МЫШИНЫЕ ПРИТЧИ
1. Сладкая смерть
Бухгалтер Нинель Ивановна пришла в отдел первой. Она разделась, села, открыла гроссбух, взя-ла карандаш, взглянула на часы. В запасе еще оставалось двадцать минут. «Может, чайку» – решила она и пошла к шкафчику. Но, открыв дверцу, Нинель Ивановна ахнула: в трехлитровой банке, почти полной сгущенного молока, плавала дохлая мышь.
– Бедная мышка! Сколько сгущенки пропало! – вздохнула добрая Нинель Ивановна.
– Кыс, кыс, кыс, Мурзик! – позвала она кота. – Бери своего водолаза, ешь.
Мурзик, умный, но несколько избалованный общим вниманием кот, посмотрел на утонувшую мышь. Вся перепачканная сгущенным молоком, мышь напоминала очень вкусный пирожок.
– Какая сладкая смерть! – с удовольствием подумал кот, похрустывая мышиным позвонком. – Могла ли она умереть более лучшим способом?
В этот день, 29 января, весь отдел бухгалтерии пил чай без сладкого.
2. Обида
– Неблагодарный, ирод! – крикнула вдогонку мать.
– Ну, тебя! – огрызнулся Вася, выбегая на улицу.
Перед домом, в снегу, он заметил мышь. Она была еще живая.
– Ты – как я, несчастная, – грустно констатировал Вася и положил полузамерзшую мышь в кар-ман брюк.
До шести вечера он катался на горке, играл в снежки и строил крепость.
– Мих, я неблагодарный или нет? – спросил Вася своего соседа Мишку.
– Батон ты, – хихикнул Мишка и угодил снежком ему в шею.
– Это посмотрим, – ответил Вася и с нежностью подумал о мышке.
Возвратившись домой, он в нерешительности остановился перед дверью. Заходить было боязно: слишком долго гулял.
Вдруг в кармане зашевелилась отогревшаяся мышь.
– Вот – друг! – радостно подумал Вася и запустил руку в карман.
Мышь пискнула и цапнула Васю за палец. Вася ойкнул, выдернул руку вместе с мышкой. Она же, ловко сбежав по ноге, куда-то юркнула.
На пальце выступила капелька крови.
– Неблагодарная, а еще другом назвал! – с обидой крикнул Вася и неожиданно заплакал.
3. Сынок
У Юлии Тимофеевны две недели назад умер сын. По жизни веселая и не падающая духом, смерть своей «родной кровинушки» она перенесла стойко. Эта женщина не плакала, никому не жали-лась и старалась выглядеть самой обыкновенной. Правда, бывали минуты, когда она впадала в оцепе-нение, но это продолжалось недолго.
Сегодня в очередной раз накатила волна скорби и Юлия Тимофеевна застыла, глядя в одну точ-ку. Но что-то ей мешало сосредоточиться, как будто кто-то наблюдал за ней. Сбросив оцепенение, Юлия Тимофеевна вдруг заметила мышь. Точнее маленького серого мышонка, пристально и пытливо смотревшего ей в глаза.
– Сынок! – сказала она и подошла к нему.
Как ни странно он не убежал, а только испуганно поглядывал на нее черными бусинками. «От-равился, наверно, умирает» – мелькнула у нее мысль. Но она все же взяла мышонка и отнесла его в пустой аквариум.
Через пару дней мышонок ожил: пил молоко, ел колбасу и весело бегал по своему новому жи-лищу.
– Сынок, – говорила теперь с материнской нежностью Юлия Тимофеевна, и ее надорванный взгляд становился чуточку теплее.
4. Каприз
На Татьянин день в общежитии пили. После «очередной» Денис и Колян вышли покурить. Из комнаты доносился хохот, с кухни доходила вонь от переполненных мусорных баков.
– Гляди, гляди, мышь! – взвизгнул Колян. – Вон вдоль стены бежит!
– Не уйдет, – икнул Денис и в два прыжка нагнал и схватил ее.
Мышь неприятно запищала, пытаясь вырваться из крепко зажатой ладони.
– Закуска…говорящая! – хихикнул Колян.
– А хочешь, я ей голову сверну? – спросил наивно Денис.
– Ну, че там, верти.
Мышь заверещала от боли. Хрустнула шея.
Денис осклабился и снова икнул.
– А спорим… я рукой эту тварь раздавлю?
– Валяй, – согласился Колян, стряхивая пепел себе на рубашку.
Денис зачем-то поднял руку вверх и с силой сжал кулак. Из ушей и рта мыши пошла кровь.
– Что?! Как оно? Видел!
– Кино, – заметил Колян. – Давай дальше!
Денис с размаху шмякнул мышь об пол и наступил каблуком. Вылезли кишки, брызнула кровь.
– Ладно, докуривай и пойдем еще выпьем, – предложил Колян, открывая дверь.
Денис вновь икнул. «Что это со мной?» – подумал он и зашел в комнату.
5. Месть
Утром Сашку увезли на скорой в больницу. Днем вырезали аппендикс, а вечером Сашка уже лежал в палате и тихо просил пить у сестры, которая протирала влажной ваткой ему губы.
Так прошло несколько дней. Сашка чувствовал себя лучше. За эти дни он познакомился с мыш-кой. Мышка каждую ночь выбегала на середину подоконника, смотрела серьезно в окно на звезды и скрывалась.
От тети Вали, санитарки, Сашка узнал, что мышку называют Соломоном за мудрость: мол, еще ни разу не попалась.
Соломон Сашке нравился. Под вечер он ему оставлял на окне кусочек печенья. Но каждый раз, прежде чем его схватить, Соломон обязательно смотрел в ночное небо. Сашка его понимал: ему тоже безумно нравились звезды.
Но подошло время, и к Сашке утром пришел врач снимать швы. Перед его сборами домой, за-глянула санитарка.
– Теть Валь, а куда же пропал Соломон? – спросил Сашка.
– Какой?
– А разве он не один?
– Конечно. Этот, что по подоконнику бегал, сдох вчера от отравы. Зато новый появился, но в другом месте, тоже Соломон. Их тут на всех больных хватит, Соломонов-то.
Сашке стало больно от бессердечных слов.
– Как же… – подумал он и, уходя, незаметно плюнул на пол.