Главное начать, а там пойдёт, как по-маслу. Так уже бывало раньше, и Дмитрий не сомневался, что будет и на этот раз, но… с тех пор прошло тридцать лет… и тогда было совсем другое дело, вроде как и не от себя говорил, а строго по сценарию. Да и молод он был тогда, а теперь вот … Её же время обошло стороной, даже на пользу пошло. Дмитрий видел все её фильмы, некоторые по пять раз. Эх, не ровня они теперь, совсем не ровня!… Она – знаменитая актриса, а он – эх!…
И почему его больше не позвали сниматься? Хвалили ведь за ту роль. Газеты писали: «Сыграл – как прожил!» Ещё бы! Он ведь любил по-настоящему. А она? Тогда казалось, что тоже… Хотя, на то она и актриса, чтобы все верили… Но ведь была же ночь, и какая ночь!!! Разве такое забывается?! По всей Москве висели тогда афиши, … влюблённые непременно хотели быть похожими на них… А теперь… Ну чтож так ноет под ложечкой-то?.. И сигарета скачет в руке. Не надо было вчера пить! …Но разве осилишь такое насухую?! Тридцать лет «не слуху – не духу», и вот на тебе – «Приглашаетесь на встречу со зрителями»… и перечень всех приглашённых. Она, естественно, на первом месте!
… Ну что за зеркала здесь противные! Дома всего огрызок, а и то лучше смотрелся… Ну как к ней с такой-то рожей?! А, была-не-была! Другого-то шанса судьба не подарит…
Дмитрий попытался протиснуться между двумя плотными охранниками.
— Ещё не время! – интонация у всех охранников мира одинаковая.
— Да я знаю, что встреча через два часа… мне нужно подготовиться, привыкнуть к сцене… Кстати, где у вас здесь буфет?
…Боже мой, сколько воды утекло с тех пор! Что тогда творилось на сьёмочной площадке!… Татьяна больше никогда не позволяла себе даже подобие романчика с партнёром. Хватило одного раза! Врачи тогда удивлялись точности указанной мамашей даты зачатия, — обычно, никто не знает наверняка. Но… обычно, никто и не беременеет с одного захода… В принципе, по этой причине и не сказала ему тогда ничего, боялась,- не поверит, что от него. А доказывать, что других-то и не было, унижаться – это ещё хуже, чем стать матерью-одиночкой.
…Откуда взялись эти круги под глазами? Ещё подумает, что больная или, ещё хуже, – плакала по нему всю ночь, волновалась перед встречей… Что за чушь! Больно надо! Да у неё отбоя нет от поклонников!… Блин, надо было согласиться на подтяжку лица… Вероника вон сделала и теперь играет девиц «на-выданье», в её-то пятьдесят с хвостиком! Ладно, если надеть шляпку, то будет смотреться как тень от полей, да и не каждый под шляпку заглянет. А захотела — головку наклонила слегка – вот и не видно глаз-то…
— Женечка, где моя пудренница? Сколько раз тебе говорить – не трогай мою косметичку! Во-первых, тебе всего десять, а во-вторых…. мальчикам не следует накладывать макияж, даже при наличии прыщей.. А уж синяки-то и того подавно, придают мужественность, можно сказать.
— Бабуля, или ты меня маскируешь, или я отказываюсь тебя сопровождать..
— Не зови меня бабулей!
— Нет же никого рядом…
— Вот и не привыкай, а то потом выскочит по-привычке. И не замаскируй, а загримируй. Вояка! Ладно, иди сюда. Может, тебе тоже кепку надеть? В качестве маскировки, так сказать…
— Сама же говорила, что мои «золотые» волосы – главный мой козырь!
— Ладно, Рыжик, тащи пудру.
… Боже, какие же у него рыжие волосы! Точно такие, как были у его матери и у … Надо же, а ведь они с дедом просто одно лицо!… Как ни старалась Татьяна это не замечать, а факт есть факт. …Ой, да что вообще волноваться-то, всё будет хорошо! Её уже ничем не удивишь. Столько повидала и натерпелась, что медали за отвагу бедет маловато. ..Так-то оно так, но вот эта дрожь в руках… нервы-нервы…
…Пятнадцать, шестнадцать… Как же сердечники умудряются считать свои капельки в момент приступа? Может, они эту валерьянку с горла?… Фу, какая гадасть! Да, это не Хенесси… Кстати, коньяк тоже успокаивает и сосуды расширяет… А валерьянку?… – …кошке! … Всё! Пора! Такси уже сигналит.
— А что, у вас тут, в буфете, вообще спиртного не подают? Целый час меня чайковским полощешь!
— Только в антракте. – Ну и голос! А лицо?! С таким лицом ему не в официантах ходить, а бандита играть.
— А артистам разве привелегии не положены? …Для храбрости, так сказать. У меня деньги есть, ты не думай!
— А мне и не надо думать, это ваша привелегия… Артиииистов!!! – Вот ехидина, а! Видел бы он Дмитрия 30 лет назад…
— Ты что, не веришь, что я артист? Вот смотри, это мой пригласительный! – Вот гад! Даже не посмотрел. … Вот, так всегда, только настроешься, а какая-нибудь сволочь испортит «клёв» или сорвёт весь «улов»! А может, оно и к лучшему. На ногах твёрже будет стоять.
Голова у Дмитрия гудела, но разум как-то умудрялся слышать и даже отфильтровывать поток мыслей.
…Надо бы проветриться перед встречей. С балкончика, что выходит прямо из кафе, отчётливо просматривается крыльцо. Можно занять отличную позици… Разведчик! А смысл? Ты её и так узнаешь из тысячи!А вот узнает ли она тебя? Вопрос! Большой вопрос! Рыжий чуб стал давно седым, да и чубастым его уже давно не назовёшь, скорее – плешивым. Лучше пристроиться на крыльце, типа на перекур… она пойдёт мимо… и… Ох, ё-моё, сердце от одной мысли о встрече того и гляди выпрыгнет из груди! Спокойней!… Узнает — не узнает…Ромашкин твоя фамилия! Как пацан перед первым свиданием!
… Так, …вот и гости начали съезжаться… Ну и шляпа! Поди разгляди – кто там под ней! А рядом?!
— Где-то я видел этого рыженького мальца?!
— Что вы говорите? – В руках говорящего Дмитрий заметил рацию и список приглашённых.
— Да это я так, сам с собой. Не знаете, где снимался этот рыжий мальчуган, что с мамашей в шлапе приехал? Больно уж мне лицо его знакомо.. – давно знакомо… Такое впечатление, что я его с детства знаю…
— Не, этот ещё нигде не снимался. А «мамаша в шляпке» … ну вы даёте, это же ваша партнёрша по фильму! – Мужчина услужливо протянул руку идущей навстречу актрисе. – …Татьяна Васильна! Позвольте проводить вас в гримёрную?!
— А мне гримёрная не положена? – Спросил Дмитрий скорее по-энерции, нежели желал услышать ответ.
Татьяна подняла взгляд на хриплый голос, показавшийся ей знакомым, и… крепко сжала Женькину руку.
— Бабу… Татьяна Васильевна! Мне же больно!
…Ну вот и встретились… Если перехватить инициативу, то может и не заметит волнения…
— Сколько лет, сколько зим! Здравствуйте, Митя! – Почему она назвала его Митей? Не слишком ли фамильярно? Ещё обидится… и вдруг жена где-то рядом? Ещё подумает… А, не всё ли равно!
— И вам здравия желаю, Татьяна Васильевна! – Блин, что-то слишком официально получилось, по-салдафонски. Вот балбес! Ну, Рыжик, выручай!
— Это кто это у нас тут такой золотой! А ну, дай-ка я тебя рассмотрю получше, уж больно мне твоя мордашка знакома! – …Ёлы-палы… да это ж вылитый я в детстве! Не может быть! Ему всего лет десять, а мы не виделись почти тридцать… Что за наваждение?! Предательские ноги, совсем ватными стали… Ну зачем присел на корточки перед пацаном, вот как теперь встать?…
Дмитрий вспотел от волнения и взглянув снизу вверх, поймал полный любви взгляд Татьяны.
— Да уж, Дмитрий, нам есть о чём поговорить… Но давай отложим этот разговор до банкета. Нас зрители ждут, не забыл? Женя, поддержи деда с другой стороны… вот так… ну же, Митя…. возьми себя в руки!
….Деда! Она сказала деда?! Значит, есть сын… или дочь?!… А нельзя ли сразу перейти к банкету, кому нужна теперь эта встреча со зрителями? Два часа мучительных терзаний! …Почему она не сказала ничего раньше? У него была бы цель в жизни. Он бы бросил пить! Он бы из шкуры вылез, но стал человеком! Ради сына… или дочки? Какая разница! …Он бы мог прожить совсем другую жизнь… У него была бы семья, дом… Как шумит в голове! Всё плывёт вокруг… давит грудь…
— Таня! Ты должна мне сказать… кто? Дочь? Сын? Умоляю!!! – Какой странный голос… нужно встать… развалился тут…
— Ой! Осторожно… Татьяна Васильна, придержите ему голову, я подложу под неё плащ. Потерпите, Дмитрий Алексеич, скорая уже выехала. – Ты смотри-ка, имя вспомнили… а сначала… ну и Бог с ними…
— Таня.. – Какая мягкая у неё ладошка…
— Я здесь, Митя, здесь… Тебе лучше молчать… – Да что же это делается… мамочки!
— Тогда… ты… говори… сын?- Дмитрий закрыл глаза, стараясь из последних сил услышать ответ…
— Нет. У нас дочь… была,… Оля…. она умерла при родах….Но теперь у нас внук – Женечка, твоя копия, как ты уже успел заметить… – Татьяна уже не стеснялась своих слёз.
— Мить, Митя… ты меня слышишь? Митя! … Мииитяяааа!!!……
