Я дрожащая тварь, а стало быть, право имею:
Забиться в углу, затаиться от мелочных дней,
Ощущая фатальность петли на изнеженной шее,
С головой погружаться в пространство сверхценных идей.
Я право имею на смех неразлучный со мною,
Он стреляет перстами прохожих в сутулость спины,
Став мишенью насмешек — последним оплотом изгоя,
Я могу преисполниться жалящим чувством вины.
У меня есть права на упреки и наставления,
Каждый хочет учить, но не каждый готов промолчать,
Я готов пронести, шитый бисером крест преступления,
Что бы только своим наказанием их оправдать.
Негативом дырявым, ловлю первый проблеск рассвета,
Помнит хватку мою, эта старая сука — судьба,
Ведь свинцовой рукой, лобызающей сталь пистолета
Я когда-то со страхом сжимал рукоять топора.
Я дрожащая тварь, а стало быть право имею:
Вгрызаться в размер бытия истеричностью строк,
Ощущая банальность петли на изнеженной шее,
На последнем этапе судьбы надавить на курок.