Нужно только представить. Они одевались. Молча. Думали, помнили. Усталость? Или… отсталость? Что будет потом, после того, как застегнется последняя пуговица? Они взглянули друг на друга… или не взглянули… Или она не взглянула, а он искал… Или он… не смог посмотреть ей в глаза. Вплоть до звонкого щелчка входной двери, закрывшейся …
Ты помнишь, мы ехали в поезде метро над Днепром. Мы стояли в центре вагона у двери. Я держался за округлый поручень одной рукой, и мы подчинились колебаниям вагона. Только изредка, сглаживая наиболее резкие из них, моя рука напрягалась и работала сторожем нашего расслабленного состояния. — Гидропарк! Следующая… — засуетились вагонные …
Grapes …ровная светлая грусть… под стать природе, закрывшей весь город ажурной паутинкой белесой дымки… солнце просвечивает, но не достает своим светом все уголки застывшего в полусне парка… дышать почти не хочется… сейчас бы лечь на спину, распластавшись по прохладной, все еще зеленой траве, склонить голову на бок, и задремать… чуть …
Зачем объяснять слепцу какое небо? Зачем глухому шум деревьев и шорох листьев? Зачем пытаться научить любить черствого душой? Зачем объяснять правду заранее уверовшему в ложь? Зачем? Только для себя самого. А если тебе самому это не нужно? Тогда… Объясняй слепцу какое небо… А глухому — зачем шум деревьев и шорох …
Смотреть на выдохе… Встретиться глазами друг с другом и смотреть на выдохе… бесконечно. Зная, что вдох начнется только тогда, когда иссякнет желание смотреть. Отведи руку. Коснись переносицы. И медленно вперед, плавно, чуть подрагивая от неизвестного впереди… словно ожидая что-то прозрачное и внезапное холодное и плоское. Глаза не видят. Но, а …
Отпусти себя на волю. Один раз. Только раз. И произойдет… Не знаешь что. Не сможешь сказать, нужно ли то, что произойдет. Узнать себя после этого будет сложно. Ты ли это? Сможешь ли ты себя узнать? Улыбнись… На столе бокал, на стенках которого следы твоих губ. На дне – глоток красного …
Очередной, малый и большой одновременно, Хаос лежал, разбросавшись, перед нами… Огромные валуны, словно стремясь обогнать друг друга, попрыгали в море, застыв на века. Казалось, что среди этого нагромождения нет жизни. Мы стояли на скале над всем этим. — Добрались? – ее улыбка была одновременно и лукавой, и обиженной… — Скорее …
Помнится: она у него на руках, в глазах отчужденность, настороженность. И совершенно не помнится, почему она оказалась у него на руках. Ночь очень темная, фонари в тумане, блестящая от обилия влаги и близкого моря аллейка, шепот волн. Ватная тишь и темень. Комок набрякшего грозой неба. Ползущие клочки тумана. Нереальность до …
Я прочитал твое письмо вечером… как и обещал, почти забыв обо всем. Забыл о снеге, запорошившем все и вся, и погрузившем город в белый бархат сна. Забыл о машине, брошенной перед гаражом. Забыл об обязательном звонке в девять, решающем месячные труды всей нашей фирмы. Забыл… И только потягивал охлажденный мартини …
Идет дождь… как-то банально идет, накрапывая. Я иду по улице, спокойно… торопиться не хочется. И где-то возле кругового городского сада – маленькой сказки среди бетона и шума – по приходящим плюсующимся мелочам понимаю: не хочу идти дальше. Подхожу к дереву… шершавая бугристая кора оказывается теплой. Ладонь почти сразу начинает принадлежать …