* * *

«Одиночество. Надоело одиночество.
Я знаю, что яд может вызвать рвоту, поэтому я съел две пачки атропина. Он сам по себе является ядом. Если атропин принять в достаточной дозе он вызывает крепкие расстройства сознания и неприятные галлюцинации. Даже если я выживу – то, надеюсь, буду не в своем уме.
Я принял 8 граммов инсулина. Подкожная инъекция и ужасная боль. Вызывает «гипогликемическую кому», то есть потерю сознания из-за отсутствия сахара в крови и если помощь не будет оказана быструю смерть мозга.
И съел 4 пачки анальгина. Его легко достать в аптеках…
Я уже чувствую, как мой организм слабеет и сознание уходит. Моя голова раскалывается, и я хочу остановить этот бардак.
Зато я знаю, что не попаду в рай. Самоубийцы не попадают в рай. В моей смерти прошу винить мое рождение.
Черт возьми, как тут холодно….»

* * *

— Играй! Чувствуй ноты! Не долби! Прекрати так делать! Нежно! Как будто ты с девушкой! Ты что не любил никогда что ли? Давай нежнее! НЕТ! ТЫ БЕЗНАДЕЖЕН! Ты будешь тут сидеть до тех пор, пока не сыграешь, чтобы мне понравилось.
А сама вышла из класса, оставив девятилетнего мальчика один на один с пианино. Продолжая мучить клавиши, того самого «нежного» звука, которого хотела учительница, не получалось. Никак. Мальчик чуть не плакал, но эмоции и чувства в свою игру не мог вложить, как он не пытался.. Учительница все не приходила. Время занятия вышло. Он сидел и играл. Непрерывно играл. И тут дверь класса отворилась. Мальчик обернулся и увидел красивую девочку своего возраста. Мальчик потерял дар речи и никак не мог на неё наглядеться.
«Привет» —сказала она.
«П-привет…» —ответил мальчик.
И тут он заиграл. Пальцы перестали быть «деревянными». Музыка начала литься беспрерывной, сладкой струей. В это время учительница зашла в класс.
— Молодец! Вот можешь когда захочешь!
Я не для тебя играю сука старая. Я играю для неё.

* * *

— Я до сих пор не могу поверить в то, что мы вместе. Для меня это настолько кажется нереальным, что даже до сих пор, целуя тебя, я во все это не верю…
Она снова поцеловала его и прошептала ему на ухо: «Я люблю тебя».
Ему стало не по себе. В общем-то, обычно, когда рядом девушка, к которой он небезразличен, то есть чувство радости, какой то удовлетворенности и покоя. А сейчас ничего этого не было. Просто не верилось. Как во сне все это. Настолько нереальным казалось, что даже полученные ощущения вызывали неопределенность. Вроде же и реальность, но вызывает подозрения. А в общем то это и не важно, думал он, мои сомнения эти неопределенности пропадут со временем. А сейчас надо наслаждаться…
Он поцеловал её в ответ. И начал целовать более страстно, лаская её своими руками. Сначала он думал, что она его остановит, когда он перейдет пределы. Но она его не остановила…

* * *

— Помнишь нашу училку по музыке, Екатерину Петровну?
— Да, конечно помню.
— Я в детстве её так обожала…
— А я её ненавидел. Она всегда издевалась надо мной.
— Хи-хи. А я с ней до сих пор дружу. Иногда даже звоню ей и бывает часами разговариваем на разные темы.. Интересно было бы посмотреть на её реакцию, когда она узнает, что мы вместе…
— О да… Бесспорно. Ненавижу её. И вообще я сильно изменился с тех пор. Она может не удивиться.
— Да-да. Изменился очень сильно. Был таким паинькой, это даже я помню. Потом помню, ты выпускался.…На год раньше меня. Я тогда так завидовала тебе. И исчез. Много времени прошло. Я тогда шла со своим парнем, и ты с ним поздоровался. Я тогда тебя не узнала. Даже глаза стали другие. Более злые что ли…Мы не с неформальной тусовки, и я у него спросила, мол кто ты такой. А он мне говорит, что это ты. Я тогда чуть сознание не потеряла. Так сильно изменился…
— А я только недавно узнал, что мы вместе учились в музыкалке. Смешные шутки у судьбы.
Он был счастлив, что она рядом.

* * *

— Ты перенял мою манеру целоваться.
— Сильно?
— Достаточно, чтобы мне нравилось.
— Это радует.
Она пересела к нему на колени и обняла его за шею обеими руками. После нескольких поцелуев крепко-крепко прижала его к себе и тяжело выдохнула.
— Что такое? Чего грустишь?
— Та не, ничего. Мелочи.
— Для меня это не мелочи. Совсем не мелочи.
— Я не хочу об этом говорить.
— Ну и зря.
Просидев в тишине около трех минут, она улыбнулась и поцеловала его. Но он почти не дал реакции. Ответных поцелуев не было. Она с улыбкой:
— Ты что обиделся?
— Нет, что ты. Сама же знаешь, что я не способен на тебя обидеться.
— А вот и способен. Ты просто моментально прощаешь.
— Ага. Мне так проще. На мой взгляд – это так правильно. Обида вообще непродуктивная вещь.
— Так, а что тогда? Чего ты такой?
— Странное чувство. Такого еще у меня не было. Непонятное. Неуютно мне и я волнуюсь. И я не знаю из за чего.
— Обоснованно.
— ЧТО???
— Ничего.
Она улыбнулась и поцеловала его, затушив все желание вести допрос дальше.
Они пошли гулять по городу. Ночному, красивому, мелькающего своими цветными огнями городу.

* * *

Где ты? Тебя не было целый день. Я нигде не могу тебя найти. Нигде. А я уже думал, что мы будем вместе. Долго будем вместе. МОЖЕТ БЫТЬ ДАЖЕ НАВЕКИ! Ладно. Тише. Может быть, она не сбежала как все остальные. Просто уехала с родителями куда-то. Ведь это не исключается да? Надеюсь, нет. Все друзья говорят, что никогда её не видели. Заходил к ней – никто не открывает дверь. Мобильный телефон говорит, что такого номера не существует. Домашний молчит. Что же твориться…

* * *

Что же случилось? Я не смог найти ни одной твоей фотки! Я не смог найти ничего про тебя, никаких данных, никаких следов. НИЧЕГО. Как будто тебя никогда и не было. Даже царапины на моей спине от твоих ногтей зажили. НЕЕСТЕСТВЕННО БЫСТРО ЗАЖИЛИ! Почему? Чей это такой хороший юмор? Я расспрашивал всех, и все говорят, что тебя не существовало, что тебя никогда не было. Называют меня больным. Психом… Но я же знаю, что ты есть. Я же знаю, черт возьми.

* * *

АААА! Ты всего лишь иллюзия! Я так и знал что тут, что-то не то. Всё показывает на это. Никто, кроме меня, тебя не видел. Ты сама не любила людные места, где много моих знакомых. Мы всегда ходили куда тебе захочется, а обычно я эти дороги знал наизусть. Ты мне всего лишь причудилась…. Но что самое смешное, я не могу без тебя. Без моей иллюзии. Смешная шутка судьбы. Наверно я двинулся умом от одиночества. И вообще, зачем жить, если я живу один. Ты была для меня идеалом. Но оказалась всего лишь иллюзией, выдумкой, мечтой, сказкой. Отпусти меня. Отпусти мою душу. Я так больше не могу…ПОЧЕМУ, БЛИН, Я???

* * *

Приятное ощущение, когда кровь стекает с твоей руки. Приятно, черт возьми. Я чувствую, что долго не протяну. Мне и неважно. Я не хочу жить. Жизнь без тебя – не жизнь. А существование. Скукота. Обыденность. Все одинаковое. Еда потеряла вкус, сигареты больше не успокаивает, а водка больше не приносит радость… ЗАЧЕМ ТОГДА ЖИТЬ? Прощайте, скоты, не скучайте без меня.
Черт возьми, как тут холодно…

* * *

— Доктор, он же придет в себя? К нему вернется сознание?
— Я не знаю… Сейчас он сам борется за свою жизнь, но похоже он просто не хочет жить.

* * *

«Одиночество. Надоело одиночество.
Я знаю, что яд может вызвать рвоту, поэтому я съел две пачки атропина. Он сам по себе является ядом. Если атропин принять в достаточной дозе он вызывает крепкие расстройства сознания и неприятные галлюцинации. Даже если я выживу – то, надеюсь, буду не в своем уме.
Я принял 8 граммов инсулина. Подкожная инъекция и ужасная боль. Вызывает «гипогликемическую кому», то есть потерю сознания из-за отсутствия сахара в крови и если помощь не будет оказана быструю смерть мозга.
И съел 4 пачки анальгина. Его легко достать в аптеках…
Я уже чувствую, как мой организм слабеет и сознание уходит. Моя голова раскалывается, и я хочу остановить этот бардак.
Зато я знаю, что не попаду в рай. Самоубийцы не попадают в рай. В моей смерти прошу винить мое рождение.
Черт возьми, как тут холодно….»

* * *

— Играй! Чувствуй ноты! Не долби! Прекрати так делать! Нежно! Как будто ты с девушкой! Ты что не любил никогда что ли? Давай нежнее! НЕТ! ТЫ БЕЗНАДЕЖЕН! Ты будешь тут сидеть до тех пор, пока не сыграешь, чтобы мне понравилось.
А сама вышла из класса, оставив девятилетнего мальчика один на один с пианино. Продолжая мучить клавиши, того самого «нежного» звука, которого хотела учительница, не получалось. Никак. Мальчик чуть не плакал, но эмоции и чувства в свою игру не мог вложить, как он не пытался.. Учительница все не приходила. Время занятия вышло. Он сидел и играл. Непрерывно играл. И тут дверь класса отворилась. Мальчик обернулся и увидел красивую девочку своего возраста. Мальчик потерял дар речи и никак не мог на неё наглядеться.
«Привет» —сказала она.
«П-привет…» —ответил мальчик.
И тут он заиграл. Пальцы перестали быть «деревянными». Музыка начала литься беспрерывной, сладкой струей. В это время учительница зашла в класс.
— Молодец! Вот можешь когда захочешь!
Я не для тебя играю сука старая. Я играю для неё.

* * *

— Я до сих пор не могу поверить в то, что мы вместе. Для меня это настолько кажется нереальным, что даже до сих пор, целуя тебя, я во все это не верю…
Она снова поцеловала его и прошептала ему на ухо: «Я люблю тебя».
Ему стало не по себе. В общем-то, обычно, когда рядом девушка, к которой он небезразличен, то есть чувство радости, какой то удовлетворенности и покоя. А сейчас ничего этого не было. Просто не верилось. Как во сне все это. Настолько нереальным казалось, что даже полученные ощущения вызывали неопределенность. Вроде же и реальность, но вызывает подозрения. А в общем то это и не важно, думал он, мои сомнения эти неопределенности пропадут со временем. А сейчас надо наслаждаться…
Он поцеловал её в ответ. И начал целовать более страстно, лаская её своими руками. Сначала он думал, что она его остановит, когда он перейдет пределы. Но она его не остановила…

* * *

— Помнишь нашу училку по музыке, Екатерину Петровну?
— Да, конечно помню.
— Я в детстве её так обожала…
— А я её ненавидел. Она всегда издевалась надо мной.
— Хи-хи. А я с ней до сих пор дружу. Иногда даже звоню ей и бывает часами разговариваем на разные темы.. Интересно было бы посмотреть на её реакцию, когда она узнает, что мы вместе…
— О да… Бесспорно. Ненавижу её. И вообще я сильно изменился с тех пор. Она может не удивиться.
— Да-да. Изменился очень сильно. Был таким паинькой, это даже я помню. Потом помню, ты выпускался.…На год раньше меня. Я тогда так завидовала тебе. И исчез. Много времени прошло. Я тогда шла со своим парнем, и ты с ним поздоровался. Я тогда тебя не узнала. Даже глаза стали другие. Более злые что ли…Мы не с неформальной тусовки, и я у него спросила, мол кто ты такой. А он мне говорит, что это ты. Я тогда чуть сознание не потеряла. Так сильно изменился…
— А я только недавно узнал, что мы вместе учились в музыкалке. Смешные шутки у судьбы.
Он был счастлив, что она рядом.

* * *

— Ты перенял мою манеру целоваться.
— Сильно?
— Достаточно, чтобы мне нравилось.
— Это радует.
Она пересела к нему на колени и обняла его за шею обеими руками. После нескольких поцелуев крепко-крепко прижала его к себе и тяжело выдохнула.
— Что такое? Чего грустишь?
— Та не, ничего. Мелочи.
— Для меня это не мелочи. Совсем не мелочи.
— Я не хочу об этом говорить.
— Ну и зря.
Просидев в тишине около трех минут, она улыбнулась и поцеловала его. Но он почти не дал реакции. Ответных поцелуев не было. Она с улыбкой:
— Ты что обиделся?
— Нет, что ты. Сама же знаешь, что я не способен на тебя обидеться.
— А вот и способен. Ты просто моментально прощаешь.
— Ага. Мне так проще. На мой взгляд – это так правильно. Обида вообще непродуктивная вещь.
— Так, а что тогда? Чего ты такой?
— Странное чувство. Такого еще у меня не было. Непонятное. Неуютно мне и я волнуюсь. И я не знаю из за чего.
— Обоснованно.
— ЧТО???
— Ничего.
Она улыбнулась и поцеловала его, затушив все желание вести допрос дальше.
Они пошли гулять по городу. Ночному, красивому, мелькающего своими цветными огнями городу.

* * *

Где ты? Тебя не было целый день. Я нигде не могу тебя найти. Нигде. А я уже думал, что мы будем вместе. Долго будем вместе. МОЖЕТ БЫТЬ ДАЖЕ НАВЕКИ! Ладно. Тише. Может быть, она не сбежала как все остальные. Просто уехала с родителями куда-то. Ведь это не исключается да? Надеюсь, нет. Все друзья говорят, что никогда её не видели. Заходил к ней – никто не открывает дверь. Мобильный телефон говорит, что такого номера не существует. Домашний молчит. Что же твориться…

* * *

Что же случилось? Я не смог найти ни одной твоей фотки! Я не смог найти ничего про тебя, никаких данных, никаких следов. НИЧЕГО. Как будто тебя никогда и не было. Даже царапины на моей спине от твоих ногтей зажили. НЕЕСТЕСТВЕННО БЫСТРО ЗАЖИЛИ! Почему? Чей это такой хороший юмор? Я расспрашивал всех, и все говорят, что тебя не существовало, что тебя никогда не было. Называют меня больным. Психом… Но я же знаю, что ты есть. Я же знаю, черт возьми.

* * *

АААА! Ты всего лишь иллюзия! Я так и знал что тут, что-то не то. Всё показывает на это. Никто, кроме меня, тебя не видел. Ты сама не любила людные места, где много моих знакомых. Мы всегда ходили куда тебе захочется, а обычно я эти дороги знал наизусть. Ты мне всего лишь причудилась…. Но что самое смешное, я не могу без тебя. Без моей иллюзии. Смешная шутка судьбы. Наверно я двинулся умом от одиночества. И вообще, зачем жить, если я живу один. Ты была для меня идеалом. Но оказалась всего лишь иллюзией, выдумкой, мечтой, сказкой. Отпусти меня. Отпусти мою душу. Я так больше не могу…ПОЧЕМУ, БЛИН, Я???

* * *

Приятное ощущение, когда кровь стекает с твоей руки. Приятно, черт возьми. Я чувствую, что долго не протяну. Мне и неважно. Я не хочу жить. Жизнь без тебя – не жизнь. А существование. Скукота. Обыденность. Все одинаковое. Еда потеряла вкус, сигареты больше не успокаивает, а водка больше не приносит радость… ЗАЧЕМ ТОГДА ЖИТЬ? Прощайте, скоты, не скучайте без меня.
Черт возьми, как тут холодно…

* * *

— Доктор, он же придет в себя? К нему вернется сознание?
— Я не знаю… Сейчас он сам борется за свою жизнь, но похоже он просто не хочет жить.