ЮМОРНЫЕ СТРОКИ — на КОНКУРС «По ЖИЗНИ — с УЛЫБКОЙ» — В

VI. Такой-то-Сякой РЕЗНЯ (Ноли ноцера).
(о вкладе регионального классика в хирургию)

Нет. Я даже и спорить не буду! Конечно, Вам всем, образованным, на свете живется легче. Потому как вы знаете; откуда, что берется и, самое главное, куда исчезает. Что меня касается, то я всегда этим вопросом мучаюсь, и не было случая, чтобы я нашел ответ, который бы сам бы понял.

Тут я, случайно, попал в общество своих коллег — литераторов. Вы же понимаете, что люди это сплошь и рядом образованные, и даже культурные среди них встречаются. Поэтому тему для разговора им найти крайне трудно, если рядом нет, такого как я. Здесь им, прямо скажем, повезло. Туточки я был. Пытался своей вилкой в общий салат залезть.

Аутодафе началось с невинного вопроса, вроде бы, ни к кому персонально не обращенного…..

— Вот Вы, Такой-то-Сякой, уж черт с вами, что грамотно писать не умеете, но объясните нам интеллигентной части литераторского сообщества, как у вас наглости хватает свое поросячье мнение высказывать о вопросах, в которых вы мало того, что ни бельмеса не соображаете, но и слышите-то первый раз в жизни?

… мой товарищ в больницу попал.
… в том месте, где спина и поясница теряют свои названия, а до ноги еще далеко, образовался у него нарыв и внутренний.

Для молодого мужика тоже не проблема – его хоть пополам разрежь, а на третий день, он уже коленца на танцах выделывает. Ну, я к этому времени и подошел, как положено с апельсинами и бутылкой.

— Вставай, дескать, музыка гремит, а деУшки скучают.
— Хрен тебе и деУшкам – отвечает мой товарищ. – «Мне, говорит, то самое место на фашистский знак разрезали и «сердитой» ниткой сшили!
— А, ну, покажь! М-да….. И где этот фашист у вас скрывается от приговора Нюрнбергского суда?

… Так я бы так и сделал, раздвинул витки продел гвоздь, продезинфицировал водкой, ежели надо и всё. Зачем же веревку пополам резать, а затем пытаться сшить?

Сейчас бы я тому эскулапу, сразу голову проломил, а тогда я был парень горячий – к знаниям тянулся. Нашел я его, очкарика седовласого. И спрашиваю, пытливо в пенсне заглядывая.

— А скажите мне, милый доктор, как это возможно мышечную массу резать не вдоль волокон, как-то клятва Гиппократа рекомендует, а поперек, как то настоятельно рекомендует «Наставление по рукопашному бою» с применением саперной лопатки, ежели других хирургических инструментов под рукой нет?

— А знаете ли Вы Такой-то-Сякой такое слово, как инфильтрат? И рождаются ли поэтические образы у Вас при слове перитонит? А ураганная гангрена по Вашему просвещенному мнению — это стихийное бедствие, или родственница по линии жены?

… Очень очкарика за его образованность я зауважал.

В благодарность за науку даже фокус свой с веревочкой показал. И ему фокус понравился. Он был очень удивлен, что веревочка, после того как я ее с его шеи снял, оказалась такой же целой. И он, в свою очередь, открыл мне страшную тайну.

Оказывается, и я, и Гиппократ были правы. Но мой друг лежал в платном отделении. И сделай эскулап все как я с Гиппократом советуем, а не по «Наставлению для рукопашного боя». То сейчас, выпив водки и закусив апельсином, мы с приятелем на танцы пошли бы, а так он еще два месяца, как герой «Куликовской битвы» лежать, как миленький будет. (А денежки все идут….)

И понял я тогда, что образование это не диплом цвета пьяной вишни, или недозрелого чернослива, на худой конец, а умение применить свои знания вопреки здравому смыслу.

И на любой вопрос Вам отвечу, если он не противоречит здравому смыслу……

© Такой-то-Сякой, 2006 Дата публикации: 25.01.2006 09:35

VII. Евгений ГРАЧЕВ КАНАДСКАЯ НЕВЕСТА.

ЛИТЕРАТУРНЫЕ БАЙКИ
КАНАДСКАЯ НЕВЕСТА

Один мой знакомый литератор влюбился по Интернету. Зашёл на какой-то сайт, где можно пообщаться, да так и не вышел. В смысле, познакомился с симпатичной девушкой, которая жила в Канаде и почти ежедневно отсылал ей любовные послания. Когда его лирические фантазии начали угасать, то он обратился ко мне с просьбой: « Сочини, что нибудь про любовь. Она такая красавица, такая стройная, такая умная!».
Влюблённому я подарил свой сборник стихов «Предсказание». Как он им пользовался, что писал – не знаю. Но однажды он опять прискакал с просьбой. К нему на день рождения приезжает невеста из Торонто, а так как он её « пичкал» моими виршами, то хотелось бы , так сказать, на десерт живого стихотворца. Я долго не соглашался, но в итоге съдался при условии, что его друзья мне помогут.
Настал долгожданный день. Невеста из Торонто, бывшая жительница Украины, попросила меня почитать что-то о любви. Я что-то исполнил, а потом в порыве вдохновенья и говорю: «Хотите, прямо сейчас, спонтанно, без подготовки выдать, как шахтёры на гора, четверостишье на любую тему. Идёт?» Мои собеседники согласились и лирическая пресс-конференция началась. Самая юная гостья, студентка филфака, спрашивает, мол, что такое жизнь? И я скороговорочкой:
«Жизнь — прыжок в длину, пока летишь
Ты в начале — крохотный малыш,
У юнца, мужчины, деда – свой предел.
Далеко ещё никто не улетел».
Аплодисменты. Бабуля с философским выражением лица ,возле пианино
…а что же по твоему красота?»
Я сделал паузу, как делают мастера, настоящие чтецы:
« Красота – не шторы на окне,
Не узор, где иней серебрился.
Женщина, посмотришь – так себе,
Слово скажет — и уже влюбился».
Наконец-то заапладировала и канадская гостья. Она как-то странно посмотрела на меня и спросила: «А вы верите в любовь по Интернету? Если верите, то дайте какой нибудь совет?

Я думал, что засыплюсь как студент-заочник на экзамене, однако нашёлся:
«Влюблённые не слушайте советов
Астрологов, провидцев и поэтов,
Не в двадцать два и не в сорок пять,
Давать совет легко, сложнее выполнять».
Невесту из Торонто мой экспромт не удовлетворил, напористая канадка, вы, говорит, на ответили на вопрос, совета не дали.
… Невеста из Торонто пробормотала что-то на англо-украинском, мол, это вообще не по теме, что, мол, где какая – то гармония. Я зацепился за это слово:
«Гармония, как легкое вино,
Как ночь, с луной и звёздами, прекрасна.
Захочется мужчине кое-что,
Подумает – и женщина согласна».

… «Евгений, а что-же по вашему измена?
… уж очень проблема сия волновала хлопца.
Я по сценарию должен был как-то заклеймить сей порок, но с языка слетело:
«Измена – не дорога под уклон
И даже ни какая не угроза,
Бывает часто, кажется, влюблён,
Грешишь, но под воздействием гипноза».
… защебетала студентка, — не понимаю, мы сейчас как раз изучаем лирику Блока, у него такие стихи, такой смысл. Интересно, что по вашему поэзия»?
Я посмотрел на студентку и подумал, что зря она учиться на филологическом факультете, ей бы в театральный. Однако, о поэзии:
«Порой стихи – горячий, крепкий чай,
Глотками небольшими поглощай
И попадётся, знаете, строка,
Глоточек, с добавленьем коньяка».

… я поинтересовался у неё о моих «экспромтах». Канадская невеста ответила лаконично:» Вас можно было бы внести в книгу рекордов Гиннеса, если бы не одно «но», ваши стихи я читала на литературном сайте «Новый канадец».
Короче, спектакль разыгранный друзьями именинника не удался… невеста… не из Канады, а из Калининска. Это районный городок в Саратовской области, где она работала программистом и с компьютером была на ты.
«Мой скромный тост,
Как три копейки, прост:
Прекрасна жизнь, особенно в зените,
Любите жизнь за всё, за смех, за грусть.
Лю-би-те»!

© Евгений Грачёв, 2006 Дата публикации: 25.01.2006 09:28

VIII. Сектант

Первое увольнение
Разрешение на своё первое увольнение в город я получил после шести месяцев службы.
… где-то в подсознании вынашивалась и другая идея… познакомиться с симпатичной девушкой… Увы, давно прошли те времена, когда военная форма производила на женский пол выгодное впечатление. Моя же парадная форма была способна рассмешить кого угодно: безвкусно приталенный китель, широкие брюки, фуражка, минимум на размер больше, чем надо бы, уродливые ботинки… Посмотревшись в зеркало перед увольнением, я искренне огорчился и ощутил себя гадким утёнком. Но другой формы у меня не было, и приходилось идти в этой.

Прежде всего я решил зайти в «Кулинарию»…

Наконец, ко мне выходит пожилая полная продавщица и расплывается в улыбке: «А, солдатик пришёл!»

Смущаясь, я покупаю четыре стакана чая, два огромных пирожных и штук десять сладких булочек.
… я быстро ем, с трудом подавляя в себе чувство вины и представляя традиционную перловую кашу на завтрак.

– Спасибо! – говорю я, закончив трапезу и отдуваясь. – До свидания!

– Заходи, солдатик! – отзывается радушная продавщица и идёт убирать со стола.

Я вышел на улицу, чувствуя, как пуговицы кителя трещат под ясно обозначившимся животом. Настроение заметно улучшилось. Однако не успел я сделать и нескольких шагов, как замер на месте. Навстречу мне шёл офицер! Но дело было даже не в нём – рядом с офицером шла поразительной красоты женщина.
… По уставу я должен был отдать честь этому офицеру. Но после шести месяцев службы я впервые оказался вне стен воинской части, к тому же в таком наряде…

Уже через несколько секунд я увидел в стекле отражение офицера – он был капитаном, хорошо были видны погоны – и его подруги. Между ними происходила немая борьба. Женщина недовольно тянула своего спутника за руку, как бы говоря: «Пошли скорее, и охота тебе связываться!» Но капитан упорно высвобождал руку, стремясь восстановить армейский порядок. «Кто победит?» – тоскливо подумалось мне.

– Товарищ сержант! – наконец, раздался сзади ничего хорошего не предвещающий начальственный голос.

Я обернулся и, как мог, изобразил удивление.

– Почему вы не отдали честь офицеру? – сразу же начал заводиться он. – Отвечайте!

– Виноват, засмотрелся… – сказал я, смутившись.

По-видимому, мои слова совсем не удовлетворили капитана, и он принялся меня отчитывать.
… я глядел на неё с плохо скрытым восхищением, она же на меня – одновременно с досадой и сочувствием. Судя по всему, она хорошо знала характер своего спутника.

Неожиданно капитан закончил наставление. Его последние слова… мгновенно обожгли сознание: «Отойдите на десять шагов, пройдите строевым шагом и отдайте честь, как положено!»

Я оторопел. Такого исхода я никак не ожидал. Всё-таки здесь не строевой плац! Первой мыслью было бежать… я не знаю этого капитана, он не знает меня… Однако мой желудок был настолько переполнен, что об успешном побеге не могло быть и речи. Я безвольно повернулся и пошёл на нетвёрдых ногах, отсчитывая десять шагов по тротуару. Мимо шли равнодушные прохожие, где-то сзади была та красивая женщина.

Восемь шагов, девять, десять… Если бы дело было за забором части, капитан уже растерзал бы меня за столь медленный шаг. Наконец, я повернулся к нему лицом, на неё же старался не смотреть. Капитан ждал.

И вдруг внутри меня что-то прорвало. «Не пойду, – как-то просто решил я, – пусть гауптвахта, пусть – хоть что! Хоть убивает…» Я вспомнил о булочках и поймал себя на том, что очень неуклюже и наверно комично держу их подмышкой. Подчёркнуто медленно расправив пакет, я взял его за ручки.

Капитан побагровел от гнева. Моё первое увольнение явно грозило стать последним. Спутница офицера вновь тянула его за рукав, ей было неловко. Но капитан был принципиален и хотел довести дело до конца. По букве закона, в этом конфликте был виноват я. Теперь разве что чудо могло спасти меня. И Господь сотворил его!

То, что произошло в следующие секунды, стало абсолютно неожиданным для всех нас троих. Прежде всего, я обнаружил, что стою на автобусной остановке. Я это понял, когда вдруг, непонятно откуда, вылетел небольшой автобус, и в самый кульминационный момент конфликта притормозил, распахнув заднюю дверь прямо передо мной. «Остановка «Кулинария»», – объявил в микрофон водитель. В салоне было всего несколько человек. На ватных ногах, как во сне, под носом у остолбеневшего капитана, я медленно вошёл внутрь. Дверь тотчас закрылась, и автобус поехал!

Заключительную сцену я наблюдал уже через заднее стекло. Жаль, сильно гудел двигатель, и мне пришлось довольствоваться немой сценой. Капитан пробежал несколько шагов по тротуару, потрясая кулаками и что-то крича. Вид его был страшен. Подруга капитана заливалась смехом и совсем по-детски показывала на него пальцем.

Я осмелился робко помахать ей рукой. Автобус набирал скорость и удалялся от места происшествия. И всё же мне было немного грустно, потому что она зачем-то любила этого капитана.

© Сектант, 2006 Дата публикации: 25.01.2006 09:24