Чудеса дедукции

— Нос в нашем деле, коллеги, имеет первостепенное значение. Но для того, чтобы найти и обезвредить преступника, необходимо знание дедуктивного метода, — в окружении дворовых псов с важным видом стоял белый королевский пудель. Дворняги, разинув рты, внимательно слушали читаемую им лекцию по криминалистике.
— Скажи, Шерли… — несмело подал голос один из слушателей.
— Прошу, зовите меня Шерлок, просто Шерлок, — вставил лектор.
— Скажите, Шерлок, а что такое — этот ваш дедушкин метод?
Шерли с досадой поморщился. Невежество дворняг наводило на него тоску. Да, не повезло ему со студентами, ну да ничего не поделаешь – других не дано.
— Не дедушкин, а дедуктивный, — снисходительно поправил он невежду. — И каждый уважающий себя частный детектив обязан это знать! Но, памятуя о том, что вы сыщики начинающие, я поясню: дедуктивный метод – это способ исследования (в нашем с вами случае – РАСследования), при котором частные положения логически выводятся из общих. Я понятно излагаю, коллеги? – обвел он озадаченных дворняг взглядом профессионала.
— Не совсем… — отозвался колченогий песик с проплешиной на боку.
Шерли мученически закатил глаза.
— Ну, хорошо, — вздохнул он. — Попробуем еще раз. Итак, что такое дедукция? Дедукция – это вам не дегидрогенизация, и даже не дегельминтизация! И уж точно не дегенерация! Дедукция – это не кость и не сосиска. Дедукция, коллеги, — это умозаключение! Но не то примитивное умозаключение, которое делает дворник Федор, решая, выпить ему с утра водки или лучше портвейна, а умозаключение от общего к частному! Приведу простой пример: взгляните на Шарика, — взор Шерлока устремился на худосочного долговязого пса.
— А че сразу Шарик-то? – испугался тот. – Чуть что, Шарик – крайний!
Пять пар любопытных глаз с нескрываемым интересом смотрели на «простой пример». Чтобы скрыть смущение, непривыкший к всеобщему вниманию Шарик принялся чесать несуществующее, когда-то оторванное в уличном бою, ухо.
— Давайте подедуцируем вместе, — продолжил лектор. – Если мы приглядимся к Шарику повнимательней, то поймем, что на Шарика он вовсе не похож, и что имя свое он носит за зря.
— И ничего не за зря! – запротестовал Шарик. – Вся моя родня по линии отца, начиная с прадеда, носила это гордое имя! – от возмущения Шарик аж чесаться перестал.
— Я сейчас не об этом, — смягчил свой менторский тон Шерли. – Ведь что такое шарик? Это предмет – круглый и жирный, как, например говяжий тефтель. Но коллеги, разве выше указанный Шарик похож на говяжий тефтель?
— Нет, не похож! Абсолютно никакого сходства! — залаяли псы.
— А почему он на него не похож? – воздел палец к небу Шерли.
— Да потому что он этих говяжьих тефтелей ни разу в жизни не ел! – сострил Плешивец.
— Правильно! Шарик худ и поджар потому что ни тефтелей, ни ростбифов, ни даже обычной ливерной колбасы он отродясь не пробовал! А все почему?
— Потому что он живет на улице, а кормится на помойке. А там таких деликатесов даже по воскресеньям не выдают! – пробасил громадина Тузик.
— Молодец, Тузик! – похвалил догадливого студента Шерли, и тот, довольный собой, завилял хвостом. – Шарик – не домашний питомец – это есть умозаключение общее, — подытожил Шерли. — Отсюда делаем вывод: сегодня на завтрак Шарик съел воробья и запил его водой вон из той лужи! – Шерли указал лапой на огромную черную лужу, красовавшуюся в центре двора. — Ответьте же, Шарик, я прав?
— На все сто! Сдуреть можно! – воскликнул ошеломленный Шарик. – Ну, насчет лужи – еще понятно, она у нас на районе одна такая вкусная. Но как вы догадались насчет воробья?
— Элементарно, Ватсон, простите, Шарик! – парировал Шерли. – Из вашего рта, коллега, на протяжении всей лекции торчит птичье перо. Для голубиного оно слишком мало, а синиц у нас на районе, как вы изволили выразиться, не водится. Остается одно – воробей.
— Потрясающе! – псы находились в глубоком интеллектуальном шоке.
— Да, дедукция – это вещь! – восхищенно протянул Плешивец.
— Итак, подведем итог. Изящная конституция Шарика – положение общее, воробей – положение частное. Поздравляю коллеги, только что вы видели дедукцию в действии!
— Вот здорово! – дворняги были в не себя от восторга и трепета перед могущественным Шерлоком. А тот был доволен собой чрезвычайно, хоть вида и не показывал.
— Да, коллеги, дедукция очень важна в нашей с вами нелегкой работе – работе частного сыщика. Пример с Шариком с блеском продемонстрировал нам ее бытовое назначение. Теперь переходим к практике. Переместимся, коллеги, к эпицентру нашего двора. Следуйте за мной! — Шерли деловито прошествовал к луже. Дворняги, распираемые любопытством, метнулись за ним.
— Взглянем, на эту туфлю, — пудель указал лапой на желтую детскую туфельку, валявшуюся в грязи у самой лужи, — и внимательно изучим ее. Не пропускайте ни одной детали, в нашем деле важна любая мелочь, – инструктировал он дворняг.
Собаки с усердием обнюхивали туфлю и с долей подозрения рассматривали ее со всех сторон.
— Палкан, что вы можете сказать об этом предмете обуви? – прервал, наконец, досмотр Шерли.
— Ну, это самое… — замялся в нерешительности Палкан. – Похоже, туфель этот девчонка носит.
— Во-первых, правильно говорить – туфля, а во-вторых – не девчонка, а девочка, — мягко поправил его лектор. – Что еще?
Но Палкан от этих замечаний так смешался, что больше не в силах был вымолвить ни слова.
— Ну, хорошо, может вы, Жучка, придете на помощь коллеге?
— С удовольствием, Шерлок, — молвила Жучка приятным голосом. – Эта туфелька тридцатого размера, принадлежит девочке лет девяти – десяти. По всей вероятности, девочка ходит в третий класс, — Жучка удовлетворенно вильнула хвостом.
— Хорошо, коллега, пока все верно. Продолжайте, пожалуйста.
— Мне кажется, что девочку зовут Саша. Об этом свидетельствует метка, поставленная на стельке туфельки. Взгляните, — Жучка взяла туфлю в зубы и продемонстрировала собакам две красные буквы «С» и «А».
Псы с уважением к догадливой Жучке закивали головами.
– А еще, эта девочка – неряха. Только грязнуля и растеряха могла оставить туфельку в луже, – закончила дедуцировать Жучка.
— Вы, Жучка, молодец! – похвалил Шерли. – Действительно, хозяйке туфли девять с половиной лет, и ходит она в третий класс средней школы номер сорок пять. Эта голубоглазая блондинка живет в четырехкомнатной квартире и любит собак. Но зовут ее не Саша, как предположила Жучка, а Даша. Сочетание букв «СА» – это начало английского слова «CARNABY» — фирмы производителя данной пары обуви. Остальные буквы стерлись в результате ношения.
— Поразительно! – воскликнул Плешивец. – Но как же вы все это узнали?
— Элементарно. Тридцатый размер обуви соответствует возрасту женщины в девять с половиной лет, если она не акселератка, разумеется. Следовательно, интересующее нас лицо ходит в третий класс, а школа в нашем районе одна – «сорок пятая». Обратите внимание на цвет туфельки, коллеги, она — желтая. Вы когда-нибудь видели брюнеток, носящих желтые туфли? Если да – то они, несомненно, обладают дурным вкусом. Но наша девочка разбирается в моде – туфелька из последней коллекции. Обратите ваше внимание и на аксессуар – голубой бантик на пятке – писк моды этим летом. Но голубой бант никак не идет к карим глазам – следовательно, наша девочка голубоглаза. К тому же она из обеспеченной семьи, о чем свидетельствует весьма высокая цена данной туфельки, — Шерли перевернул обувку, потер лапой приклеенный к заднику ярлычок, и изумленным собачим взорам предстал ценник – «4 320 руб.».
— В нашем новом районе, — невозмутимо продолжал Шерли, — застроенном домами улучшенной планировки, самые большие квартиры – четырехкомнатные. Девочка, способная заплатить такую сумму за пару летних туфелек, однозначно живет в четырехкомнатной квартире. О том, что она любит собак, свидетельствует собачий волос, приставший к носку туфельки. Волос белого цвета, поэтому вы его не заметили. А я просил вас быть внимательнее.
— Может быть, вы и породу данной собаки назовете? – сыхидничал Тузик.
Шерли напрягся.
— К сожалению, по одному волосу я не в силах установить породу его владельца. Но это наверняка, пес благородных кровей, — парировал он.
— А как же насчет Даши? – подняла интересующий ее вопрос задетая за живое Жучка.
— Девять лет назад имя «Даша» было самым распространенным в средней полосе России, поэтому я рискнул предположить, что обладательницу туфельки зовут именно так. А на счет того, что она грязнуля, позвольте с вами не согласиться.
— Но как вы объясните тогда, что туфля брошена в грязи? – еще больше обиделась Жучка.
— А объясняется это весьма просто: девочку похитили! – сказал Шерли, и глаза его сверкнули.
— Как похитили? Кто? Надо немедленно найти злоумышленника! – наперебой загалдели собаки.
— Сейчас мы этим и займемся, — Шерли начал деловито расхаживать вокруг лужи. — Мне думается, мы имеем дело с киднепингом…
— С чем простите? – не понял Палкан.
— С киднепингом – от английского «похищение ребенка с целью выкупа». Итак, киднепинг был произведен не более двух часов назад. Причем транспортным средством злоумышленника был велосипед.
— Велосипед? А почему, например, не самокат? – спросил ехидно Плешивец, и толпа дворняг разразилась хохотом.
— Прошу обратить ваше внимание на этот след, — невозмутимо продолжал Шерли, указывая на длинный след от велосипедных шин, оставленный в грязи.
— Точно! Как же мы сразу не сообразили! – воскликнул Тузик с досадой.
— Первое правило частного детектива – внимательно относись ко всем деталям. Мне думается, что похититель является подростком, как сказал бы маэстро Шерлок Холмс – тинэйджером. Наверняка взрослый бандит воспользовался бы в своих коварных целях автомобилем. Из этого следует, что искомый нами преступник – младше семнадцати лет, так как у него нет водительских прав. Причем он весьма грузного телосложения – взгляните, как глубоко впечатался протектор в грязь.
— Возможно, это от того, что на велосипеде сидели двое? – предположила Жучка.
Шерли бросил на нее недовольный взгляд.
— Не будем исключать и такую возможность, — ответил он. – Но мне все же кажется, что похититель – парень грузный, рыжеволосый, с крупными чертами лица, покрытого густым слоем пигментных пятен, а проще, канапушек. На момент совершения преступления одет он был в джинсовый комбинезон и красную бейсболку с надписью «Chicago Bulls». Не приходится сомневаться и в том, что мальчик это злой, нехороший, и плачет по нему колония для несовершеннолетних. Так давайте же накажем преступника! — закончил на высокой назидательной ноте свое выступление пудель.
— Потрясающе! – зааплодировали хвостами по асфальту дворняги. – Но как же вы…
— Как я догадался? Элементарно! – привычно ответил Шерли, но вдруг осекся.
К группе частных детективов на большой скорости приближался велосипед. Управлял им толстый мальчик в джинсовом комбинезоне и бейсболке с надписью «Chicago Bulls». На багажнике велосипеда сидела босая девочка с золотистыми волосами. В одной руке она сжимала желтую туфельку.
— Не может этого быть! – разинул рот Тузик, а за ним и все остальные.
— Это же похититель! Держите его! – Палкан быстрее всех пришел в себя и кинулся, было, навстречу злостному похитителю, но наивный велосипедист уже сам подъезжал в лапы правосудия.
— Не стыдно тебе, мерзавец? – грубо обратился он к лектору по криминалистике. – Ты почему опять сбежал? – странный мальчик с негодованием смотрел на королевского пуделя.
А тот потупился и пристыжено молчал, зажимая хвост между лапами. Дворняги в изумлении смотрели то на одного, то на второго. До них постепенно начал доходить смысл происходящего.
— Сестренка все глаза проплакала, пока мы тебя искали! – продолжал воинствовать толстый мальчик. — А зачем ты ее туфлю утащил? Тебе что, игрушек мало? – в сердцах он замахнулся на Шерли, но девочка остановила его.
— Не ругай его, — попросила она, слезая с велосипеда и пристегивая к ошейнику поводок. – Ну что, Шерлик, домой пойдем, «Собаку Баскервиллей» дочитывать? – босая, но счастливая Даша ласково смотрела на горе-детектива.