Свободных мужчин – невысокий процент. Хватай, что осталось – какая разница! Желаю сиять, как начищенный цент И славной добыче активно радоваться. Любовью горю уже где-то на треть. И даже не все просчитала заранее. Мужчина, отстаньте уже глядеть, У меня, между прочим, не с вами свидание! Хотя где-то мой заблудился опять …
Надежды разбились. Вмиг. И звук характерный: Разбитой вазы, а может, сердца, а может, зубовный скрежет… Взгляд его обращен на другую. Первую. А потому жестоко красив и нежен. Наивно хотелось счастья. Дышать духами. Меха, бриллианты, коллекционные вина. Из телевизора смотрит в глаза Дукалис – Мужик и мент. Жаль – целиком не …
Город. Текут оловянные лица, Четко равненье держа. Ветер слетает, как самоубийца, С десятого этажа. Люди несут хачапури и пунши В розовых животах. Город воробышком бьется, запутавшись В собственных проводах. Пели, смеялись и плакали вместе — Все река унесла. Город — почти идеальное место Для добра и для зла.
Черным — черно, уже без меры, Чечетку отбивают нервы, И нет ни счастия, ни веры — Рыдаю, злобы не тая, И за неделею неделя, Все плохо в мыслях и на деле, А если свет в конце тоннеля, То здравствуй, поезд, это я!
А любовь приходит, как гроза. Тешимся восторгами забытыми. У любви прекрасные глаза, Невзирая на рога с копытами.
Как некрасивых женщин жаль… Другим несут вино, конфеты, Игрушки, пышные букеты… У этих же в глазах печаль И ожидание весны, Когда цветут стихи Шекспира И души тонки, как рапиры, И на любовь обречены. Весной желанья, как река, Бурлят и рвутся на свободу. И женщина глядит на воду И видит небо, …
Говорила, что устала страдать. От мужского пола столько проблем! Амазонки были — вот благодать! И пора бы почковаться нам всем. И терпеть-то мужиков не могла, И теперь не может — масса причин. И танцующей походкой ушла — Вероятно, ненавидеть мужчин.
Приходится жить так, как велят. У морали – очарованье столба. Если каждый грешник идет в ад, представьте, какая в аду толпа, шум, толчея, полный бедлам: предъявите паспорт, и справки, и прочее… И каждый банальный до слез Дон Жуан должен сначала выстоять очередь, а после бубнить, теребить пиджак, от взглядов ежась, …
Ох, не выдержу я искуса, Ох, влюблюсь по счету три. Только парень смотрит искоса, Окулист его дери! Мне, родной не до банальностей И цветочки ни к чему. Ты какой национальности? В паспорте! А по уму? Не привык ты этак с дамами? Сразу видно — не омич. Ты анкетными-то данными Мне …
Мы пройдем по земле великим маршем. Мы вдавим цветы в лицо планете. Все красивые женщины будут наши. И скоро родятся наши дети. Эй, ты, чужой, бойся быть не с нами! Огнем и мечом – и не будешь забыт. Еще омоются кровавыми слезами Следы человечьих копыт!