать, – уверял я себя. Знал, что не стоит говорить самому с собой. Может привести к неприятным последствиям.
« Не стоит молчать, надо ответить», — слова примкнули к горлу.
— Нет! – из меня вырвался истошный крик. Медленно, но я сходил с ума в этой страшной темнице. Не общаясь, не разговаривая. Находясь в заточение у самого себя. Верно, голос задал правильный вопрос, – чего я добился в жизни? Ничего. Просидел на рыночной площади всю жизнь. Рисовал картины, продавал. На этом все приключения и заканчивались.
« Но почему ты здесь? Ты же художник. И не самый худший!» — голос вырывался на свободу, и я охрип, не в силах больше выдерживать это мучение.
— Не знаю. Из-за несправедливости. Я не виноват, – прошептал я, поднявшись с пола. Прислонился лбом к прохладной каменной стене. Полегчало.
« Но все же. Расскажи, станет легче», — голос утихал. Слова звучали спокойнее и убаюкивали.
— Я знаю! – прокричал я, – расскажу. В тот день все пошло неправильно. Утром, разбирая палатку, я случайно уронил одну из картин. Полотно разорвалось. И заказ, безусловно, пришлось отменять.
Следом за этим, через считанные минуты, в палатку въехала телега, — лошади вышли из под контроля. Как хозяин не извинялся, а убытки были на лицо. Но упрямиться он не стал и заплатил. А потом…
« Какая душещипательная история, продолжать, пока не стоит. Мне нужно передохнуть»,
— голос затих.
— Кому мне? – воскликнул я, но было поздно. Голос скрылся в чащобах неизвестности.

Я проснулся от выступившего на лице пота. Он стекал тоненькой струйкой, попадал на глаза, и те щипало. Вскочил.
« Слушаю тебя. Продолжай свою историю, узник», — прозвучал голос.
— Хорошо. Но ответь мне на вопрос – кто ты?
«Кто я»?
— Да.
« Я не могу тебя ответить, поскольку не знаю ответа».
— Но как же так?
« Рассказывай историю. Этими вопросами ты не выяснишь ничего».
— Будь, по-твоему, продолжу. По истечению рабочего дня я вернулся домой. Переоделся и сел на кровать. Взял в руку книгу, – как не странно для обыкновенного рыночного человека, но я любил читать. Не жалел последние деньги на их покупку и относился к ним с должным уважением.
В дверь постучали. Я немного разозлился на незваных гостей, но дверь открыл.
На пороге стояли два послушника церкви, в белых одеяниях. У одного был в руках серебряный крест. Второй держал за одеянием книгу. Я четко видел выступившие прямоугольные очертания.
— Добрый день, прошу, заходите. Что привело вас в мое скромное жилище? – послушники зашли внутрь, и я захлопнул дверь.
— И тебе день добрый. Мы по важному делу, – первый сел за стол.
« Так это инквизиторы. Называй их именно так. Ничего более они не достойны. Убийцы»! – голос прервал мой сказ.
— Из-за тебя я сбился! – проворчал я, вспоминая на каком моменте истории, остановился.
«Инквизитор с крестом в руке сообщил, что они пришли по — важному делу» — напомнил голос.
— Угу. Не соизволите ли объяснить по какому именно делу? – я присел на кровать, обращая взгляд на второго инквизитора. Который в это время быстро перелистывал страницы в книге.
— Святой церкви Атиона не нравится, что вы нарушаете закон, – не отрываясь от книги, сообщил второй.
« Интересно. И что дальше»?
— Но что я натворил? – воскликнул я.
— Натворил? Вы применяете в разговорах такие детские словечки? Повторюсь, вы нарушили закон. Святой церкви Атиона не нравится, что за картины вы рисуете. Они проповедают не тех богов.
— У меня нет рисунков на религиозные темы!
— Вы думаете, что нет. А на самом деле – есть. Вселился в вас недобрый бог и теперь вытворяет гадости. Поэтому по закону Святой церкви Атиона, я заявляю. Вы должны быть наказаны.
— Наказание строгое? – только спросил я.
— Думаю, да, – без иронии ответил первый инквизитор.

Следующим днем был вынесен приговор. Заключенному, то есть мне, разрешили взять с собой некоторые вещи. Долго думать не пришлось. Я взял набор красок. И теперь я тут.
Я вдохнул затхлый воздух темницы.
« Очень странно».
— Что странно?
« Странно, что ты не пользуешься своей способностью. А словно зачарованный ничего не делаешь. Мог бы, по крайней мере, рисовать.
— Но где?
« На стене, например».
— Ты мне поможешь? Поможешь спастись? – я вспрыгнул с пола. К кому я обращаюсь? В этой темнице, кроме меня живых существ нет.
« Уже».
— Но как?
Ответа не последовало. Обман? Или помощь и на самом деле была оказана? Сказана загадкой?
Стена освещена лучом солнца. Налетели воспоминания. Я достал из-под сена набор красок. Но как же рисовать красками без воды? Без кистей?
Кисточки можно заменить сеном. Но как быть с водой? Слюна! Естественно. Я вспыхнул от радости.
Я поверил в шанс спастись. Главным вопросом следующего дня стало другое, — что мне рисовать?
Свободу. Но что такое свобода? Что она для меня? Наверное, чириканье птиц и жужжание шмелей над бескрайними полями. Щебетание листьев и журчание ручья. Как услышать все эти звуки на рисунке?
Нарисовав ее, я увижу изображение. И только. Но теперь у меня есть мечта, – очутиться на свободе.

Работу я начал на следующий день. После того как продумал все детали и нюансы. Распланировал где что стоит. Куда падают лучи солнца. Где на цветочке сидит пчелка. Все.
Работа кипела на протяжении нескольких суток. Наконец я прислонился к стене и смог рассмотреть свое творение. Реально.
Я смотрел на пейзаж. Любовался всеми красотами природы. До фантазировал движение и звуки. Еще реальнее.
Услышал те самые желанные звуки. Увидел, как белка перепрыгнула на другое дерево.
«Красиво получилось», – голос вернулся.
— Согласен, – пришлось оторваться от стены, – вернулся?
«Ты так уверен, что я мужского рода»? – голос удивился.
— Если хочешь, буду говорить – вернулось?
«Не стоит. Ну что, какие дела»? – голос словно ждал определенных слов.
— С прошлой нашей встречи не прошло настолько много времени, чтобы случилось, что – то на самом деле важное.
«Ты нарисовал картину» — убедительно произнес голос.
— Это важно? – я встал с кучки сена. Бросил взгляд на рисунок. Красиво. Осталось проработать несколько контуров.
«Конечно» — голос утих в глубине сознания.

Ночка выдалась скучная. Произошло лунное затмение, и луч свет не падал на стену. От чего работать над рисунком, стало невозможно.
По утру, когда взошло яркое солнце, я начал дорабатывать. Исправлять последние ошибки.
Обвел реку. Добавил в нее солнечного блеска и синевы. Трава пожелтела. А голубое до этого небо, окрасилось в синевато – фиолетово – красный оттенок. Вдали зазеленел лес. Распустились многокрасочные цветы. Даже мимо пробегающий заяц сменил свою белую шкурку на сероватую.
Изменилось все. Я не планировал так кардинально изменять рисунок. И не заметил, как пролетел целый день.
Я не мог жить без рисунка. Тот стал для меня неким стимулом жизни. Отбрасывал идею покончить с собой. Давал силу.
« Ты не можешь жить без рисунка? Это проблема» — голос звучал сонно и устало.
— Да, это так, – я мазнул самодельной кисточкой по реке.
« Плохо, плохо. Нужно с этим что-то делать».
— Но что?
« Я сам не знаю. Но тебе следует выбираться из этого гнусного места. Здесь твоя душа гаснет день ото дня», – голос зазвучал, как расстроенная гитара.
— Но как? КАК? Я хочу выбраться! Я чувствую, как становлюсь слабее. День ото дня, – прокричал я. И присел на испорченное сено. То уже давно не годилось никуда.
« Почему ты спрашиваешь это у меня? Спроси сначала у себя».
Голос ушел.
— Как выбраться? – эхом от стен отчеканил, заданный мною, вопрос. Ответом последовало молчание воздуха, — но почему?!
Сил не хватало ни на плач. Ни на огорчение.
В бессознательном состоянии я упал.

Рисунок сиял. Я присел напротив – можно помечать о свободе…
…над рекой висел непроглядный туман. Лягушки прятались за камышами, привлекая любопытных ворон.
Я бежал по колючей траве. Чувствовал прикосновение каждой травинки. Остановился и примкнул к земле. Оторвал листочек с куста, наклонил. На язык упала капля прохладной утренней росы.
С разбегу, оторвавшись от берега, я прыгнул в реку. Я плыл. Плыл по-настоящему. Так как плавал раньше – в свободной прошлой жизни.
Выбравшись на берег, я направился в сторону леса. Собрал с дерева орехов и прошел в глубь. Не заметил, что на плечо спустилась белка. Странно, но обычно дикие белки боятся людей.
— Это все моя фантазия, — уверил я сам себя.
Белка тем временем спустилась с плеча к ладони.
— Ты хочешь орехов? – я переложил из кармана штанов на ладонь пару орехов, — вот белки, сами еду себе добыть не могут.
Я гулял. Наслаждался свободой, как мог. Все чаще ко мне в голову забредала одна и та же мысль. Сколько еще будет продолжаться это блаженство? Почему я не возвращаюсь обратно. В окружение сырых темничных стен.
« Давно пора»
« Давно пора было задуматься над этим. Ты еще не осознал, что твоя мечта сбылась»?
— Мечта быть свободным? – я остановился возле векового дуба.
« Да».
— Пока нет, но ты же знаешь…
« Я не знаю. Ты должен это осознать. Скажу тебе одно – ты находишься, там, где находишься. Больше нам с тобой не предстоит говорить. Прощай»!