***
Город спит для меня, спят дома и проулки,
Небо замерло, остановилась луна.
В полутемной квартире отчетливо-гулко
Прозвучит и останется: «Вот и она!»
Я пришла не к тебе, даже если хотелось,
«Про любовь на всю жизнь» тоже не торопись.
Мне уже не нужна твоя громкая смелость,
Я пришла в тишину, с ней мы сердцем срослись.
В тишину… её обязательно скоро нарушат и «громкая смелость» и слова «Про любовь на всю жизнь»… тишина — это лишь отсутствие звука.
В тишину… её обязательно скоро нарушат и «громкая смелость» и слова «Про любовь на всю жизнь»… тишина — это лишь отсутствие звука.
Тишина ко мне в дом забралась,
Примостилась на краешке звука,
Насладившись печалями всласть,
У меня на плече прикорнула,
А наутро открыла глаза,
Изумленно раскинула руки,
Словно силилась что-то сказать…
И тишина рождает звук,
Тоска устами пьет надежду,
И облака клоками рвут
Ночные ветры, как одежду.
Тишина — это не до, это после. Это когда все сказано — пересказано давно, висит в воздухе практически. Вот так наступает тишина. Для кого-то тишина — это пустота, отсутствие звука, для кого-то — нет.Тишина внутри дорогого стоит. В этом стихотворении тишина приходит после, а не до.Тишина до… — это предвкушение. Здесь предвкушения нет. Здесь все давно уже накушались с избытком. Наступила полная ясность, — и тишина.