Продолжение.
Начало:
http://proza.ru/texts/2006/11/04-77.html
…А к машине, замечу тебе, иногда действительно привязываешься больше, чем к человеку, знаю это по себе. Странно, однако, но — факт. Проверенный. Железо-железом, а точно любимая женщина.
Но не жена, естественно, не подумай ничего плохого.
С машиной бывает иногда гораздо больше событий и ощущений связано, чем с иным человеком.
Особенно – с женой.
В широком смысле.
Вот я, лично, не большой любитель автомобильной эротики, любви или секса, но и у меня тоже кое-что на заднем сидении случалось волшебное. Вроде непредусмотренной пылкой любви.
Да и на переднем – тоже бывало.
Вспоминаю даже, что и тебе однажды удалось поработать ротиком, сидя на переднем сидении моего автомобиля, справа, сбоку от меня.
Когда на тебя вдруг какая-то сексуально-эротическая фантазия наехала.
Да, помню, это происходило так, что ты свою не очень длинную шейку едва не вывихнула. Если бы я тебя за волосики не придерживал, и за подбородочек. Точно бы вывихнула, уж больно ты активна была. Прямо, горела вся.
А рычаг переключения передач, который тебя вдруг так возбудил, и который ты периодически очень сексуально облизывала и покусывала, все же немного мешал таинственному нашему плаванию. В грудь тебе он слегка упирался, когда ты ко мне через него все дотягивалась. Из-за моих не самых выдающихся размеров, прости уж. Не сравнимых, конечно, с джековыми.
Но, кажется, даже несмотря на это, ты была довольна.
Как говорится в народе – мал золотник, да дорог. Дело свое он знал. А ты – свое тоже умела делать.
А вместе у вас – неплохо получалось.
Мне кажется, тебе это даже нравилось, особенно – в компании с рычагом.
Уж больно он вызывающе торчал, и гнуться не собирался.
Я даже думаю, что ты себе еще и второго дядьку представляла, участвующего в процессе.
Этакого — с паранормальными достоинствами, ласкающими твою чуть уже вислую грудку своим кожаным набалдашником.
Между прочим, по-моему, на набалдашнике моего, этого весьма развратного рычага, который я потом долго вытирал платком, остались следы твоих прелестных жемчужных зубок.
Вот так иногда и размышляю, когда за него берусь, – твоих или нет зубков дело? Или – еще чьих-то?
Впрочем, это и не так важно — чьих.
Главное — красота была и царила над вами с рычагом, хотя и не самая гигиеничная, как я вспоминаю…
У меня уже тогда, между прочим, тоже стихи слагались, и в песни пробивались и складывались. Еще до Лизочки.
Только я тебе ничего об этом не говорил.
А складывалось нечто, вроде:
«Мы зальем войны пожарище, русский вымпел на Луне,
Как счастливо жить, товарищи, в нашей солнечной стране.
Все товарищи мы сытые. И одеждою модны.
Все пути для нас открытые, все дороги нам видны…»
Сейчас вот думаю, когда руку на рычаг переключения передач кладу: а как бы ты отреагировала, покусывая набалдашник, или в меня впиваясь не по-детски, если бы я тогда нечто в этом же роде запел? От восторга чувств и усердия не захихикать не вовремя.
Перепугалась бы, наверное, до смерти, мон петит котеночек?
Или бы тебя это еще больше возбудило?
А если бы мы хором — с тем мифическим дядькой, которого ты себе представляла, такую штуку вдруг запели? В унисон, или даже на два голоса? Под советский гимн, типа, «Вставай, страна огромная…» В момент многочисленных извержений фонтанов? Пока ты набалдашник и меня попутно облизывала?
Но вообще, не подумай, что я кривлю душой, и как-то над тобой изгаляюсь, я действительно тебе сочувствую.
Хотя мне это, как ты знаешь, meine Kleine, совершенно не свойственно – кому-либо сочувствовать.
У меня же сердце-то не прослушивается. Твое ведь наблюдение. Даже врачи пожимают плечами.
Хотя врачам не стоит так безоглядно доверять. Среди них тоже дураков набитых полно. Вроде того, на «скорой помощи», любопытного и остроумного. Который между рогов битой заработал за свое, не совсем вовремя проявленное чувство юмора и любопытство.
Не могу я до конца поверить, что его, сердца, у меня нет вовсе. Я-то ведь есть. Вот, сижу, пишу тебе письмо. Закусываю жевательным мармеладом. Слушаю при этом что-то из радио – про погоду на завтра отвратительную. И о достижениях наших несусветных в деле борьбы с гололедом и коррупцией.
О Лизочке со злобой размышляю. Размышляю, также, о том, что мою Нобелевскую наверняка кто-то из чиновников прикарманил.
Окончание:
http://proza.ru/texts/2006/11/06-269.html
© Copyright: Марк Хена, 2006
Свидетельство о публикации №2611060269
