Поэма седьмая. Иван Калиниченнко.

Любимовка, гле отчий дом
Грустит-сумует у Каховки…
Я год назад родным селом
Бродил солдатом (без винтовки)…

Три полных года в ПВО —
Ракетчиком… Вначале Рюген…
Не догадались? Ничего,
Сейчас допетрите: Ней-Рупин

Был городом, где год назад
Поставил точку в службе ратной…
— В Германии служил, солдат?
Вот видите, вам все понятно…

Но только это – тсс – секрет!
Не разгласил военной тайны?
Вы догадались сами, нет?
Но только – никому!… Случайно

Сболтнете, ну, а вдруг шпион
Стоит американский рядом?
К примеру, Саня иль Семен…
А Мухаммед – гадать не надо,

Он так и тщится раздобыть
Секреты нашей обороны,
Чтоб их тотчас в Израиль сбыть…
Шучу, конечно… Микрофоны,

Считают многие, стоят
В любой общажной комнатенке
Почти наверное… Следят
За тем хотя бы, чтоб девчонки

Не соблазняли бы парней,
Их отрывая от учебы…
Мы словно между двух огней:
Ведь мы же не слепые, чтобы

Не видеть: Света Назарюк
Так ослепительно красива…
Все просто валится из рук,
А по утрам мужская сила

Буравит одеяло… Да…
Но есть проблема: нет деньжонок…
Сам голодаю – маета,
Тем более на них, девчонок,

Не остается ни рубля,
Не хватит даже на аптеку
Копеек жалких… Гоп-ля-ля!
Иду тогда в библиотеку…

Чтоб как-то статус у девчат
Поднять, я пичкаю их вздором:
Отец, мол, у меня богат
И служит в Ялте прокурором…

Отец… По совести сказать,
Ему своей хватало славы…
В сорок четвертом штурмовать
Отца послали в бой кровавый —

Сапун-гору – и этот бой
Был для него в войне последним…
Здесь ранен в голову… С судьбой
Потом сражался… Я, наследник,

Стеснялся: фронтовик, герой –
Гол как сокол – по поговорке –
Присочинил, что батька мой
Богат как Крез — и нос в махорке…

Ну, а по правде, он с войны
В Любимовке – механизатор…
Печально, что должны сыны
Стесняться бедности… На трактор

И сам я после школы сел…
Потем в Каховке репортерил,
До областной взлетел – сумел
Газеты комсомольской вскоре….

Потом призвали в ГДР…
Но графоманные привычки
Впитались в плоть и кровь… Барьер
Языковой не выше спички:

До армии свои писал
Заметочки на украинском,
А здесь на русском… Вскоре стал
И части нужен… На старшинском

Конечно, уровне – сачок:
Приходится давать поблажку –
Статейку пишет мужичок,
Рад замполит – и я вразмашку

Кропаю опусы опять…
Газета гордо называлась
«Советской Армией»… Читать
Стал много… Думалось, мечталось —

Учиться… Долго выбирать
Не приходилось… Брат Василий
Был в МГУ – и поступать
Решил и я в Москве… По силе?

А что же я, глупей других?
Нужна, конечно, подготовка –
За службу столько умных книг
Я прочитал… Потом – Каховка,

Херсон… И, кстати, думал я.
Что в армии кропаю даром,
А вышло: каждая статья
Вполне приличным гонораром

Оплачивалась, но его
Мне собирали не сберкнижке…
При увольненье – на! Чего?
Четыреста рублей! Деньжишки

Немалые. Но если б знать.
Писал бы вдвое, втрое чаще…
Приятно деньги получать…
Есть, есть в деньгах немного счастья!…

Июнь… Поехал на ликбез –
Подготовительные курсы…
Иные поступали – без..
Как говорится. – дело вкуса…

Маленько подучили нас,
А поселили в филиале…
Экзамены – сплошной атас! –
Все, как осенний лист дрожали…

Но я, короче, поступил…
Эх, если б эти гонорары
В студенчестве, тогда бы жил
Кум королю… Ходил на пары,

С утра лишь хлебом со стола
Бесплатным с чаем оскоромясь,
Такие вот пошли дела…
А с однокурсницей знакомясь,

Что б ей Ванюща предложил —
Кафе, культурную программу?
Ну, как-то Свету пригласил
На круговую панораму,

Чем сильно месячный бюджет
Подрезал – и лишь духом святым
Питался – денег нет и нет…
А впрочем, так и все ребята…

В общаге делят кров со мной
Еще четыре охламона…
Из них ближайший кореш мой –
Игнатьев Коля – удивленно

На мир глядевший весельчак…
Экс-стрелочник лениногорский,
Он завоевывал журфак –
Как у меня – хлеб, чай с махоркой –

Все разносолы у него…
А все ж с его лица улыбка
Не сходит: ладно, ничего…
Была ли с умыслом ошибка,

Которую за разом раз
Он на английском повторяет,
Смеша весь наш английский класс,
А вместе с классом умирает

И «англичанка»: Николай,
Когда написано «important» —
(Что значит –«важный»…)
Прочитай –
И дальше — весь исходит потом,

Но произносит «импотент»…
— «Important» — поправляет мягко
Учительница, а студент
С упорством – все лежат под лавкой –

Твердит упорно: «импотент» —
И сам смеется над собою…
Отличный парень и студент
Неглупый – с непростой судьбою…

Английский, надо вам сказать,
Давался «сыну прокурора»
Неплохо – бегло мог читать.
Болтать… И Прохорова Нора

Наумовна со мной проблем
Не ведала – учился сноено…
Сегодня English нужен всем –
Наш Ясен «спикал» виртуозно….

Заметим, избран Николай
В профком всеуниверситетский…
— Ты там чего-то вытворяй,
Чтоб профсюзик наш советский

Хоть со жратвою нам помог…
И вправду – подсказал Коляша:
Профилакторий! Видит Бог
Чай из шиповника и каша

Профилакторские меня
Спасали от голодной смерти…
Но, чувство голода гоня,
Мы все же счастливы, поверьте.

Гордимся званием «студент»
Гордимся славной профессурой.
Надеемся: придет момент –
Все образуется… Посулы

Грядущих жизненных удач,
Свершений вдохновенных знаки
Important… Вера, как калач,
Судьбу питает на журфаке…

Нельзя сказать. Что тишь да гладь –
Бывало всякое в общаге…
Вдруг кто-то начал воровать…
У Мухаммеда, у бедняги –

Украли галстук… Нас трясли,
Допрашивали в «околотке»…
Ни вещь ни вора не нашли…
Заметив, сам бы взял за глотку,

Не стал бы вызывать ментов,
Такого гада, словно крысу,
Я лично удавить готов…
Эх, где б добыть хоть горстку рису?…

Сирийскмй парень Мухаммед
У земляков в авторитете…
Он член БААС, а в тот момент
Его в земляческом совете

Избрали на верховный пост…
Ответственность, не синекура…
А в целом парень добр и прост,
Умен, понятно, и не шкура…

Когда он видел, что кранты!
Звал нас в землячество «на кофе»….
Так выживали – и хвосты
Держали гордо… А о штофе –

Забудь — здесь нам не до того.
Мы здесь от хлебушка пьянеем…
Мы держим марку. Ничего.
Все одолеем. Все сумеем.

У Мухаммеда нелады
Пошли по части жизни личной…
Представьте: расточал меды
Какой-то Тане симпатичной…

Носил цветы ей, угощал,
Водил в кино, на вернисажи –
И до квартиры провожал…
Домой не пригласила даже,

Захлопнула пред носом дверь…
Араб в депрессии великой –
И даже – вот уж верь – не верь –
Слезинки проливал над книгой…

И, кстати, надобно назвать
Тех, кто дерзал со мной в сто третьей
Азы науки познавать…
На тусклом групповом портрете –

Куратор нашей группы – Лев
Арсентьевич Истомин – «папа»
Подстегивал, что, мол, отсев
Грядет, журфак, мол, на арапа

Мы не осилим… И грызем
Гранит науки ошалело,
И семя знаний в чернозем
Кладем мозгов, чтоб там созрело.

Андрошин Саша – он правдист,
Умна – Савельева Людмила…
Покамест каждый – чистый лист,
Еще нас жизнь не закружила…

Савельева… Она у нас –
В фаворе – (медалистка, прима)…
А мне случилось как-то раз,
Не выставляясь, без нажима,

Ее в учебе обойти:
Диктант Аникина-русистка
Давала группе… Но учти:
Диктант журфаковский и близко

Со школьным рядом не стоял:
Слова даются потруднее
И синтаксис, чтоб наповал…
Однако пишем, как умеем…

И вот – подводится итог:
У большинства – ошибок двадцать —
Вокабуляр, увы, убог –
С таким нельзя не ошибаться…

Всем любопытно, как она,
«Звезда», Людмила, написала…
— Шесть!… Подготовка недурна
У медалистки… Знать немало

Хороших в детстве книг прочла,
Кладя слова в мозгов ячейку…
Учительница подошла:
— А лучший – он, Калиниченко –

Ошибок только три…
— Всего?
Не может быть!
— Да, три, представьте!
Есть в группе брать пример с кого,
С упехом лидера поздравьте…

Нет, право, я не виноват:
Не ошибался не нарочно…
А у Людмилы злобный взгляд:
Неужто рассердилась? Точно…

А я в сто третьей – групкомсорг…
Но, правда, пробыл им недолго…
Ученье, понимал я, – долг
Священный… Исполненье долга

Всей группой, полагал, моя
Святая миссия, забота…
Тут подвернулась колея –
Я и погнал без поворота:

Студкнтки стали пропускать
Занятия… Игнатов Коля
Деканом вздернутый, шпынять
Пошел меня, мол, здесь не школа,

Обязан, дескать, комсомол
Свое употребить влиянье
На нерадивых… Нужно, мол,
Их проработать в назиданье…

По сути, я считал, он прав…
Истомин:
— Объявляй собранье!
Я объявил, но посчитав,
Что должен девушек заране,

Что ждет их там, предупредить…
Прошел по комнатам в общаге:
— Решайте: быть или не быть
Студентками? А о пощаде

Потом бы не пришлось молить,
Коль примет жесткое решенье
Собрание – оно судить
Возьмется ваше прегрешенье…

Вот список тех, кому грозил
Разбором нелицеприятным:
Елена Ким… (Замечу, был
Мой разговор простым и внятным –

Я лицемерить не привык) –
Савельева была в том списке,
Черчесова и Дубовик…
Моей сопротивляясь вспышке,

На том собрании меня
Девчонки дружно обвинили
В старшинских методах… Ремня,
Знать, в детстве недополучили

От батьки – вот и подросло
Не признающее порядка
Их поколенье… Не пошло
Им впрок благополучье… Кратко

Об этом случае писать
Не получается… Обида
Терзает до сих пор… Понять
И Колю не могу: для вида

Сперва он, будто, был со мной,
Но на собраньи уклонялся,
А должен бы стоять стеной…
Он – бекал, мекал и кривлялся…

Меня – чего не ожилал –
Куратор группы, Лев Истомин,
И тот, увы, не поддержал…
Суть захлестнули вопли, стоны…

В итоге – я и виноват,
Хоть сам не пропускал занятий –
Бессмыслица, маразм… Чинят
Неправедное… Нет, объятий

Я с поцелуями не ждал…
Но я же ради всех старался!
Потом нас в группе навещал,
В конфликте нашем разбирался

Приятный парень Александр
Из комитета комсомола,
Психолог, дипломат… Меандр*
Запутанный сумел – психолог! –

* Сложный, запутанный орнамент

Распутать, разыскав концы…
Всех примирил нас предложеньем
Меня переизбрать… Грязцы
Не допуская, с уваженьем

Мою отметил прямоту,
Чем сильно подсластил пилюлю –
И я отдал повинность ту,
Как раскаленную кастрюлю –

Вот, обжигайтесь вы теперь…
Так я остался без «нагрузок»…
Знать, не бывает без потерь
Борьба, Да ладно… Спас огузок —

И рад… Продолжится урок,
Поучимся дипломатизму…
Возможно, я и вправду строг
Чрезмерно – и в гражданской жизни

Уместней мягче поступать,
Искуснее – примером Саша…
Ну, поживем… Цыплят считать –
Внушает поговорка наша –

Еще не время… День за днем
Жизнь дарит новые сюрпризы…
Все одолеем с куражом
Ее зизгаги и капризы…

Ах, однокашники, друзья!
У каждого – мечты, характер…
Судьба у каждого, стезя
Своя, но есть и общий фактор –

Ты, альма матер, ты, журфак,
Вложил в нас ремесла основы…
Не знаем где, не знаем, как,
Но в каждом отразится «Слово…»

Татариновское – оно
В душе краеугольным камнем…
Кучборская! И ей дано
Облагораживать… Она мне

Открыла неизвестный мир…
Отныне есть к нему калитка
В душе – и в ней живет Гомер…
И к нам от золотого слитка

Ее таланта перейдут,
Надеюсь, малые крупицы…
Герои вечных книг живут
Теперь не только на страницах,

Они живут теперь и в нас…
И там же – наша профессура…
Учители – сиянье глаз,
Ум и достоинство, культура…

Горохов нам читал «тыр- пыр»…
Предмет – сплав ремесла с искусством,
К высоким истинам – гарнир –
Приемы, техника плюс чувство

Прекрасного и точный вкус –
Одно с другим в одной упряжке…
Так много сразу… Первый курс…
Ошибки, сбои… Раз у Сашки,

У Иваненко – бах! – постель
Внезапно ночью запылала…
Спасибо, хоть не весь «отель»
Спалил – начистить бы сусала!..

Сюжет общажный… Нам велят
Опять — в ментовский околоток…
Допрос… В чем дело? Кандидат
В КПСС – (вот самородок:

Из школы – в партию – рекорд!) –
Сосед Володя Елуфимов,
Что был так кандидатством горд –
На грани краха… Херувимов

Забыл поставитиь кандидат
В охрану карточки партйной –
Пропала… Просто детский сад!
Еще один, весьма противный

Сюрприз от девушки…
Когда
Я посетил библиотеку…
Нельзя назвать бедой – беда,
Конечно горше человеку,

Но эту «шалость» кто сочтет
Приятной: кличут к телефону…
А кто? Не понял: что несет
Мужик рассерженный… По тону

Судить – неудержимый хам…
В чем дело – не могу врубиться…
Дать обещает по мозгам…
За что? Чтоб я не смел крутиться

Вокруг Вершининой… Маразм!
Она стоит с улыбкой рядом.
Сияет – подразнила нас…
Противно: я ее и взглядом

Не удостаивал… Еще
Подобных парочка сюрпризов –
И плюс один добавьте в счет
Парней, что девушек – (из шизов –

Наиобиднейший, увы) –
Боятся, как исчадий ада…
Ну, а теперь прикиньте вы –
(Здесь Вольфы Мессинга не надо

Иметь способности) – сюрприз
Похожий вскоре состоялся?
Все — Вольфы Мессинги! Всем приз
За проницательность… Боялся

Уже заранее слегка:
Меня из комнаты позвали
К какой-то девушке… Пока
Спускался, — кто? – гадал…
— Узнали?

Не сразу, правда, но узнал:
— Вы – Таня….
— Да, из Ленинграда…
— Ну, как живется?
— Наповал
Сразили, —
(Голос полон яда):

— Вы ж на ликбезе никаких
Способностенй не проявили,
Серьезных не читали книг,
Косноязычно говорили…

Я, всех умнее, — не прошла,
Вы – всех глупее – поступили…
— За этим и пришли? Дела…
Не скрою – сильно удивили:

Красотка внешне, а душа –
Как будто вымазана сажей.
Все настроение круша,
Расстроили… Обидны даже

Не ваши мерзкие слова:
В такой красивой оболочке –
Дерьмо, убожество, ботва…
Похоже, что дошли до точки…

И я готов был вас списать
В отходы… Жалко – вы красивы…
Случись беда, я вас спасать
Из ада — мчался б… Как могли вы?…

Я попытаюсь объяснить,
В надежде, что не безнадежны
И впредь научитесь ценить
Тех, с кем сведет судьба, как должно.

Три долгих года день и ночь
Я подводил себя к журфаку …
Сон и усталость превозмочь
Мне в карауле – шаг по шагу –

То Пушкинский чеканный ямб,
То Маяковский помогали
А вы, допустим, если вам б
Так довелось, смогли б? Едва ли…

Читал везде, читал всегда –
В машинах, поездах, подвалах,
И на позициях, когда
Шли стрельбы…
Мало ль что бывало

На службе?
Нас из ГДР
Под Астрахань везли на стрельбы
В пустыню…. Я:
— I don’t care,
He doesn’t care – в английском….
— В цель бы

Попасть! —
Мечтает командир.
И я о том. Лишь только цели
Различны….
Мне б лишь снять мундир —
И поступить…
А вы хотели

Так сильно поступить, как я?
А знали ль вы, как я, к примеру,
Сны Веры Павловны, моя
Самоуверенная? Склеру

Так напрягали ли, ма шер,
На отглагольные взирая
Те существительные – сфер
Рабочих: «копка», «рубка»…
Знаю,

Что царь Урарту Менуа
Творил, что сын его Агришты…
Так чем вы доблестней меня
По части твердых знаний?…
Ишь ты –

Ушла, не дав мне монолог
Хотя бы довести до точки…
Ее прозренью не помог…
Из обеспеченных… Сыночки

И дочки из таких семей
Бывают иногда ущербны…
Мои попытки, чем-то ей
Помочь, мозги прочистить, тщетны…

Разнервничался только зря,
Раскрыл всю душу в монологе…
Но сказано: метать нельзя
Чудесный бисер на дороге

Пред свиньями… Скорей забыть!
Не до ущербных – есть проблемы…
Сама решит пусть, как ей быть,
Вписавшись в клеточки системы…

… Тут у меня в делах прокол:
Профессор въедливый, Иофис –
У нас он фотодело вел –
Жестоко высмеял мой опус…

С Ленгор снимал прибрежный парк…
Ну, думаю, роскошный ракурс,
Не долго размышляя – шварк! –
Приляпал подпись, дескать, на-акось,

Шедевр, Иофис… «Под крылом, —
Гласила подпись, — самолета»…
В итоге – горестный облом..
Вот – измываться же охота…

Но, видно, только так мозги
Шлифуют профессионалы:
Халтурить, Ваня, не моги!
В тот день досталось доотвала…

Вот так тебе! Вот так! Вот так!
Нет, по головке нас не гладит…
Строг, как отец, ко мне журфак,
Но это ж только пользы ради…

И сессия была крута,
Я с профессурою сражался…
Осуществляется мечта:
Я выдержал… Я не сорвался….
….