Письма к одному поэту

1. Провода

Провода над застывшим прудом
Нависают средь голых полей;
И бегут далеко, в каждый дом,
Чтобы стало в домах веселей.

Чуть погрезив над зеркалом вод,
Засмотревшись на преданный лик…
Эта встреча безвестно живет,
Небосвод бесконечно-велик.

Но останется маленький пруд
Неподвижен, далек и один…
Тех другие сокровища ждут,
Череда то лесов, то равнин;

И беседуют – бег и тоска,
Что столкнулись в пространстве полей…
Их большая любовь нелегка,
А разлука едва ль веселей.

2.

Не естся-не пьется,
И соль на на губе.
Все дальше от солнца,
Но ближе к тебе.

Все дальше от парков,
От видов в окне.
То холодно. Жарко.
Так счастливо мне!

Захочешь – в минуту
Твой голос со мной.
Иди по маршруту,
Иди стороной.

За тень листопада,
За радужность вод.
… А мне не досада
Глядеть из ворот.

3.

…И все-таки, мне снишься только ты.
Резная тень упала на листы
Огромного, разлапистого клена.
Поговорю с тобой еще влюбленно.

Вокруг тебя поклонницы. Толпа.
А я, в своей провинции слепа,
Гляжу лишь на листы, да вечер летний.
И грустно мне, что это не последний.

Владей, владей заслуженно толпой.
А мне – о расстояньи сладко пой,
Что твердо, и не хочет сократиться.
Моя, тобою взятая, столица,
Она с тобой. Она всегда с тобой.

4. Журавль в небе

Ну что ж теперь? Еще разок вздохнуть;
И нехотя продолжить верный путь
Подальше от тебя; а то опять
Придется на саму себя пенять.

Но ты на всех путях владеешь мной,
Как ветер над понятливой волной;
И я, руками за сердце схватясь –
Я чувствую мгновенно эту связь.

Нет! Пагуба – высокое родство.
Как ветреный обман, как колдовство.
Я не могу сказать тебе: \’\’Приди,
И успокой огонь в моей груди.\’\’

5. Твои бумаги

Опять заставил до ночи вздыхать
И руки непоседливо порхать
Над ворохом пленительных бумаг,
Рассеявших мой постоянный мрак.

Над стаями разящих верениц
Поющих, непослушных, гордых птиц,
Что лишь клюют, да мучают меня,
В постылое убежище гоня.

6. Очевидно

Очевидно, что не любишь.
И без жалости погубишь.
Целый месяц, весь июль
Ты меня будил, морочил,
В ранах сердца кровоточил
Чередою звонких пуль.

Голос твой не мог не тронуть.
По пустому небосклону
Ты нашел меня одну.
Так я, бедная, мечтала;
Оказалось, нас немало.
Не одна я в нем тону.

Скоро осень. Мы простимся.
На жаре не загостимся.
Я опомнюсь, может быть,
В тех краях сырых, холодных,
Звонким птицам непригодных.
Не дано мне их поить.

7. За морем

Не найдешь – не вспомнишь,
Мимо не пройдешь.
Как тебя догонишь,
Где залива дрожь
Ловит без усилий
Белых лебедей,
И гудят красиво
Звоны площадей.

Я же одиноко,
Мирно я живу.
Ни конца, ни срока –
Пусть хоть на плаву.
Затеряюсь глубже
В сутолоке лет.
Лебеди снаружи
Заметут мой след.

8.

Прихожу – и опять ревную;
Вижу маленький свет в окне;
Вижу каждую, кто целует;
Слышу каждое слово – не мне…

Вот сейчас разойдутся горы
От заваленного стола,
И пройдут мимо темной шторы,
Где присохла я, умерла…

Не заслуживаю и прощанья.
Кто посмотрит сейчас в окно?
Вот какое мое отчаянье.
… А тебе наверху смешно.

9.

Ты зашел – и я погрустила.
Как приятно, печально, мило,
Что меня ты всеж не забыл.
Хоть и долго в отъезде был.

И уже убежал, друг милый…
И пускай. Так чудесно было.
Мне довольно сейчас всего
Посещения одного.

10.

Я не требую больше вниманья.
Милый ангел, добро сотвори:
Исполняй же чужие желанья,
В каждом слове живи и умри;

Всем ты нужен, единый и целый,
Утомленным сердцам нарасхват…
Вот закончился день неумелый,
Загорается алый закат,

И качает пустую каюту
Зимний ветер, порошей звеня…
…Ну зайди же хотя б на минуту,
Если чуточку любишь меня…

11.

Я никогда не обниму
Твои таинственные плечи…
Но жадных рук не отниму
От нашей выдуманной встречи,

От тех объятий в высоте,
В неосязаемом эфире…
На широте и долготе
Живи в довольствии и в мире.

12.

И я тоже согрета твоей добротой,
Мое солнце! И ветер пустой
Шевелит траву, деревья.
И рвет тишину Приневья.

Досталась и мне забота твоя,
Всего лишь чуть-чуть еды и питья.
Такое стало возможно.
Ты солнце, тебе не сложно.

Уж возле меня ты рук не труди,
Теперь ты себе иди и свети.
Во мне этот свет продлится.
Я буду теперь делиться.

13.

Подари мне мнимую жизнь.
Суррогата мне дай сырого.
Разве жалко тебе — скажи? —
Бросить мне по е-мейлу слово?

Дальше действую я сама.
От приписок воображенья
Твое слово сойдет с ума,
И планеты придут в движенье.

Знаешь, думала я о чем?
В том же городе снег ненастный
Держит крепче к плечу плечом,
Создает коридор опасный;

И зажить этой жизнью врозь
Почему-то мне очень просто…
Сколько хочешь, меня морозь,
Возводи надо мною звезды…

2003