-Так, это для мамы, и все, — сказала Маша, обвязывая красивой лентой последнюю коробочку. Она с подругами, Леной и Юлей, которую все отчего-то называли Юськой, упаковывала новогодние подарки для родителей, друзей, родственников и всех-всех-всех. И приобретение, и упаковка подарков держались в строжайшей тайне: девчонки намеревались устроить близким грандиозный сюрприз. Маша взглянула на часы:
— Ой, девчонки, мне уже пора, а то родители еще просили им с елкой помочь.
— Да я тоже скоро ухожу, — заметила Лена. Собрались они у Юськи, чья семья была счастливой обладательницей небольшого двухэтажного дома.
— До завтра! – отозвалась Маша из прихожей.
— А ей мы что подарим? – спросила Юська, как только за подругой захлопнулась дверь.
— Понятия не имею, — вздохнула Лена, — она ни о чём таком не говорила, кроме…ну, ты ведь и сама знаешь про эти фейерверки.
Тут вздохнула и Юська. Дело в том, что самой заветной мечтой их подруги Маши было увидеть фейерверк. Пусть даже самый немудреный, лишь бы настоящий, а не по телевизору, и не на фото – такое-то, она, конечно, видела уже много раз. А настоящих фейерверков в их городишке никогда не устраивали. Нельзя сказать, что городок этот был совсем уж захолустным – имелись там два вполне современных кинотеатра, молодёжный клуб, театр летом приезжал на гастроли, а вот фейерверков даже по праздникам не случалось.
На следующий день, 30-го декабря, Юська проснулась поздно и в отнюдь не новогоднем настроении. Не успела она одеться, как в комнату влетел её младший братишка и прошёлся колесом.
— Йеху! – завопил он, — я иду на это представление, супер, супер, просто класс!
— Какое ещё представление? – кисло спросила Юська, чувствуя, что сегодня братец раздражает её больше обычного.
— Я же говорю – высший класс! Ну, новогоднее представление – это ладно, но потом ещё всякие прикольные цирковые номера и фейерверк!
— Что?! – Юська даже на стуле подскочила.
— Фейерверк, — не ожидавший столь бурной реакции мальчишка предпочел сбежать от греха подальше.
Юська, не обращая на него внимания, понеслась в кабинет отца. Тот мирно читал газету.
— Папа! Почему ты мне ничего не сказал?! – завопила она с порога, забыв даже про «доброе утро», хотя, учитывая время, «добрый день» прозвучало бы уместнее.
— О чём? – удивился отец, который не мог понять, что произошло с его всегда такой спокойной дочерью.
— О том представлении, на которое идёт этот чудик, мой братец.
— Ну, вообще-то я думал, что ты уже взрослая для такого и тебе это будет неинтересно, в 14-то лет.
— Где продаются билеты? – не дала ему договорить Юська.
— В кассе кинотеатра. Подожди, тебе деньги нужны? – спохватился отец, но Юси уже и след простыл.
Через пару мгновений она по телефону выкладывала Лене бесценную информацию, а 5 минут спустя бежала к дому подруги.
— Я ничего не поняла, что ты мне наговорила, — растерянно произнесла та.
— Сейчас поймёшь, — и Юська потащила её к кинотеатру, попутно объясняя всё ещё раз и прикидывая, хватит ли на билет имеющихся денег.
— Один билет на новогоднее представление, пожалуйста, — крикнула она в окошко кассы.
— Извините, билеты все проданы, — вежливо ответила пожилая кассирша.
— Как – совсем все? — глупо спросила девчонка после долгого молчания.
— Да, — женщина даже встревожилась, — что-то не так?
— Нет, – буркнула Юська. Произнести «всё в порядке» в ту минуту было свыше её сил.
По дороге домой девчонки сперва строили планы того, как: протащить Машку на представление вовсе без билета; выпросить, выкупить или просто отобрать этот билет у кого-нибудь ещё (главной кандидатурой, разумеется, был Юськин брат), после чего решили, что всё это просто глупости и разошлись, каждая мрачнее тучи.
Наступило заветное 31-е декабря, но настроения Лене и Юсе это не прибавило, словно и сами они больше всего на свете хотели увидеть настоящий фейерверк. Часов в 7 вечера страшно недовольная Лена принялась накрывать на стол.
— Ну и что в них такого, в этих фейерверках, — бубнила она, водружая в центре пирог в виде новогодней ёлки, — подумаешь, огоньки в небе. В небе!
Она ринулась в прихожую, к телефону, чуть не сбив бабушку и отдавив ногу маме.
— Юська! – крикнула она в трубку. – Юська, какие же мы дуры, таких ещё поискать! Фейерверк-то будет на улице, любой подходи и смотри!
Юська издала такой звук, словно захлебнулась.
— Скорее к Машке, — торопила Лена.
— Вечер! Праздник! Автобус не ходит! – пискнула Юся.
— Пешком. Успеем!
— Скользко же!
— Успеем!
Не обращая внимания на изумленных до крайности Машкиных родителей и гостей, они вытащили подругу из-за праздничного стола с криком «идём скорее, такое увидишь», помогли ей одеться, и хотя она тоже ничегошеньки не понимала, странный энтузиазм подруг оказался заразительным, и скоро все трое бежали к центральной площади городка.
Они успели как раз вовремя! Такой фейерверк не стыдно было бы запустить в самом большом и современном городе. В небе распускались и медленно гасли сияющие цветы, били разноцветные фонтаны, вырастали огненные деревья и вертелись искрящиеся мельницы, а под конец хлынул настоящий звёздный дождь, отливающий всеми цветами радуги. Взрослые радовались, как дети, а дети пытались поймать хоть одну искорку – но все они гасли, не долетая до земли. Но счастливей всех на этом празднике была, конечно же, Маша. В наполовину застёгнутой куртке, съехавшей набекрень шапке, она с блаженным лицом смотрела в небо; ей было и холодно от мороза, и жарко от восторга, в ушах звенело от грохота и она была счастлива, как никогда.
— Ну, кто сказал, что чудес не бывает? – шепнула Юся Лене.
— Бывают! – решительно ответила подруга. – На то и Новый Год!
