СЕВАСТОПОЛЬ — ЭЙЛАТ — БАРСЕЛОНА . Из цикла » Запоздалое открытие Европы «

Первый аквариум, который я увидел в жизни, и даже описал его, был — севастопольский. И не просто описал, а сделал и красочную «книгу» в одном экземпляре. На хорошей бумаге, с великолепными рисунками Михаила Крицера, — сейчас этот экземпляр хранится в государственном архиве Севастополя , в моём личном фонде и я очень жалею, что сдал его туда — девочки-архивисточки уговорили, а девочкам до сих пор удаётся меня уговорить…
Потом я познакомился с молодым, — тогда молодым! — учёным из Института биологии Южных морей Виктором Заикой, — написал о нём очерк ( этот очерк, впервые в моей жизни был опубликован на английском языке в ЗАБУГОРЬЕ, и сыграл заметную роль в жизни моего героя — я помещу тоже здесь, на ), и знакомство наше продолжается по сей день… Из молодого учёного, он превратился в «старого», стал академиком, был одно время директором этого же института ЮЖНЫХ МОРЕЙ, в котором , будучи молодым научным сотрудником, производил свои опыты над рыбами…Байкала — это была на первом этапе его работа в Севастополе и первая его научная монография, которую он назвал «ПАРАЗИТОФАУНА РЫБ ОЗЕРА БАЙКАЛ» , которую он и подарил с лестной для меня надписью…
А ещё потом, когда он был уже доктором биологических наук, я «продал» Заику издательству «КРЫМ», сказав, что что лучше Виктора Евгеньевича о севастопольском аквариуме никто не напишет…
Виктор долго отказывался, но когда по его душу в Севастополь приехал заведующий краеведческой редакцией Володя Терехов
( между прочим, поэт), я их свёл на своей квартире, окна которой выходили на Херсонес Таврический… Тут же, не выходя из-за стола, и был подписан «Издательский договор», а через год вышла и первая книга, которая так и называлась «СЕВАСТОПОЛЬСКИЙ АКВАРИУМ» с описаниями и фотографиями. Самый первый экземпляр, Виктор Евгеньевич надписал мне…Переизданий потом вышло много…
Знакомство наше я использовал на полную катушку — за посещение аквариума денежки ж надобно было платить, — для меня рабочего-электрика немаленькие, но я выдавал контролёрам заветную фразу:
» Я от Заики!» и меня пропускали, — это называлось «использование знакомства в личных целях!»…Но, что было, то было. Из песни, как говорится, слово не выкинешь! А вымараешь, это уже будет другая песня.
Первый, в моей жизни аквариум, потряс меня, — я ж приехал в Севастополь из карело-финской Сегежи, где рыбы водились на свободе, не то, что люди-человеки. Проживали себе в морских пучинах северных морей и карельских озёр, но, когда их отлавливали, и превращали в «людей», «выбрасывали» на прилавки , в виде снулых копий или — в консервных банках!
А севастопольский Аквариум, действительно стоит того, чтобы им восхищаться, — в нём, кроме рыб, обитающих в Чёрном море, появились с давних-недавних пор рыбы живые и кораллы из ЮЖНЫХ МОРЕЙ ЗЕМНОГО ШАРА… Но это уже было потом…
А потом в моей жизни появился огромный аквариум, что находится в Эйлате (Израиль) и он тоже поразил меня своим величием, красотой, обилием живых экспонатов и различных развлечений…
Но не о нём я сейчас хочу рассказать-поведать, а об аквариуме, котором в городе-красавце Барселоне…
Барселону вообще надо «пить», как коллекционное вино, маленькими глоточками, чтобы не растечься мысию по древу, и первый свой глоток, со своей супругой Аной, мы сделали из хрустальной рюмки из великолепной бутылки, на которой золотом написано: «БАРСЕЛОНСКИЙ АКВАРИУМ». Но начну свой рассказ об аквариуме с подхода к нему — он не менее красочный и впечатляющий…
В самом конце (или в начале, это смотря откуда заходить!) бульвар Рамбла, — там где памятник Христофору Колумбу, находится акватория старого порта…
Конечно, нам было известно, что внутри колонны, у самых бодтфорд Колумба, — смотровая площадка, но подниматься на неё мы не стали, — лично я чуствовал себя не лучшем образом, а собщаю об этом, не о самочуствии, а смотровой площадке, для своих читателей, дабы знали — при желании и наличия здоровья, можно и на верхотуру забраться, — лифт внутри колонны имеется.
Христофор Колумб — ориентир. И виден на всё нашем продвижении к Аквариуму, или, как его называют ОКЕАНАРИУМУ., — остров, на котором и построен аквариум, соединён мостом с которого хорошо виден и старый порт, и Колумб… Во всяком случае, это мы обнажулили на снимках своего фото-дневника…
Путь свой начну-начнём, дабы быстрей войти в сам аквариум, от площади, на которой установлен памятник Христофору Колумбу (так и хочется рассказать о Христофоре Колумбе, то новое, что я узнал в последнее время об этом человеке, но я сознательно становлюсь на горло собственной песне!)…
Я не собираюсь перессказывать путеводитель по аквариуму, который нам вручат вместе с купленными билетами, я просто хочу передать своё-наше ощущение от посещения этого самого, что ни есть, большого и современного в Европе, названного АКВАРИУМОМ ПОСЛЕДНЕГО ПОКОЛЕНИЯ
Но, до него ещё нужно дойти и мы таки дошли!.. Но пришли в такую рань, что кассы ещё были закрыты и мы обошли его со всех сторон…И не только обошли, но и фотографировались…
Помните, был такой фильм — страшилка «ЧЕЛЮСТИ», молодого, но уже продвинутого режиссёра Спилберга, сделавшего из обычной страшилки-чтива Питера Бенчли, самую известную картину из фильмов ужасов. Тот самый фильм, где рассказывает об охоте за акулой-людоедом, терроризировавшей в течение купального сезона обитателей одного из фешенебельных американских курортов на острове…
Так вот, в этих спилбергско- бенчлиевских челюстях мы и увековечили себя, — Анна мне потом созналась, что чуствовала она во чреве этой страшной акулы, весьма неприятно, — женщина, что с неё возьмёшь! Поэтому наотрез отказалась, чтобы я это фото вывешивал напоказ всем. » Помещай себя, бесстрашный мой!»
Вот он этот снимок с белоснежными челюстями, напоминающий рекламу зубной пасты, — не буду говорить какой, дабы не делать фирме бесплатную рекламу
Нафотографировавшись «от пуза», купив входные билеты, — ох и цены заломили капиталисты — аквариумисты, туды-растуды их в качель! — мы, наконец-то вошли вовнутрь… И… вопль восторга вырвался из наших глоток, — это надо видеть… И никакими словами не передать то ощущение, котрое охватило нас при виде этого чуда чудного…
Конечно, можно, поведать печатным словом, что это самый большой аквариум в Европе, что здесь представлена морская фауна всего необъятного мира, что в многочисленных аквариумах и аквариумчиках, в бассейнах и бассейничках и в каждом из них представлены МОРЯ И ОКЕАНЫ, со всеми их морскими прелестями, такого огромного и такого хрупкого нашего земного шарика. И всё, или, почти всё, крутится, вертится, шевелится, ворчит, шипит — живое и неживое! — ДЫШИТ ЖИЗНЬ.
И сейчас, в домашней обстановке, рассматривая бесчисленные фото-дневники, сработанные в аквариуме, вспоминаешь, вспоминаешь, вспоминаешь…
Разве забудешь это огромный стекляный тоннель, проложенный под огромным океанариумом, в котором плавают гигантские акулы, скаты и рыбы…

На мелкую рыбёшку и внимания не обращаешь — плывите, плывите, родимые…

Дайте с госпожой Акулой поговорить… И, о радость то какая, акула-каракула тотчас подплыла ко мне с сомкнутыми челюстями… Но я несколько её не испугался, — ведь меня отделяло от неё толстое стекло…
И Анну Акулина Акульевна не напугала, хотя и привела с собою стаю акулью…
А я, глядя на это рыбье царство, вспоминаю своего первого гида из своего прошлого, вспоминаю мини-лекции молодого Виктора Заики, ставшего директором Института биологии южных морей :
— Древнегреческий бог морей, владыка подводного царства Посейдон однажды обиделся на человечество:
«Как так, — заявил он публично, — земная поверхность занимает всего одну треть поверхности земного шара, остальное же — мои владения! Так почему же землю до сих пор считают кормилицей, а мои богатства скидывают со счета?! А между тем, мне известно, что на земле очень много голодных, и только с моей помощью можно всех прокормить! »
Скажем так: Посейдон прав и не прав. Верно, голодают еще целые народы. Но не потому, что земля не в состоянии прокормить человечество, корень зла таится в другом… Но в главном старина Посейдон прав: к его богатствам необходимо приглядеться более внимательно. И уже сегодня социологи и экономисты утверждают, что в недалеком будущем основным продуктом питания станут не плоды земли, а дары моря — Человечество будет черпать из океана все необходимое для жизни…
Там, в Крыму, на берегу Чёрного, но прекрасного моря, я умозрительно воспринимал гастрономические разговоры, а тут, на берегу Аквариумного моря, где каталонцы, — великие гурманы! — переведя ласковое слово МОРЕ из среднего в мужской, а чаще всего, — в женский род… А что может быть на свете прекрасней женщин!? Разве только мужчины?…
Так вот, прекрасные женщины и мужчины Каталонии из просто заикинских даров моря, делают удивительные гастрономические шедевры.
Ну что можно сказать о каракатице, которая глазеет на нас стекляными бусинками глаз, не понимая, что истинный каталонец может сотворить с ней, попадись она ему в другом месте!
Каракатицу эту, тотчас бы посадили в кастрюлю с кипящей водой и превратили бы в салат, добавив к её вкусовым прелестям, оливки, стручковую фасоль, петрушку и, перемешав её с оливковым маслом
А, кальмары! Их бы тотчас зажарили во фритюре!
А, мидии! Их бы тотчас запекли с сыром, тоже перемешали бы с оливками и с белой фасолью… У-у, объеденье, у кого рот большой!
А из трески-бакала, — даже не слышал, что есть такое название, хотя я из трескового северного края, где бытует пословица: «Тресоцки не поешь, цаёчку не попьёшь, — не поработаешь!» А, тут в этой прекрасной стране Испании, где много чего есть что есть, ( извините за тавтологию!), все виды трески принимаются на ура и из этой трески-бакала, вам приготовят с рокфором… Тут я даже фантазировать не хочу и ограничусь словами, — всё, всё, всё, что вашей дущеньке угодно!
Но самая, самая продвинутая рыба, — местная! И называется она — рапа. Она же — рыба-чёрт.
Воистину, чертовски вкусна штучка. Особенно когда ее подают в качестве горячей закуски с крошечными кальмарчиками и соусом из креветок с петрушкой… Это единственное, что мы, при нашем скудном капитале, позволилии себе съесть в ресторане , не выходя из барселонского Аквариума.. Остальные деликатесные шедевры, поразившие нас, выписали из меню или узнали от соседей по столику…
Из времён моего голодного детства, запомнил, бывшее когда-то хрестоматийным:
«- Ох и сладки лягушечьи лапки!
— А ты их едал?
— Нет, я видал, как их мой барин едал…»
Так я из тех, который произнёс: » Ох и сладки…»
Нам подали этого Чёрта целиком. Вместе со страшной башкой, из-зо рта которого, выглядывали острые зубища… Как в песне Владимира Высоцкого,» » Стра-а-а-шно, аж жуть!»
Короче, всё, что есть в тарелках, горшочках, судках, есть в многочисленных… живьем плавают, ползают, копошатся в многочисленных аквариумах и сами едят, едят, едят, и пьют, пьют, пьют, набивая себе не только брюхо, но и цену, попадая на ресторанные столики..
Но вернёмся в самую, центральную его часть , в подводный туннель, где в многомилионном — пять миллионнов литров воды! — где и есть то, ради чего и стараются попасть в это сказочное место…
Бог ты мой, сколько воды! Миллионы и миллионы литров!.. Справа и слева, над головой и под ногами… И , — движущая дорожка! .. Признаться, это обрадовало нас , — за время наших многодневных пеших прогулок, мы измотались так, что наши ноги… гудели от усталости!.. А тут, — «садись и катай в Париж и Китай!»…
И тут, чтобы выразить свою мысль, пришёл на помощь Владимир Маяковский.
Сели и покатили и всё «… стало вокруг голубым и зелёным…» и нас разглядывали, причмокивая при этом , лимонные, серые, тигровые и прочие цари и царицы морские акулы… А одна из этого же «людоедского племени», акула-бульдог, даже облаяла нас, правда, безшумно, а подводный Орёл, горделиво приподняв, свою рыбью морду, проклацал что-то на своём гортанном языке, а рыба Гитара исполнила для нас песню из репертуара любимого мною на веки-вечные Булата Окуджавы ( может быть, это только мне-нам не послышалось?) и все они из рода-племени гигантских скатов, имеющих свою неповторимую расцветку…
Они были б непрочь и своими плавающими собратьями закусить, если б голодны были, но тут вмешивается в этот естественный природный процесс, Его Величество Человек, который , натянув на себя водолазное снаряжение, подводит им им прямо под пасть с устрашающими зубами, из них же выделанные деликатесы, и эти гиганты моря, заглатывают то, что им и полагается… И враз становятся добренькими…
В этом рыбы-звери и отличаются коренным образом от человека, который даже сытый, готов «съесть» себе подобного…
И ещё одна фраза из услышанного, поразила меня, как бывшего электрика, — электричества Барселонский океанариум потребляет больше, чем вся Барселона ровно в два раза!..
Но больше всего меня-нас поразила, можно даже сказать, накрыла тёплой волной, отношение облуживающего персонала (эк, какое канцелярское слово я выкопал из глубины своей памяти!) к братьям своим водоплавающим…
Живёт в океанариуме рыбка мола-мола, рыбонька такая на несколько тонн весом… Мы видели как кормили одну малышечку, приближающуюся к тонне весом! Кормили из… соски. Жидким рыбьим паштетом….
Честно говоря, о Барселонском океанариуме можно и часами говорить, что я и делаю, показывая бесчисленные фотографии, но тут я умолкаю, дабы выслушать вопросы не только своих гостей, сидящих, — в разное время за моим столом, — но и своим друзьям, «плавающим» по большому Забугорью .