Двенадцать килограмм семьсот грамм.

Бабушка моя, царствие ей небесное была человеком интересным, с моей точки зрения несколько противоречивым, но всем своим видом вызывала уважение.
Почему-то Папу моего она не признавала и никак не могла успокоиться, что мама всё-таки вышла за него замуж, при всей её более, чем красивой наружности и прочих талантах.
При сложившихся отношениях, мой Папа старался сглаживать углы, однако, увлёкшись какой-либо идеей, он расслаблялся, и напрасно. Баба Агриппина метко используя лексику двух языков родного и народного быстро находила определения идеям Папы.
Расстояние, отделявшее зятя от тёщи (мы тогда на Чукотке жили) в некотором роде помогало стать им роднее.
Каждый год приезжая в отпуск и, привозя ей много подарков, Папа на какое-то время становился любимым зятем, но до определённого момента. Его смущение при упоминании об одной из первых посылок, отправленных им из Свердловска, где он в качестве инспектора одного из предприятий министерства цветной металлургии в чём-то там участвовал, увы не спасало ни его, ни остальных членов семьи. Бабушка умела найти слабые места.
Для тонкости восприятия описываемого необходимо добавить, что мой Папочка полутонов в своей жизни так и не нашёл, поэтому все решения претворял в жизнь, долго не думая о последствиях. Так же он поступил и в тот самый раз, который послужил сюжетом для рассказа.
Впрочем, и бабуля, светлая ей память — тоже была легка на подъём.
Вытащив из почтового ящика как-то утром извещение о том, что на её имя из Свердловска прибыла посылка, Баба Агриппина сразу же пошла на почту получать её. Увидев, что посылка от зятя она приятно удивилась.
Она ещё больше и приятней удивилась, когда увидела вес посылки – двенадцать килограмм семьсот грамм.
Получив её, точнее, сначала предварительно заплатив огромные для пенсионерки деньги за наложенный платёж, бабушка мужественно дотащила посылочку домой.
Пара километров пешком с посылкой от зятя не особенно её смутила, но позже она не раз их вспоминала, пристанывая то ли от смеха, то ли от ревматизма.
После того посылка была вскрыта — вся улица услышала, как сильно Баба Груня любит моего папу…
Кварц-морион (кристалл) огромного размера, весом двенадцать килограмм семьсот грамм до сих пор хранится в нашей семье, занимая один из углов комнаты, посреди кактусов.
Не стану перечислять слова, которые и н о г д а слышала от своей любимой бабушки, но точно утверждаю: в таком количестве она произнесла их только один раз в своей жизни.