Комната. Стол. Два стула. Божница.
Человек в черном украшает тарелку. Говорит:
— Чтобы не было пустот. Вниз кладем нарезанную булку. Сверху печенье, вафли, сладости: конфеты, зефир. Тарелка должна быть богатой.
Другой человек в черном собирает на стол. Потом достает спирт в бутыли. Разводит. Говорит:
— Пять частей воды и одна спирта. Или две части воды и одна часть спирта. Не помню. Не перепутать бы.
Закончив, они ходят вокруг стола, потирая ладони. Потом по очереди приближаются к божнице, делают поклоны. В это время раздается стук в дверь.
Человек в черном долго смотрит в глазок. Затем говорит:
— Какой-то пьяный. Впускать или нет?
— Давай, запускай! – говорит второй в черном.
Заходит старик, одетый колхозником. Он покачивается. Подходит сначала к божнице. Кланяется. Потом поворачивается к людям в черном. Старик говорит:
— Вы должны сесть.
Люди в черном не понимают. Переглядываются.
— Садитесь и держите руки вот так.
Старик показывает, как надо.
Люди в черном садятся. Старик по очереди подходит к каждому, берет за локти, а потом дарит по конфетке. Человек в черном уступает стул. Старик садится. Ему наливают разведенного спирту. Подают рубль. Старику наливают три рюмки. Между приемами спирта он рассказывает:
— Соседей я боюсь. А почему? Они мне заявляют, что я переспал с их дочкой. У меня волосы на голове встали! Я же не скот. Так бы и взял их да стукнул хорошенько лбами!
Старик показывает, как бы он это сделал. Плюется в сторону.
— Ну, спасибо вам, — говорит, — Здоровья!
И уходит.
Снова стук в дверь. Человек в черном смотрит в глазок:
— Какой-то пьяный. Запускать?
— Давай! – отвечает человек в черном.
Заходит молодой парень. Покачивается. Идет к божнице. Кланяется. Подходит к людям в черном. Подает по печенью. Трогает за локти. Его усаживают. Наливают спирт. Преподносят с рюмкой рубль. Парень говорит:
— А вы почему на Обо не были?
— Были, — отвечают люди в черном.
— Я вас там не видел.
— Мы раньше ушли.
— А-а, — говорит парень и ждет вторую рюмку. Человек в черном наливает по второй.
— Я раскрашиваю драконов в дацане, — говорит парень, — Я и еще один. А лама рисует.
— Столбы раскрашиваешь? – спрашивает человек в черном.
— Не столбы, а колонны.
Ему наливают третью рюмку, и он уходит.
Снова стук в дверь.
— Какой-то незнакомый. Что делать?
— Запускай! – говорит человек в черном.
Входит еще один парень, одетый плохо, с каким-то черным лицом. Он ищет божницу. Кланяется. Потом идет с протянутой булочкой к человеку в черном.
— Не бойся, — просит, — Не бойся.
Он садится и говорит:
— Я с голоду пухну. Жрать хочу!
— Суп еще не сварился, — отвечает человек в черном.
— Ничего. Тащи! – командует парень. Он жадно ест. Съедает все, что на столе. Выпивает три рюмки и говорит:
— У меня туберкулез. Открытая форма. Всех я заразил. Лечиться не хочу. Мои от меня убежали. Одного бросили. Пью я!
Парень стукает кулаком по столу. Громко читает мантру:
Шагсал дулмаа нюрбаа баамуу
Жанни гаджиг логдан даамоо
Жигдэн сумгаан шужи шалжи
Гэсэр живаа лайни жонмаа
Шагсал донгой лаваа гундуу
Гамба жанни зэгбии шалмаа
Гармаа домпрэг согваа намжии
Рабду шээбии отров бармаа
Убегает.
Люди в черном начинают мыть посуду, стол. Протирают тряпочкой стулья и дверную ручку.
Снова стук в дверь. Человек в черном глядит в глазок.
— Двое пьяных.
— Не пускай. Скажи, никого нет.
— Дома никого нет, — говорит человек в черном.
За дверями тишина.