Предисловие
В давние времена мужчины и женщины жили в разных концах земли, не подозревая о существовании друг друга. У мужчин были Х крестики, а у женщин О нолики.
Однажды среди мужчин появился Великий крестоносец.
– Где ваши женщины? – спросил он.
– Мы не знаем, кто это такие, – последовал ответ.
– Что же тогда делают ваши Х?
– А что они должны делать? Мы ничего подходящего для них подыскать не можем, разве вот орошаем деревья.
Великий пообещал помочь и повел мужчин на другой конец света. Приказав спутникам спрятаться в кустах, он явился к предводительнице женщин и сообщил, что привел много гостей и что они хотят устроить интересные игры. Та ответила согласием, на что Великий сказал:
– Общее знакомство произойдет завтра, а сегодня мы с тобой поиграем вдвоем. Но между нами – чтобы игра получилась, мой Х должен свободно гулять туда-сюда в твоей О.
Так гостеприимная О приняла Х. Так пронырливый Х познал О.
На другой день они стали радостно бить в барабаны, сзывая мужчин и женщин.
– Сегодня ваши Х попробуют О! Сегодня ваши О полакомятся Х! Потом произойдет главное – родятся дети, а Х и О станут жить вместе, семьями.
Мужчины вышли из укрытий и увидели играющих вокруг барабанов неодетых женщин. Чтобы получше их разглядеть, Х начали приподыматься и вскоре стали такими, что женщины испугались. Но предводительница их успокоила:
– Глупые, глупые, вы увидели разницу между нами, но не представляете, какое наслаждение получите, когда, играя, начнете ее стирать!
И это произошло. И до сих пор и О, и Х очень любят ОХмурять друг друга, и еще в школьные годы осваивают захватывающую игру в крестики-нолики. И в нолики-крестики. Сливаясь в страсти: ОХОХОХОООХХХ…
– О-о-о, – поет душа…
О – округло хороша.
А когда и Х не плох,
Получается: ОХ… ОХ!
Особенно игра понравилась ноликам. Настолько, что пожелали расписываться. Но в графе «подпись» они изображают не О, а с томлением в грудях, как на себе, ставят крест или фамилию любимого Х.
Однако, все хорошо-то хорошо, но хорошо в меру. В семье не без урода, многим захотелось еще лучшего. И некоторые, между нами говоря, так сыгрались, что настругали себе семерых и более по лавкам.
Другие заигрались до ОХоты за чужими О или Х. Третьи, четвертые и пятые, проигравшись в интимной обстановке Х+О, Х+Х или О+О, предпочли еще более интимную — только с одним участником. Десятые, разыгравшись, взяли семейный подряд: он всех подряд и она всем подряд с объявлениями типа: «Стройная 30/170/60 ищет на свою ж/п не старше сорока с хорошим ч/ю. Работу не предлагать».
Двадцатые и вовсе доигрались – до приобретения синдрома разного иммунодефицита и передачи недалеким ближним всего, передающегося путем и по дури, и даже сознательно.
Вот и приходится сегодня проводить разъяснительную работу хотя бы по основам науки — и среди первых, и вторых, и еще многих других. Во имя замечательного прошлого крестиков-ноликов и счастливого будущего нашего общества.
Повестсловие
Первые высказывания об играх крестиков-ноликов появились у древних арабов, буквально, на следующее утро после познавательной встречи. Помните – в начале было Cлово?
Крестики с чувством исполненного долга еще долго резюми-ровали: «Есть на свете только три наслаждения: есть мясо, ездить на мясе и вводить в мясо мясо». А позже, по мере поистине сладкого введения во все сферы, сформировалась и целая наука.
Наука о половой жизни.
Между нами говоря, правильнее было бы назвать ее – «о по-стельной жизни», потому что по большей части сегодня в крестики-нолики играют в постели. Но так уже сложилось исторически: ведь раньше, когда еще не было никакой мебели, играли-то на п о л у. Лишь бы ХО…
Но ОХ, подробности этой науки настолько потрясающи, что автор ХОХО: хочет снова и снова познавать ее.
Фундаментом этой науки по праву стала классификация О и Х по форме, содержанию и телографическому положению. По-этому автор не без колебаний решился, введя читателя не в заблуждение, а туда и обратно, изложить ниже лишь самые основы (по Л. Якобсону).
О с низким расположением называют сиповка, с высоким – королевка, с центральным – ладушка.
Почему? В первом случае наилучший эффект дает игра, когда Х сзади, и О как бы сипит на него. О-королевке, оправдывая свое название, лучше участвовать в игре сверху. А с О-ладушкой крестики ладят и так, и этак, и наоборот.
Внешний вид О характеризуют следующие названия: целка, дичка, чилийка, Ева, милка, пава, мидия, обезьянка, замазуля, костянка, готтентотский передник, поперечная, монголка, княгиня.
По глубине внутреннего содержания О бывают – манилкой, лебедушкой, цесаркой, дурилкой и мандой. По ширине О тоже пяти классов: хмелевка, чародейка, сластунья, любава, гетера. Специалисты применяют и другую терминологию: вакханка, незабудка, мадонна, ромашка, поилка, Моника.
Наиболее же распространено не менее красивое и ассоциативно богатое наименование, в котором и писк детеныша, и пенье писсуара, и сладкий зуд, и точные рифмы романтики дальних дорог – поезда, езда, звезда – и многое другое, не менее завораживающее или отталкивающее, но всегда не оставляющее равнодушным. А сложилось оно, по-видимому, из довольно прозаичных материнских п и с ь, п и с ь, п и с ь? – и дочкиных – д а!
Крестики классифицируются по росту в готовом к употреблению виде так: ласкун, лебедь, балун, султан, балда. Диаметральных градаций тоже пять: малыш, принц, король, голован, слон.
Кроме того, к Х относятся следующие термины: О-рванец, пачкун, Ванька-встанька, жених, василек, счастливчик, шприц одноразовый, мухомор, водопровод, нутрец, коряга, запридух, удочка, мотороллер, Жан.
Наиболее же известно собирательное народное название из двух математических символов и одной буквы: Х, И, У, – но в другом сочетании слагаемых, сумма которых от перестановки мест, понятно, не меняется, а лишь поднимается до последней точки над «И» выразительность.
Справедливости ради следует отметить, что если бы в приведенной классификации широкому кругу Х и О стала известна цифровая составляющая, то вред от этого невозможно было выразить никакими цифрами. Спрос на определенный тип О, например, на княгиню стал бы фантастическим, ее добивались бы всеми мерами, а остальные О остались бы без Х.
В этом смысле интересен этнический аспект Х. У чернокожих цифра на две единицы больше, а у жителей Юго-Восточной Азии – на две единицы меньше, чем у европейцев.
Поэтому, во-первых, ключик должен соответствовать замку, и примерно так же отличаются от наших африканские и азиатские О.
Во-вторых, еще древние греки считали, что плодороднее там, где для семени путь короче.
В-третьих, индусы и сегодня делят Х по нарастающей на пять оригинальных категорий. Х-заяц «шуша» – гибкий, эластичный и сильный, прекрасный идеал. «Мрига» – совершенство среди воинов. «Врисхубна» – Х-вол, мускулистый и грубый. Пятое место занимает «ушва» – абсолютно бесполезный и вялый.
И все-таки хочется пожелать всем Х и О не классифицированного, а хаотичного статус-кво в отношениях, когда взаимно одурманенные, они не принимают всерьез никакую науку. Даже эту. Ибо выявились смешные парадоксы науки и молвы…
Пустословие
Согласно последним исследованиям английских ученых мужчины и женщины вообще относятся к различным биологическим видам. Так, женские хромосомы ХХ отвечают за общение, интуицию. Мужчины же при хромосомном наборе ХУ этих качеств недобирают.
Автор же больше склоняется к теории равенства полов, ко-торая была изложена еще клинописью на глине, но долго не публиковалась, так как первые слова там были: «Кто расшифрует, тот импотент»!
В чем суть теории? Если женскую О прибавить к набору ХХ, то получим ОХХ. Если мужской Х приложить к ХУ, получим ХХУ. И тогда в обоих наборах окажется по две хромосомы ХХ, и ни о каком видовом различии не может быть и речи!
Иное дело, что многие не понимают: для идеально удачной игры в крестики-нолики бесспорно необходимо не только хромосомное, но и другое соответствие. А если понимают, то все же стесняются начинать игру с инструментальных замеров.
Какие общие рекомендации в этом может дать наука? А – народная молва?
Что касается Х, то данные науки и молвы совпадают. Как правило, высокий мужчина имеет небольшой Х, низкорослый – более внушительный. У тучных господ Х средние или короткие и нередко бывают более толстыми.
У науки нет подходящего объяснения на этот счет. А предание говорит, что когда Всевышний раздавал людям и животным Х, которые висели над головами, то низкорослые могли достать себе более длинные.
Отсюда: «У всякого свой вкус, а осла – ослиный»; «Не гляди в небо, а гляди в ноги»; «Бог то Бог, да и сам не будь плох, – и т. д.
Отсюда появление в 1838 году некоего телеграфного кода, к которому американского художника и изобретателя Сэмюэля Морзе привело одно из наблюдений в мужской бане.
Расслабленно лежа на полке, он просто систематизировал хаотично мелькавшие вокруг Х: длинный, длинный, короткий; короткий, длинный, короткий; короткий, короткий, длинный; длинный, длинный, длинный; короткий, короткий, короткий…
И так далее и, в различных сочетаниях, тому подобное (см. полное графическое начертание азбуки Морзе).
А что же относительно О?
Великий Леонардо да Нынче (по свидетельству А. Везалия) в первой заповеди выбирающему жену заклинал «не увлекаться особами с тонкими и длинными ногами, худым тазом, узким задом, сколь привлекательными они бы не были лицом. В постели такая подарит мало радости, зато многого потребует, ибо у нее ненасытная О».
Во второй заповеди ученый предлагал остановить выбор «на жене, крепко сложенной, но ниже среднего роста, с толстенькими ногами и бедрами, широким тазом, у которой должна быть красивая, хорошо развитая О, что позволит легко достать, куда надо, и позаботиться о ее душе».
С другой стороны в народе бытует предание о размерах О, прорубленных топором черта, сидевшего на дне ямы, через ко-торую прыгали женщины. Длинные, прыгая выше, получили маленькие щелочки, а низкорослые – глубокие проруби.
Отсюда: «Одолели черти святое место»; «На крепкий сук – острый топор»; «Большому черту большая и яма»; «Я за порог, а черт поперек»; «И на Машку бывает промашка»; «Скачет баба задом и передом, а дело идет своим чередом». Отсюда слово «просак» (промежность, где ноги теряют свое гордое имя) и фразеологизм «попасть впросак».
Отсюда вполне научная классификация женских ножек на пять наименований в зависимости от рисунка взаимного расположения: нормальные, О-образные, Х-образные, Л-образные, П-образные.
Извечная борьба науки, язычества и религий настолько все перепутала, что приходится с сожалением расстаться с широко распространенными ранее рекомендациями молвы, связывающей размеры Х и О с величиной носа, шириной и длиной ладони, очертаниями рта и т. п.
Помните? «Чем не молодец, если нос с огурец?»; «Рот до ушей, хоть веревочки пришей»; «Не смотри, как рот дерет, смотри, как дело ведет»; «Чужой рот – не свои ворота: не закроешь»; но – «Не тычь носа в чужое просо»!
В то же время, следуя народному обычаю лукавого иносказа-ния, где под обычаями подразумеваются предметы нашего исследования, нельзя не присоединиться к некоторым бесспорным указаниям: «На всякий случай – свой обычай»; «Не гляди на лицо, а гляди на обычай»; «Люблю молодца за обычай»; и – совпадающее с авторским видением утверждение – «Равные обычаи – крепкая любовь».
Послесловие
К нашему исследованию органично примыкают результаты последних научных открытий.
Так сегодня многие ученые, серьезно и не очень изучающие мотивы поведения сказочных персонажей, пришли к выводу, что история с голым королем (см. Ганс Христиан Андерсен «Новое платье короля») имела несколько иной уклон и, конечно, конец.
Оказывается – не был король обманут ткачами! Он просто притворился простаком. Да, да, такая притча. Но зачем?
А он уже давно мучительно искал некий способ наглядно продемонстрировать обществу свое нехилое мужское достоинство! Чтобы тем самым укрепить к тому времени пошатнувшийся в народе монарший имидж. Тут и подвернулись эти проходимцы, выдававшие себя за ткачей.
Так что, кто бы что ни говорил о красоте нового платья короля или кто бы ни кричал, что король голый, он, знай себе, вышагивал под роскошным балдахином и радовался, что его (его, а не мошенников!) замысел удался.
Все-все воочию увидели, что король еще мужик, что надо!
И в заключение.
Да простятся исследователю некоторые завиральные идеи, ибо, может же, и к нему приложима народная мудрость: «Обычай бычий, а ум?»!
Тем более, что…
ЧТО, КРОМЕ ШУТОК, ЗНАЮТ КРЕСТИКИ О НОЛИКАХ (и наоборот):
… … … … … … … … … … … … … … … … … … … … …!
Правда?
