Чем дальше дом, тем ближе край земли,
тем ближе крайний срок, и серым боком
грозится океан. В ночной пыли
блестят на небе отраженья стекол,
и сами отражают слабый свет.
Я представляю мир, как кабинет
Директора, ушедшего в бессрочный
какой-то отпуск (благо, не в декрет).
Мерцает монитор, не обесточен
зачем-то, видно, уходя, забыл.
И на меня несется град светил
скринсэйвера. Оставленных приказов
шуршит гора, и высохших чернил,
возможно, не заполнивших ни разу
дареный «Паркер», стынет пузырек.
Диван для гостя пуст и одинок,
гость бродит в ожидании приема,
от папки нервно теребит шнурок
(а в папке жизнь и два куска зеленых)
и мается — подпишет или нет?
Я представляю, что в потоке лет
срок истечет, хозяин не вернется,
и Время звякнет, будто горсть монет,
и разлетится в прах в руке торговца
подержанным тряпьем. Да хоть бы так.
Но в лаве сохранившийся пятак,
веками пролежав, из-за движенья
земной коры и хода ледника
поднимется, и с новым сотвореньем
пойдет в торговлю, заблестит в пыли.
И край меня — еще не край земли.
2005