ГОЛЛАНДЕЦ
Над палубой черной летит в высоту
Черный лоскут,
Немые матросы стоят на посту –
Бессменную вахту несут.
И, выпучив бельма за горизонт,
Словно завидев свет,
Черный штурвал – сгнившее колесо
Крепко сжимает скелет.
А сам капитан, созерцая ночь,
Точно держит свой курс,
Не зная, зачем и куда везет
Корабль неизвестный груз.
Пусть море бушует в яростном гневе,
Но им не нужна земля –
Мертвым людям в безжизненном чреве
Мертвого корабля.
А помнишь, как ты бороздил океан,
Ужас, вселяя вокруг,
И тем, чей был полон пиастром карман,
Ты был далеко не друг.
Ну, а теперь почернела корма,
Выцвели парус и флаг,
Черный свой пир завершила чума,
А ветер развеял прах.
Пусть море бушует в яростном гневе,
Но, что для них ураган?
Их грешные души давно в преисподней,
Их тайну хранит океан.
И так будет вечно – им плыть без руля,
Ведь против небес не восстать,
И даже если по карте земля,
«Голландцу» к ней не пристать.
Пусть небо хохочет в адском веселье,
Плевать им на волю Небес!
Их солнце – блики Святого Эльма,
Бессмертье – их тяжкий крест.
Пусть море бушует в яростном гневе,
Но, им не нужна земля –
Мертвым людям в безжизненном чреве
Мертвого корабля.
КОРСАРЫ СУДЬБЫ
Ветер рвет паруса,
Волны лижут песок,
Мрачный флаг в небесах –
Черной ткани кусок.
Шхуна птицей летит,
Мачты скрип, чаек крик,
За штурвалом стоит
Капитан наш, старик.
Он стоит, как скала,
Сжав до боли штурвал.
Если старость пришла,
Ты слабее не стал.
Слышишь – море зовет,
Соглашаясь с тобой,
Значит, снова вперед,
За коварной Судьбой.
Значит, снова нам плыть,
Снова морем нам жить,
Так веди нас, старик,
Пока флаг не поник!
Запах моря знаком
Всем, кто был моряком,
Тем, кто верил в судьбу
Под угрозой табу.
Мы – гроза на морях,
Нас боится земля,
Мы – удачи рабы,
Мы – корсары Судьбы!
Смерть мелькнет невзначай,
Кончишь жизнь ты свою
Иль в руках палача,
Иль в неравном бою.
Умирать – вечный страх,
Нам единственный грех –
Смерть в тюремных стенах,
Смерть под вражеский смех.
А когда ты уйдешь,
Вечно море любя,
Перед смертью поймешь:
Будем мстить за тебя.
Знаешь, штурмом возьмем
Дерзкий город врагов,
Чтоб повесить их всех,
Нам не хватит столбов!
Над могилой твой
В небо Роджер взлетел.
Ты под знаменем спишь,
Как при жизни хотел.
Мы уйдем, взяв с собой
Образ твой к нам на бриг.
Нет, для нас ты живой!
Так веди нас, старик!
ТОРГОВЦЫ «ЧЕРНЫМ ДЕРЕВОМ»
Словно завернутый в вату,
Знойный, недвижимый воздух,
Мы переходим экватор,
Судя по небу и звездам.
В водных манящих просторах –
Люминесцентные стрелы,
Снова швыряем мы в море
Мертвое черное тело.
Дохнут рабы, словно мухи,
Так не дотянем до порта.
И ходят упорные слухи,
Что зло поселилось за бортом.
А может быть, гневные боги
Мстят нам, награды лишая?
Не будь они слишком уж строги,
Оплата была бы большая.
Их басням я верить не буду,
Ведь я христианской веры.
Кричат черномазые «Вуду»!
И прыгают за борт с галеры.
О, как же здесь не хватает
Святого отца в черной рясе!
Акул кровожадная стая
Жрет негритянское мясо.
Словно завернутый в вату,
Знойный, недвижимый воздух.
Мы переходим экватор,
Судя по небу и звездам.
