Анти…

«… Изображайте из себя бедных и несчастных,
вызывайте к себе жалость и симпатию,
распускайте слухи о народе – вечном страдальце…
обвиняйте в антисемитизме…»

«Протоколы Сионистских Мудрецов»

Владимир спешил в колледж. С шести утра на ногах – работал целый день, таская по этажам тяжёлые ящики и комоды, перевозил людей в новые квартиры.
«Ну и день выдался сегодня,» – воскликнул он, входя в аудиторию, – «Всем привет!»
До начала занятий ещё было минут тридцать и можно расслабиться, побеседовав с «сокашниками» и подготовиться к занятиям, пробежавшись по домашнему заданию.
Он уселся на одно из свободных мест просторного помещения и открыл учебник.
Студенты разных национальностей, вероисповедания и цвета кожи учились вместе с Владимиром. Были китайцы, испанцы, арабы, русские; африканцев, в основном, представляли чёрные островитяне. Национальность определялась условно и не отражала точную картину разнообразия людей, так-как, никто и не интересовался кто есть кто – никому это было ненужно. Символичность складывалась из образов внешнего вида, цвета и особенностей звуковой коммуникации между собой, или акцента речи.
Незаметно для себя, завязался разговор с Мусой, Кеном и Абдулой. Начали о работе…
– Что замученный такой? – спросил Абдула.
– Да, – отмахнулся Влад, – Ящики таскал целый день.
– А-а-а, – понимающе протянул Кен.
Разговор перешёл на обсуждение последних новостных событий в мире, взрывов в Израиле, борьбы палистинцев, террористов и всего, что беспокоит людей в нашем неспокойном мире.
– Вы же антисемиты! – воскликнул вмешавшись Мойша, сидевший неподалёку и слушавший чужой разговор.
– Да ты что? Двинулся совсем? Как я могу быть антисемит? Я же сам семит! – со смехом воскликнул Муса.
– И Абдула тоже.., – добавил Влад.
– О тебе не было и речей.
– Мы «бедных евреев» – незаконнорожденных и приёмных в своё время детей даже и не упоминали, – удивлённо возразил Кен.
– Ты ничего не понимаешь! – завизжала Лана, – Мы столько страдали. Нам не давали жить в «нашей стране»!
– О, да! – перебил её Влад, – То-то ты имеешь два высших образования и работала главным бухгалтером в крупном госучреждении?! Хороши гонения! А вот я не мог поступить в ВУЗ, будучи русским: квота и нацкадры – вперёд…
– Так кто более ущемлён и гоним? – вставил Бил, сидевший за соседним столом.
– Ты, вот и здесь пролезть готова везде – за счёт государства и денег налогоплательщиков – «униженная и оскорблённая»… Я пиздячу, платя налоги, а ты за счёт социального пособия сидишь дома! И не хило сидишь.
Я вообще не желаю слушать о вас и ваших проблемах. Я спрашивал тебя что ли о чём-то? Что ты мне их навязываешь? Меня это интересует? Или, мне нужно этим голову забивать?
– За махинации на работе или плохое выполнение своих обязанностей прижали – гонимы стали! – добавил Ал.

Беседа продолжилась на уроке, начавшись с краткого пересказа учителю (считавшей себя еврейкой) о происшедшем разговоре, превратившись в бурную дискуссию.
– Вы понимаете, – возмущался Влад, – я никогда не был антисемитом или расистом, фашистом или нацистом; даже не задумывался о существовании этих слов, связанных с еврейством. В моём городе жило более ста национальностей и народностей, говорили на различных языках, но такое понимание значений тех слов я увидел только в этой стране. Откуда? Зачем всё это? Не уж-то принцип любой империи – «разделяй и властвуй». Ведь ненависть порождает страх, наушничество, сплетни, доносы и все сопутствующие грехи человечества. Указывая на исключительность одной нации подавляется другая…

Студенческая аудитория выла и гудела – напирали со всех сторон, то и дело приводя аргументацию из различных литературных и научных источников: Библии, Торы, Загора, Протоколов Сионистских Мудрецов, Кабалы… кто-то вспомнил записки римских летописцев и современные публикации открытий учёных. А учитель только отнекивалась: «Да, вы начитались антисемитской литературы…»

В интернете появилась электронная книга с маленьким предисловием: «Эта книга не является антиеврейским изданием и отображает лишь исторические события борьбы народов за свободу, независимость и самоопределение в вопросах самобытности религиозного верования, борьбы за обладание своим государством и культурой…»

Вот так-то…