Перелить бы в строчки время неприкрашенно и честно…
Научить его не в силах, перевыбрать не дано.
Жить и быть собой желанье не померкло, не исчезло.
Дорожу я и мгновеньем и совсем не рвусь на дно…
Светлы праздничные лица – их несут ко мне парады.
Полноводней льются будни – жизни пульс, её нутро.
У труда остатки смысла. На ура идут пираты
и в негласных вожделеньях собираются на трон.
Время пик – в желанный транспорт не прорвёшься ты измором:
попытайся смелость, наглость и удачу накопить.
Не экзотикой заморской плещет сумчатое море:
неуёмное стремленье хоть бы что-нибудь купить.
Хоть мечтай, не затоскуешь меж набегов в магазины:
эти очереди-реки черепахами текут
и друг в друга не впадают, признавая право сильных
и рисуя лик эпохи или даже новый культ.
За бесплодием попыток посещает аллергия
и десятою дорогой обегается толпа.
Пролетающее мимо – только этим пролонгируй.
Если хочется подарка – подари себе тюльпан!
Бьются мысли и надежды, как фарфоровые блюдца.
След их стылый на прилавках… Значит, нечего и бить.
Где найти, во что одеться и тем более обуться?
Заклубились где-то нитки. Сокращает штаты быт.
Умирают и улыбки. Торжествуют причитанья.
Там, где зависть, лень и злоба, не горит энтузиазм.
Атрофируются души и теряют очертанья
в извержении инфарктов и закашлявшихся астм.
Чем мы дышим, что едим-то? Хорошо, пока не знаем.
Отряхнувший летаргию где-то вынырнет пророк
и увидит, что эпоха преходящая, сквозная.
Мы в пути, но недалёком. Это всё чужой порог.