А все предрешено.
И если суждено
Откликнуться во сне на зов чужой жены…
И ветер-вертопрах вдруг распахнет окно,
Когда душа и плоть вдвойне обнажены.
И со стола слетят усталые листы,
Где жаркие слова сплетаются в стихи,
Где — на пределе чувств — все истины просты,
А помыслы — чисты, как первые грехи.
