Как волк голодный, на работу Выходит мозг и тьму буравит, И гложет сам себя, желая Из ничего добыть премудрость. Он сам вселенная и космос. Он сам глубины и полеты. И если в нем закон погибнет, Падет в обломках мирозданье.
«Где-нибудь всегда выдается чудесный день, сэр» А.Бэстер «Тигр! Тигр!» — Стоим десять минут, — проводница подхватила со столика флажок, зажала его подмышкой и спустилась вниз по ступенькам вагона. Матвеев слез с полки и потянулся. — Пойти, что ли, пивка купить. Как ты думаешь? Куприянов лениво оторвался от газеты: — Рыбки …
Жили-были старик со старухой. То есть когда-то давно они были молодыми и красивыми. Но родился у них сынок. По старой традиции нарекли его Иваном и позвали на крестины всех соседей. Всех, да не всех. Как водится, забыли про старую ведьму из Замороченного леса. Но ведьма сама явилась, не звана-не ждана, …
Поверхностному читателю свойственно многое упрощать. И прежде всего упрощению подвергается характер человека. Можно утверждать, что камнем преткновения при восприятии произведения, принадлежащего перу писателя — классика, является непонимание всей сложности человеческого характера. А. М. Левидов. «Автор — образ — читатель» Одни и те же дети — благополучные семьи и неблагополучные, богатые …
Поверхностному читателю свойственно многое упрощать. И прежде всего упрощению подвергается характер человека. Можно утверждать, что камнем преткновения при восприятии произведения, принадлежащего перу писателя — классика, является непонимание всей сложности человеческого характера. А. М. Левидов. «Автор — образ — читатель» Одни и те же дети — благополучные семьи и неблагополучные, богатые …
Поверхностному читателю свойственно многое упрощать. И прежде всего упрощению подвергается характер человека. Можно утверждать, что камнем преткновения при восприятии произведения, принадлежащего перу писателя — классика, является непонимание всей сложности человеческого характера. А. М. Левидов. «Автор — образ — читатель» Одни и те же дети — благополучные семьи и неблагополучные, богатые …
Подъезжая к большой развилке, у автобусной остановки молодой доктор-психотерапевт Лазарь Штангенциркуль заметил одинокую девичью фигуру. Девушка затягивалась сигаретой, артистично стряхивала с нее пепел и тоскливым взглядом провожала проезжавшие машины. «Тремп ждет,- подумал доктор,- на автобус, наверно, опоздала. Надо подобрать. Сделаю мицву – доброе дело в переводе с иврита». Не особенно …
Из цикла «Такая любовь» МНЕ НЕЧЕГО УЖЕ СКРЫВАТЬ… Мне нечего уже скрывать, В любовь я больше не играю. Свою заветную тетрадь На сайте завтра размещаю. Странички о моей любви, О слезах горьких и измене. Туда ты как-то загляни По любопытству или лени. Оставь заумный свой ответ О том, что плохо …
Я оставляю тоску и заботы, Горечь, печаль, суету. Я доверяю себя самолету Рейсом в Алма-Ату. Скрытые тьмою московские крыши, Брошенный взгляд в пустоту, Мы поднимаемся выше и выше, Рейс наш в Алма-Ату. Дремлют приборы в кабине пилотов, Ночь коротка на борту. Рано встречают зарю самолеты Рейсом в Алма-Ату. В этом …
Южный полуденный зной. Пинии пахнут смолой. Прошлое стало золой, Прошлое было тобой, Теперь ты спишь. О чем ты молчишь? В этих стенах есть тайна… Мы попали сюда случайно… Ты тысячу лет неизменна, Здесь время неслышно бежит, Красавицей спящей Равенна У теплого моря лежит. Под солнцем нагретые стены… В июльские жаркие …