Париж утонченный был в шоке, Ведь призрак его покорил: Парижской коммуны «уроки» Французский народ не забыл… Но как же могло получиться, Что век целый правит у нас, Меняясь со временем в лицах, Коварный злодей Фантомас? Не может случиться иначе: Злой гений вперед показал, Удачу сменил неудачей, А после потомкам сказал: …
-1- — Ну, пусть только сунутся, кошки драные! – полусвистя-полушипя, выдала Машка. – Кукиш они получат, а не шмотки мои! А мы безучастно взирали, как Машуха, красная от усердия, отдувая падавший на глаза завиток тонких, словно паутина, мелко-кудрявых волос, закручивала шнурки на своих полуботинищах, которые ей достал батя по черт …
Сегодня с самого утра хлестал дождь. Пeтр одел тeплый свитер, надвинул на глаза капюшон куртки и вышел из дому. Дорога на работу была не близкая, пешком через весь их пролетарский посeлок на окраине города добираться минут сорок. Но он легко шeл, слегка размахивая при ходьбе руками: Петя любил свою работу …
…Макс сидел дома на кухне. Обычная крохотная клетушка, прилепившаяся под крышей стандартной панельной девятиэтажки на окраине города. Так далеко от цивилизации, что красивые девушки к нему не хотели ехать без вызова такси туда и обратно. Был очень холодный зимний вечер. Он выключил свет, кухня освещалась только индикаторами радиочасов, зажжeнной конфоркой …
Безумный фиолетовый цвет твоих волос доводит меня до исступления. Зачем было так себя уродовать?! Тебе мало дорогостоящего пирсинга, который до сих пор травмирует меня в постели? Тебе недостаточно, что я никогда не могу найти свою расчёску из-за твоих разбросанных шмоток? А многочасовые телефонные разговоры с подругами? Да знаешь ли ты, …
Собачья у меня работа, хуже, чем у таксистов. Те хоть психануть могут, высадить пассажира на полдороге, а я на это права не имею. Если каждый божий день общаться с убийцами, ворами, шизиками и садистами, то и сам таким можешь стать. Но нельзя расслабляться — я образец спокойствия и профессионализма. Блин. …
— Боже, Боже мой!.. Уже светает. Так и не заснул. Как ты мне надоела, сволочь… Как я тебя ненавижу! Что ж ты не даешь мне заснуть – тебе же это выгодно. Вылезешь, погуляешь, проветришься… Феоктист чувствовал, что если сжигающая внутренности боль не прекратиться в течение ближайших десяти минут, он сойдет …
В эту пятницу, двадцать четвертого, Я спешу на свидание к Вам. Чтоб одеть еще не затертого? Как бы смысл придать словам? Вряд ли Вы прочитали классиков, Вряд ли Вы хороши собой, Но уже подгоняют часики – Время, время, давай, ковбой! Да, не юноша, но, тем не менее, Что-то есть в …
Веное сонетов. Лопата дворника с утра Тебе напомнит о расплате За ночь страстей в чужой кровати, За стыд, потерянный вчера. Прошедший вечер, как дыра, Все в дымке, словно в снежной вате, И тут еще, совсем не кстати, Куда-то нужно и пора. Как трудно окунаться в день! Вкушать лихую дребедень, Которой …
Глум сидел под елкой. Елка качалась от ветра, ибо росла в голой степи и была беззащитна. Глум думал. Он думал о себе, о молодой жене Ботиции и о свежерожденном сыне Куке, который еще не думал ничего. — Странно! – сказал Глум большой вороне, спустившейся по своим женским делам на землю …