Застиранность мыслей – не та чистота,
Которой по бедности стоит гордиться.
И твердь пьедестала – не та высота,
Где бы на кумира не гадили птицы.
Опрятная скромность была б не порок,
Когда бы то были не мысли поэта.
Лети-ка ты прочь от меня, голубок!
Обноски души заверну я в газету
И выброшу пошлое в мусорный бак,
А прошлое в память сложу аккуратно,
Раздам что останется людям за так:
Дарить от души – нелегко, но приятно.
Подумает кто-то: «Сам хвалит себя.
Наверно, тщеславен, обиженный Богом?!»
Не буду, слюнявчик я свой теребя,
Признанья просить у честного народа.
Стихи о себе, о судьбе, о стихах –
Банальный сюжет для плохой мелодрамы.
Оставлю потомкам – в слезах и соплях –
Свой автопортрет, но эскизно, без рамы.
Что было – то было: хотел стать звездой,
Сиять где-то рядышком с Альфа-Центавра…
Плебей из плебеев. А, в целом, — плэйбой
С претензией славы ревнивого мавра.
Сыщу по сусекам свежайшую мысль,
Моднейшие рифмы возьму себе в лизинг
И Музу из кухни покличу: «Кысь, кысь!».
А хмель загуляет в крови (но не Рислинг).
Я выдам такое, что ого-го-го!
В могиле застонет от зависти Пушкин…
И подпись моя под строкой «ИТОГО»
В графе «Получил» распушит завитушки.