Детство Ивана Грозного

В темной лаборатории сидел Звенислав. Он ждал. Ждал когда к нему придет вдохновение, и он сможет увидеть, как раскрываются ворота вечности и, медленно погружаясь в густой туман, новоявленный бог сможет проникнуть в тайны прошлых страстей, сражений, кровавых интриг и зловещих тайн.
И вот, наконец, своды мрачного подземелья раздвинулись и, как в окошко Грановитой палаты, из которого члены царской семьи могли наблюдать за свершением государственных дел, Звенислав смог рассмотреть маленького, плохо одетого худого мальчика, который, спрятавшись в чулане, в щелку подглядывал за тем, что творилось в покоях его матери Елены Глинской. А там был переполох. Суетилась прислуга, бестолково бегали туда-сюда местные знахарки и иностранные лекари, нудно гундел молитву архимандрит. Мальчику не надо было объяснять, что все это значит. Он уже видел однажды подобную картину, правда тогда он был намного младше, а его брат Юрий только что родился, и нянька, суеверно крестясь, шепотом поведала воспитаннику, что Боженька наказал род великого князя, послав им юродивого. Маленький Иван не знал, что это значит, но четко для своих трех лет понимал, его отец, Великий князь Василий III, умирает и теперь он, об этом сказала, рыдая, его мать, должен нести на себе все бремя ответственности за Великую Россию. Маленький Иван, конечно, ничего не понял, но на всякий случай приосанился, выставив в гордой позе крохотную ножку в сафьяновом сапоге.
Теперь же, по прошествии пяти лет, он чувствовал, что история повторяется и на этот раз умирает его мать, единственный близкий человек, заботившийся о нем и защищавший его. Правда, она уже давно не обращала на него никакого внимания, то сгибаясь пополам в приступах рвоты, то бессильно лежа на белоснежных простынях и сама казавшаяся белее их. О наследнике, казалось, все забыли. На нем давно не меняли одежду и, когда рубашка порвалась, зацепившись за какой-то торчавший гвоздь, Иван так и остался ходить в рваном, так как никто не додумался сменить грязную робу на Великом князе. Еду маленький Иван теперь добывал себе сам, тайно прокравшись в трапезную, после того как обильно попировавшие бояре, пьяные, валились прямо под стол. Воровато оглядываясь, будто совершает преступление, ребенок схватил со стола не догрызенную куриную ногу и поспешно сунул в рот. А потом взял в руки огромный золотой кубок с остатками темной жидкости на дне, отхлебнул и закашлялся. За этим его и застал пришедший убирать со стола дворцовый холоп и, схватив за ухо, немедленно вывел из трапезной и сдал на руки разохавшейся няньки. Та отвела его на кухню и налила стакан молока, не переставая причитать «над горькой судьбой несчастного сиротки». Но Иван не стал слушать, в голове у него гудело, видимо от выпитого вина и, вырвавшись, он снова кинулся в давно облюбованный чулан, где его долго рвало. Потом он тихо заплакал и через некоторое время сам не заметил, как уснул. Проснулся он от громких криков и рыданий и испуганно выглянул из своего убежища. Самое страшное свершилось – царица умерла.
Догадавшись об этом, Иван сел и, обхватив колени руками, стал впервые по-взрослому размышлять не о том, что с ним теперь будет, этого он не мог себе даже пока представить, а о том, что же случилось с его матерью. Еще совсем недавно молодой цветущей женщиной. Смутно маленький Великий князь догадывался, что здесь что-то не так. Рано появившаяся привычка подслушивать и подглядывать под дверью, за которую его постоянно наказывали, теперь оказала ему добрую услугу. И он, постепенно вспоминал: вот доверенный боярина Шуйского дьяк, на цыпочках крадется в комнату спящей матери. Вот он достает из широкого рукава темно зеленую бутылочку и, воровато оглядываясь по сторонам, выливает ее содержимое в стакан, стоящий на ночном столике царицы. А вот маленький Иван как всегда крутится на кухне, здесь всегда вкусно пахнет, и добрая стряпуха часто угощает его свежими горячими пирожками. Но если его здесь застанет кто-нибудь из управляющих, ему не сдобровать, вот и сейчас вошел холоп его дяди, князя Юрия Ивановича и, не заметив поспешно спрятавшегося под огромный стол мальчика, сразу направился к главному повару: «Ну, готово ли блюдо для царицы? Велели лично отнести.» И, взяв золоченый поднос, повернувшись спиной к челяди, быстро высыпает туда какой-то порошок. Дойдя до этого места своих воспоминаний, Иван, пронзенный внезапной догадкой, громко вскрикивает. Его убежище тут же обнаружено. Великого князя вытаскивают и ставят перед грозным боярином Иваном Шуйским, а мальчик бьется в крепко держащих его руках, на его губах появляется пена, и он в судорогах падает на пол…
Наследника прозвали в народе Грозным от рождения. Его отец, Великий князь Василий Иванович долго не имел детей. И только когда он женился вторично, родился долгожданный сын. В этот день 25 августа 1530-го года разразилась страшная гроза. Ветер рвал листву на деревьях. Нескольких человек убило молнией. Простой люд крестился и говорил, узнав о появлении на свет престолонаследника, «наверное, грозный царь будет»
Но пока маленькому Ивану было не до исполнения своего предназначения. Он старательно прятался от бояр, стремясь как можно меньше попадаться им на глаза. Впрочем, на ребенка практически не обращали внимания. Он был нужен власть имущим для того, чтобы обосновать свои претензии на управление государством в период его малолетства. Проще говоря, чтобы существовал формально малолетний правитель, но управляли, а вернее, срочно тащили из казны и государственных земель как всегда, при отсутствии реального хозяина, кто сколько сможет. Бояре не только не пытались приучить маленького государя к делам управления, но, напротив, даже не замечали его, скорее всего, надеясь избавиться от мальца, когда он станет чуть постарше. А пока его существование было им выгодно. Они спешно грызлись за власть. Группировка сменяла группировку. Ведь все именитые бояре принадлежали к роду Рюрика, а, значит, Иван Васильевич был по праву рождения лишь первым среди равных. Поэтому каждый клан жаждал получить бразды правления. Но никто не мог взять вверх. И травили они друг друга в прямом и переносном смысле. Иван же крал еду, прятался в чуланах и, от нечего делать, жадно читал все, что ни попадется. Поэтому стал он человеком для своего времени на редкость образованным, особенно для невежественной России. Что неоднократно отмечали иностранцы. Единственный, кто был ласков с напуганным ребенком, у которого появился навязчивый страх, что его тоже отравят, это митрополит. В ту пору враждовали два клана: Шуйских и Бельских. Однажды гонимый митрополит, спасаясь бегством от своих преследователей, ринулся в спальню малолетнего государя, надеясь, что туда уж за ним не ворвутся. Но он жестоко ошибался! Бегущие следом за ним бояре и их слуги выломали дверь в царскую опочивальню и, не смотря на плач и протесты своего повелителя, вытащили за рясу упирающегося владыку. Этого, как и много другого Иван не забыл. Он мужал не по дням, а по часам. И если кто-то другой в его возрасте был всего лишь беззаботным мальчишкой, то Иван Грозный представлял собой практически сформировавшуюся личность. Он много пережил, и это отразилось на его характере, как негативно, так и, напротив, положительно.
И вот настал для временщиков роковой момент. Среди своих склок, они не замечали, как меняется маленький Иван. Забитый волчонок перестал смотреть из-под лобья. Во взгляде его уже сквозило не упрямое непокорство, а серьезная решимость. Они нежданно-негаданно получили возмездие. Когда один из бояр Шуйских Андрей повел себя в очередной раз нагло и вызывающе, насмехаясь над ребенком, одиннадцатилетний Иван отдал приказ, от которого потеряли самообладание далеко не безгрешные бояре. Он приказал отдать боярина Андрея Шуйского на растерзание псам. Тут бы и прикончить маленького бунтовщика и ослушника. Но никто не смог связать и двух дельных слов пока холопы выполняли указание. Вот тогда-то Ивана и начали по-настоящему бояться. А он уже не позволял дать себя в обиду. Окружил себя абсолютно не подобающими его сану и титулу личностями. Большинство, из которых, были вовсе не знатны родом. И, наконец, в шестнадцать лет объявил себя не Великим князем, как полагалось, а царем. И во время процедуры венчания на царство сам возложил на себя корону, как это сделал до него Карл Великий. С тех пор и пошла традиция у русских царей, самим венчать себя на царство, не позволяя сделать это иерархам церкви. Взрослея, Иван обвинил перед Земским собором, который он тоже впервые в истории созвал, (что означало неслыханную возможность проявления народной демократии, так как участвовали в нем выборные народом лица из того же народа) бояр в злоупотреблении властью в период его малолетства. Дальше больше. Он разрешил крестьянам жаловаться на своих хозяев. Виданное ли дело! Создал регулярную армию – стрельцов. И, наконец, выиграл затянувшуюся на многие десятилетия войну с Казанским ханством, на территории которого на тот момент скопилось уже 100 тысяч русских полонян. Казань пытались много раз захватить и до него. Например, в год его рождения воеводы Глинский и Бельский, стоя перед стенами Казани, поссорились из-за того, кто первый въедет в город на белом коне после победы. Спорили они до тех пор, пока не появились отряды татар, и доблестным предводителям осталось только улепетывать.
Но все эти успехи не смогли укрепить царскую власть Грозного. Заговоры плелись не только среди негативно настроенных по отношению к таким радикальным реформам бояр, но даже среди ближнего окружения Ивана. А именно, среди тех, кого он в буквальном смысле вытащил из грязи. Молодой царь уже женился на возлюбленной Анастасии Романовне, и у них родился первенец – Дмитрий. Вдруг крепкий и обычно не жалующийся на здоровье царь, заболевает. Да так, что по нему уже читают отходную молитву, а самые близкие приходят присягнуть на верность новому правителю. Кого же выбирают Адашев, Сильвестр и другие друзья царя Ивана Грозного? Наверное, как он и просит, законного наследника, младенца Дмитрия Ивановича?
Иван Грозный неожиданно выздоровел. И всем его близким друзьям пришлось давать ответ за то, что они отказались присягнуть законному наследнику – царевичу Дмитрию. Ведь и Адашев, и Сильвестр, и прочие, твердо настояли на том, что место нового царя займет двоюродный брат Ивана – Владимир Андреевич Старицкий. Понять их, конечно, было можно. Только что закончилась пора многолетнего боярского произвола, с расхищением казны, и игнорированием существующих законов, пока был маленьким сам Иван Васильевич. И вот опять младенец на троне. Значит, и править будут временщики. Но какой удар от сторонников получил царь Иван! Что же Грозный царь покарал ослушников? Ничего подобного! Они по-прежнему оставались при дворе, занимая то же положение. Надо сказать, царевич Дмитрий долго не прожил после этого. Невнимательные няньки просто пронесли его мимо рук, когда плыли на лодке, и младенец упал в воду. Но у царя родились еще два сына: один – любимый Иван, которого Грозный с раннего детства приучал к государственным делам, сажая рядом с собой на трон, и, как и младший брат Ивана Васильевича, слабоумный, названный Федором.
Дальше дела пошли хуже. Умерла Анастасия – жена царя. Подозревали отраву. Но доказать ничего не смогли. И вот начинается вакханалия – череда многочисленных жен Ивана Грозного. Большинство так же умирали от яда. Кто травил? Сам Грозный? Но зачем, например, ему травить Марфу Собакину, только что им самолично выбранную в жены, и не пережившей даже свадебного пира?
С каждой новой смертью, характер у молодого царя ожесточался. По-прежнему, он покровительствовал простым людям, и даже спас от расправы хозяина, крепостного Андрея Чохова, впоследствии создателя знаменитой царь-пушки. Бояре же ничему не научились, и продолжали грызться между собой за внимание царя, и за положение своих дочерей при дворе.
Россия в тот период была довольно обширной державой, с огромными территориями, которые были мало населены. И численность населения, если считать на квадратный километр, составляла лишь двух человек, в отличие от мало территориальной, но густонаселенной Европы. Но беда государства Российского была не в этом. Дело было в том, что страна имела выход только к одному морю – Белому, по которому она сообщалась с Англией. Но большую часть года море было не судоходным. А, между тем, Иван Васильевич весьма стремился к налаживанию культурных, дипломатических и научных связей с другими странами. Он выписывал из-за границы специалистов. И даже соорудил в Москве специальный слободы для иностранцев, где бы они могли сохранить привычный образ жизни, и свою родную веру. Слободы эти назывались простым людом немецкими. Не потому, что населяли их исключительно немцы, а потому что каждый, кто не говорил по-русски, считался немым. Но на западе Ливонский орден строго берег свои границы. И иностранцам в Россию приходилось прорываться с боем. Многих отлавливали, и сажали в тюрьмы. Наносили большой вред и татары, не дававшие крестьянам обрабатывать южные плодородные земли, совершая на них грабительские набеги. Впрочем, Казань Иван Грозный взял еще в начале своего царствования. За ней последовал захват земель астраханского ханства, и долгожданный выход к Каспийскому морю. Но царю было недостаточно торговать только с Востоком. Ему хотелось иметь связи и с Западом. И он ставит вопрос перед своей знатью: к какому пойдем морю — Черному или Балтийскому? Разумеется, боярам ни за какое море воевать не хотелось. Они бы с радостью остались сидеть в своих вотчинах, жирея и не думая о завтрашнем дне. Но царь был неумолим. Пришлось выбирать; и решено завоевывать выход на Черное море. Иван Васильевич выслушал, и сделал наоборот. Дело в том, что выход к Черному морю стерегло не только слабенькое племя Крымских татар. Нет, за их спиной стояла могущественная Османская империя, недавно сокрушившая первое государство мира — Византию. За то, Ливонский орден к тому периоду начал слабеть.
Русские нанесли неожиданный удар по позициям ордена. И война уже практически была закончена его окончательным разгромом, но главнокомандующий Адашев, узнав о смертельном море лошадей в Крымском ханстве, решает спешно перебросить армию туда, так как считает, что татар, зависящих от своих коней во всем, теперь можно взять голыми руками. Но ведь тогда не было парашютно-десантных войск. И сколько времени мог отнять переход из Прибалтики в Крым! Естественно, к Черному морю, русская армия так и не вышла, а Ливонский орден успел найти союзников – Польшу, Швецию и Данию. И только теперь Иван Грозный решил предпринять некоторые карательные меры, а именно, снять Адашева с должности и назначить его начальником гарнизона в захваченном городе. Но Адашев не чувствовал себя виноватым. Он был оскорблен, и начал строить планы по уничтожению своего покровителя. Но и тут Иван Васильевич не велел его казнить, а всего лишь посадил в тюрьму. Бояре же тем временем, перешли в открытую оппозицию. Они сделали ставку на того же Владимира Старицкого – двоюродного брата Ивана. Иван Грозный велел его казнить? Вовсе нет. Но отныне резиденция брата находилась под присмотром.
Война приняла затяжной характер, и, под напором объединенных войск Польши и Швеции, была Россией проиграна. Только в конце войны, столкнувшись с откровенным саботажем со стороны бояр, чьей обязанностью было, поставлять солдат в армию и продовольствие, Иван Грозный перешел по-настоящему к карательным мерам. А тут еще случилось непредвиденное событие. Он убил сына.
Иван Иванович рос чрезвычайно пытливым и любознательным. Больше всего внимания он уделял изучению литературы, и внес в нее немалый вклад. Грозный был доволен сыном. Но существовала одна проблема. Жена Младшего Ивана уже много лет не могла забеременеть. А даже по строгим духовным законам, такую жену следовало отправить в монастырь и найти себе другую. Царь был заметно обеспокоен отсутствием наследника, и неоднократно делал попытки настоять на разводе. Но молодой Иван жену любил. И во время одной из ссор, Иван Грозный в запале ударил сына посохом, неудачно попав в висок. После чего тот через некоторое время скончался. Но самому Ивану Грозному так же оставалось жить недолго. Незнатный человек, не имеющий никаких прав на престол, решает выдать свою сестру замуж на другого сына Грозного – Федора. А уж вертеть слабоумным не представляется для него проблемой. Но как разделаться с грозным царем? Ведь он не доверяет никому. Никому, кроме, всегда поддерживающего его рода Бельских.
Действительно ли дал царю яд именно Богдан Бельский, как он потом признался на исповеди, по наущению Годунова, или это произошло иначе, никто теперь не скажет. Но ученым не стоило большого труда обнаружить следы яда в костях Ивана Грозного. И воцарился блаженный Федор, но за ним должен был последовать маленький Дмитрий, рожденный другой женой Грозного Марией Нагой. Однако царевич погибает при, мягко говоря, странных обстоятельствах, а со смертью самого Федора, прекращается на Руси род московских Рюриковичей.