Ценностям присуще изменение – вариабельность. Заложение… Выражение сексуальности, или она все затмит, став доминирующей потребностью, чтобы думать. «Тут важнее не что ты делаешь, а как», – это слова одного очень известно порно актера. Забавно, но он прав… пусть и крайне аморален. Не смотря на специфический род деятельности и перверсии психики, он способен «здраво мыслить», понимать, выражать… Его сексуальность не мешает ему думать, я молчу про траханье… вытворяет. Но это не важно, вернемся к затронутой теме, это куда существенней. Итак – творчество, писательство.
Быть собой, пусть и противоречиво, противоестественно. Живой или существующий, мир или ты… чрезмерное самолюбие, показуха. Когда начинают умничать, уже не могут писать, мир прост – ты его отражение. Вырази себя и выразишь весь мир. (Можно привести такой вульгарный пример: когда неуемно оттягиваешь, и вот уже, только подумаешь, и сразу извергаешься!)
Что не делается должно отдавать новизной, глоток свободы – еще одна лепта в обуздании чувств, рывок в понимание, еще одна строка и т.д. В борьбе рождается истина. С холодным умом, но с горячим сердцем, больше думай, меньше чувствуй, совмещай, не вороти агрегаций, не влачись за чьим-то мнением, создай свой взгляд, непохожий не на чей-либо другой, в этом мир… Разнообразие. Мир – мозаика, жить, значит – по крупицам собирать его для себя, его неотъемлемого кусочка.
В каждом теплится тонкая грань между безумием и гениальностью, заложенная ценностями, иногда она разрывается, тогда все вокруг начинает дрожать… когда же достигается пресловутая гармония, тогда накатывает покой и уверенность, степенность действий. Чтобы не выпустить эту нить оголенного нерва жизни, необходимо постоянно поддерживать себя в состоянии сознательности, не позволять наслоений и затмений, крайность заключается в том, что все возможно, от крайностей не убежать их просто для себя необходимо уравновесить.
Ты можешь свернуться в крючок под гнетом, а можешь перенаправить его, и тут не важно кто вел в игре в самом начале, ведь нет побед и поражений, если быть до конца откровенным. Увидеть мир и свое место в нем, расставить шансы… По сути помехи противоречий создаешь себе сам, за тебя некому в них и разобраться, психоанализ миф, как отчасти и вся психиатрия. Мир – сгусток распределенной энергии, в равновесии сумбура Хаоса. Понять это достаточно, чтобы начать жить, а не подстраиваться и подгонять понятия под себя.
Писатель должен учиться понимать – это его работа. Смело бросаться в неизведанное… Все сводится к неадекватной реакции, слепоте. Это для многих камень преткновения. Именно поэтому в мире мало писателей с исключительным мнением, оно основополагающее творчества, это что-то вроде фарватера. Без мнения ничего не поймешь, все сведется к подражанию или заносчивости, когда начнешь писать, получится, что ты слишком недалек или отвлечен, невнятен. Тут пролегает тонкая грань, различить которую может только писатель, это его задача, чтобы не снизойти на «личности», то есть – не понимая себя во всех мелочах, не поймешь окружающих, разменявшись на мелочное прозябание. Смысл есть в каждом, безусловно, разница только в его величине, так называемом «качестве человека». Иначе – «каждый имеет право на жизнь, но далеко не каждый способен жить!» Примерно здесь пролегает черта сознательности и предрассудка, гения и безумия, жизни и существования.
Отдельное место отводится под фантазию, что можно отделить от ума, хоть, пожалуй, она его продолжение, производная, соразмерна его складу. Выборность тут как раз, кстати, если тащить все что приходит в голову на бумагу, то на ней просто не останется места для содержания и смысла, выразительности. Господствует «единый негласный принцип продуктивности»: записывать можно все, писать нужно отборное. Вот именно здесь на пути искренности может встать самолюбие, отсутствие мнения… «Придирки памяти» – это я упустил безвозвратно – нелепы и неуместны, когда ты живешь (и пишешь) здесь и сейчас (не потом, не тогда), а не нигде и никогда. Некоторые вопросы предполагают ответ в подтексте…
Теория без практики скудна, блекла и бесполезна, существенна «цепкость связи состава», размышления чреваты разложениям, если постоянно переноситься на раздражения или гипертрофированные принципы, активированные и подстегиваемые затронутым самолюбием, на месте которого гоже быть рассудительности, – самости в принятии решений, вместо вер и подстановок.
Все строится на паритетных началах, популярность (авторитетность) в этом свете выглядит как «получение одобрительности, снисходительности свободы», – своевременное попадание в эпицентр господствующих вкусов. Но «вкус» ничего не решает, он лишь миг, задача игры, верчение волчком, движение по кругу, но в никудышную непонятность, вместо осознания. Яркое свое и есть все чужое… Веет чужим, когда не в силах совладать со своим мнением, ты уже не ты тогда.
Неудачники обретают бренный искус эпидемией надежд и иллюзий, которым не суждено сбыться, я учитываю любые умения, скрасив их своей независимостью. Живу ценностями, которые всегда могу переписать, обновить, так открываются горизонты.
Помехи нужны для устранения, или появляются сомнения, перерастающие в заблуждения, которые уже бессмысленно использовать. Что-то вроде предвиденья наплыва уродов, что неустанно трахаются друг с другом, плодя себе подобных. Все остаются при своих никчемных интересах и потребностях, большинство не учитывает личность. Это не свобода…
Найдись! Мнение каждого неисключительно, но оно к этому идет, особенно, если оно независимо, и благодаря этому видит других. Усилия для этого заложены во «вдохновение» – трение идеала и принятой данности. Писатель говорит живо про мир, он с ним на «ты», у них взаимное уважение и понимание, друг друга они не отвлекают…
Копошатся и мешают образы в тебе, не ты, все, что ты не понял, на тебя давит, все, что ты принимаешь на веру, тебя губит, оставь место на «возможность» и ты со временем покинешь безумие… Писатель один как мир, но идет к этому, чтобы ему ничто не мешало работать. Жить надо, а не прозябать, опирая и сводя, не замечая ничего, все на внутренние проблемы, которые требуют разрушение, переоценки, распределения. Разрываешься на чувства, пока не прейдет разум, все остальное пустые сравнения, стесняющие… Думай и слепо не следуй своим позывам, сменяя помыслы законченными мыслями, своими мыслями, всегда пребывая в сознании.
Выражая себя искренно, транслируешь целый мир. Сиди и пиши, если этого боишься, режь вены, чувства погубят того, кто с ними не научился совладать посредством разума. Если не можешь говорить, молчи, если не в силах выразить и совладать собой, то думай. Все просто… не отвлекайся. Подходящие мысли всплывут, как мертвый абориген, если ты не будешь давить на себя, привязывая к ногам груз, лети, не скользи.
За мной то, что я выражаю, значит – целый мир, в отношениях могут возникать временные проблемы, они устранимы внутренним зрением, уверенность разума придет, если ее не отгонять сомнениями чувств. Сознание непрерывно, как и твое пребывание в кругу мира, что не делает одолжений, хлесткость мысли может и разрушить поруку, главное, чтобы не забрало часть тебя с собой, оставив наедине с безумием бесконечности… с беспомощностью перед ее мощью.
Писатель видит тонкие грани существования, это его и отличает от других людей, поэтому он бьет, а не оправдывается, когда его примеру не следует, он эгоист, но в перспективе норовит стать ярым альтруистом, только когда общество для этого достаточно подготовится, не раньше. Все уходят, когда устали идти, от этого сам процесс движения не теряет свою привлекательность, но у него никогда нет никаких просьб и требований, ты жив или нет, третьего не дано, это мало кто отмечает, видит. Из ничего во все движемся, что дальше мысли… бесконечность.
Стадные позывы гинут, победы учитываются, стаи загоняются, преобразуются, запутавшиеся в плаценте доживают отведенные мгновения в памяти поколений, мир вращается. Грядет выразительное частное (общее) сформированное выражение мысли. Изобличение – крик поколения! Из существования приходит жизнь, разрушены все уровни безумия сознательностью, все былое исчезло, просто мир… Получен толчок в виде сообщения разума – смерть или полное и безоговорочное, неограниченное ничем освобождение. Исчезни либо явись. Полная свобода выбора и понимание, жизнь, бытие.
Деньги и успешность тут совершенно не причем, они лишний повод затянуть под воду, чтоб ты увяз, утопить в посредственности, невозможности, непонимании, не жизни. Там преграды, неопределенность, нет становления, там банальное существование без продолжателей, разочарование, нет выбора… Распад на мимолетности и крайности, которые больше не открывают горизонтов, они бесцеремонно бросают в разверзающиеся под ногами пропасти пустоши. Но это уже отдельная тема.
P.s. Писать сюда такие статьи оптимально… Ничто еще не определило предел законченности.
