Мы все родились где-нибудь…
Пока живем – и слава богу!
Еще не стерли камни ноги,
И не окончен трудный путь.
Еще неторенной дорогой
Бредем вперед. Бредем куда?
Туда, где память навсегда
О нас сотрется понемногу?
Меняем страны, города,
Религии и континенты,
Стекают с телеграфной ленты,
Дни нашей жизни, как вода.
И только в редкие моменты,
Остановившись невзначай,
Свой взор мы обращаем в даль,
Забыв долги и дивиденты,
Приемля тихую печаль,
И постигая мир голимый,
Из суеты, как из долины,
Туда, где родина начал,
Туда, где горние вершины,
Где замолкает шум мирской,
Туда, где огненной строкой
Закон записан нерушимый.
Там, за прозрачною рекой
Взнеслись хрустальные чертоги.
Хранят стремнины и пороги
Их непорочность и покой.
Судья внимательный и строгий,
Иль прокурор, иль адвокат,
Здесь взвесит все, кто чем богат,
Все, что собрали по дороге.
…
Часы с минутами летят,
Их так немыслимо немного,
А мы – «Живем – и слава богу»,
Среди рождений и утрат.
Илья Славицкий
Мы все родились где-нибудь:
в роддоме, в поле, на поляне,
в лесу, на грядке, на диване —
где аист вздумал отдохнуть.
Мы бредим, бродим и бредем.
Зачем? Куда? А кто нас знает?
Мы до такого доведем,
чего и дьявол не желает.
И долько в реткие моменды,
Осдановившись невзначай,
Свой взор мы обращаем в таль,
Забыв толги и тивитенты.
О нас сотрутся память, ум,
дороги, рашпили и время.
А мы, полны высоких дум,
несем судьбы высокой бремя.
И, чтоб впустую не идти,
голимость жизни постигаем,
несем пургу и по пути
пустые банки собираем.
Потом их взвесит мудрый Бог
(а это вам не шахер-махер —
удел поэтов так высок)
и скажет; » Не пошли б вы на …?!»
