ПУТЕШЕСТВИЕ К ГВАДАЛКВИВИРУ

кривой холоп из той деревни,
где знают мало что про мiр
в сортире из газеты древней
узнал, что есть гвадалквивир

украсив ступни киноварью,
он разбежался и взлетел,
а я, являясь божьей тварью,
перекреститься захотел

составив кукиш православный,
смиренно в небо постучал
\»скорей отцы, мне нужен главный\»
я, глядя в землю, пробурчал

холоп тем временем без крыльев
преодолевши полпути,
решил перекусить в трактире,
чтоб силы снова обрести

хозяин глаз стеклянный скалил,
в колене ногу не сгибал,
и пальцы в глубине сандалий
то напрягал, то разжимал

поставлен перед гостем кубок,
из перстня с бледным янтарём
клещ выкрался — и прям в желудок
проник за пенистым ручьём

холоп по утру на балконе —
полёт продолжить чтобы свой,
но выше тридцати ладоней
не смог подняться над землёй

не придавая много смысла,
что колотьё с кровавым потом,
себя он двигал силой мысли
через пустыни и болота

и, волоча по почве ноги,
он всё смиряться не хотел,
что мохноногий, круторогий
нарыв в груди его созрел.

не знал, какое злое чадо
под левым он несёт соском.
но Бог шепнул мне, что так надо —
я успокоился на том.

кривой холоп, роняя капли
мычать от боли принялся
и принял облик серой цапли,
подобно бабе на сносях…

молитвы — чёрствые буханки,
стремясь из дома, он забыл,
и предков гордые останки
гвадалквивир ему затмил

он изгибался как пружина,
метался в небе грозовом,
и ни один ещё мужчина
не мучался так до него

кривлялся до прихода ночи
потом на острого ежа
грудиной рухнул что есть мочи,
нечеловечески визжа.

а в темноте, почти что трупом,
поднявшись в воздух, как лежал,
к гвадалквивировым уступам
неслышно перекочевал.

и тихо отошёл к богам,
существования которых
он даже не подозревал.