* * *
А может, я лишь выдумал апрель,
Закат и эту родинку на шее,
Взыгравшей кровью распахнуло дверь,
Где память прокричала: «Ну, смелее!
Твори в стихе, когда лишен любви,
Восполни мир чертой ее изгибов,
И родинкой на выстреле зари,
И трепетом закатов-переливов».
А может, был апрель невинно юн,
Капель играла отмиранью тризну,
Когда увидел я среди бескрайних дюн
Свою судьбу через чужую призму.
Судьба звала, но я остался глух.
Глухому – глушь, и, от тоски шалея,
Я не услышал слов хрустальных звук,
Увидев только цвет – и родинку на шее.
Антон, для простого читателя, как я, в стихотворении столько красивостей, что смысл уходит на второй план.