Мрак сгустился сказочный и древний, Покатился месяц, как клубок… И несет царевича с царевной По лесным трущобам серый волк. Звезды посреди угрюмой ночи, Черных веток резкие щелчки… И горят в полете злые волчьи Огневые красные зрачки. Но к утру, развенчанный и вдовый, Растворится в солнечных лучах Круглый месяц, райский и …
Под переливы птичьих трелей Косых лучей летящий пух Застрял меж лап дремучей ели, Где солнце отводило дух. Мне, посетительнице пешей, Неочарованной ничуть, Вдруг показалось – это леший Вздохнув, раскрыл седую грудь; И, грустью вечера прельщенный, Вобравшей жар сухих полей, Он мне позволил, умиленной, Вдохнуть романтики своей. Где месяц раскаленным углем, …
Под переливы птичьих трелей Косых лучей летящий пух Застрял меж лап дремучей ели, Где солнце отводило дух. Мне, посетительнице пешей, Неочарованной ничуть, Вдруг показалось – это леший Вздохнув, раскрыл седую грудь; И, грустью вечера прельщенный, Вобравшей жар сухих полей, Он мне позволил, умиленной, Вдохнуть романтики своей. Где месяц раскаленным углем, …
Под переливы птичьих трелей Косых лучей летящий пух Застрял меж лап дремучей ели, Где солнце отводило дух. Мне, посетительнице пешей, Неочарованной ничуть, Вдруг показалось – это леший Вздохнув, раскрыл седую грудь; И, грустью вечера прельщенный, Вобравшей жар сухих полей, Он мне позволил, умиленной, Вдохнуть романтики своей. Где месяц раскаленным углем, …
*** Ночь границы чуткие раздела, И, восторги тайные лия, Достигает Вышнего придела Жизнь моя и буря чувств моя. С берегов, бесформенно-бестелых, С перепутий сада, со скульптур, С фонарей и лип, от света белых, Снят земного тлена абажур. И, ручной механикою точной Покачнув мерцание звезды, Кто-то тронул чутко и бессрочно Жизни …
В начале этот молодой человек ничем не отличался. Только то о нем можно было сказать, что его лицо среди мужской части балетной труппы обращает на себя внимание особой дерзостью, граничащей с наглостью, — гонором, свойственным юности. От силы ему двадцать лет, а скорей всего, меньше. Как-то встретила его на улице, …
В начале этот молодой человек ничем не отличался. Только то о нем можно было сказать, что его лицо среди мужской части балетной труппы обращает на себя внимание особой дерзостью, граничащей с наглостью, — гонором, свойственным юности. От силы ему двадцать лет, а скорей всего, меньше. Как-то встретила его на улице, …
В начале этот молодой человек ничем не отличался. Только то о нем можно было сказать, что его лицо среди мужской части балетной труппы обращает на себя внимание особой дерзостью, граничащей с наглостью, — гонором, свойственным юности. От силы ему двадцать лет, а скорей всего, меньше. Как-то встретила его на улице, …
Не рождается радостный день, Не восходит здесь вечер унылый. Только серая томная тень Неразлучна с недавней могилой. Пошатнулась – и вновь тишина Запечатана плесенью глухо… Лишь остывшая осень, темна, Легкой веткой касается слуха. »Приютил меня в гиблой тиши, Где как пугала – майские гнезда. Но из нашей надрывной души Беззакатные …
Не рождается радостный день, Не восходит здесь вечер унылый. Вечный сумрак — и тихая тень Долго бродит у старой могилы. Пошатнулась – и вновь тишина, Только ветки качаются сухо… И остывшая осень, темна, Незаметно касается слуха. »Приютил меня в гиблой тиши, Где как пугала – майские гнезда. Но из нашей …