… обуздать сутулую судьбу
сердца, уходящего не в пятки –
в горло, в недомолвки, в три закладки:
раковину, панцирь, скорлупу;
где не проскулить и не провыть,
не чихнуть, не свистнуть в эту серость,
лишь звезды соринка в горле-сердце
через выдох обретает вид
сола для немых или глухих,
то есть неозвученной петарды
изо рта, теракта миокарда,
рецидива пульса на стихи,
выплаканных досуха очей,
но еще хранящих злую накипь
взгляда, что блуждает, как лунатик,
конченый, никчемный и ничей.
Сергей Матросов
Сердце, убегающее в печень,
в родинку на розовом боку,
в глаз, что кареглазостью отмечен,
и в ужасно толстую кишку.
Там в кишке ни кашлянуть, ни свистнуть,
ни икнуть, ни пукнуть, ни рыгнуть,
ни родить подобье хилой мысли,
ни пивка с приятелем хлебнуть —
лишь склонять несвистнутое соло:
соло, сола, солу, солом — до утра,
лишь играть в засушливое поло —
очень уж азартная игра.
Пульс на стих ложится рецидивом,
хоть не закусить и не поддать?.
чтоб стихом никчемным, будто дивом,
горб судьбы несчастной оседлать.
