Глава 3: Благородное занятие.
От тюрьмы не зарекайся.
прокуроры всех стран
А
ппетитно позавтракав утром, все обитатели дома разошлись кто куда. Андрон ушел на конюшню, где жила его лошадь; господин Гарл с супругой отправились на рынок, а предприимчивый астролог собрал вещи (его комнату Маргарет осмотрела еще вчера) и переехал в гостиницу. Лена уже сбегала в свою комнату за вещами и, спускаясь в гостиную, услышала разговор Маргарет и Паулины:
— Госпожа Маргарет, а как мы попадем в Лигвант?
— В каком смысле?
— Ну, городские ворота ведь закрыты … из-за меня.
— Ах, да. Я и забыла, — произнесла Маргарет с некоторым сарказмом.
— Мы не сможем выехать, по крайней мере, обычным способом.
— А что есть еще необычные способы?
— Я просто подумала, может у вас есть какой-нибудь портал или тайный ход…
Лена было решила, что Марго опять сделает Паулине какое-нибудь замечание, но та, немного помолчав тихо пробормотала:
— Тайный ход? Да, есть тут один, кажется, — с этими словами она отодвинула коврик, лежавший на полу, у стены с гобеленом и сказала Пауле:
— Этот подвал остался еще со времен моего дедушки Одноухого Джоя. Он и построил этот дом, спроектировав его так, чтобы через подземные ходы можно было попасть в разные места за пределами города. Тогда еще и поселение наше не было тайным. Не было таких высоких технологий, чтобы весь город невидимым сделать…
— А зачем ему нужен был такой подвал? — не удержалась и спросила Лена.
— А, Леночка, ты уже вещи собрала. Ну, слушай. Дедушка мой промышлял тем, что у знати их добро забирал. А что, — Марго поймала удивленный взгляд Паулины, — очень благородное занятие. Он же все горожанам нашим отдавал, а себе только немножко, только дом построить и все. Так вот встретил он однажды человека, который тем же самым занимался, только из-за чего-то там они поссорились, и откусил ему этот негодяй, Макк Тийсон по имени, целое ухо. Нет, конечно, бой на этом не закончился. Мой дедуля все равно победил. А ход ему был нужен, чтобы скрываться от потерпевших, дружков своих или того хуже, солдат Кронеберга. Я ж говорю, город был еще не тайным.
Маргарет помолчала некоторое время, полная гордости за своих предков. Потом продолжила:
— Так вот, через этот ход мы пойдем, и никакие ворота нам не помешают. Только вот лошадь в подвал не потащишь. Придется пешком идти, там ход есть в другое Тайное поселение — Землеводск называется, туда и пойдем. А там уже и до Лигванта недалеко.
Когда вернулся Андрон, ему тут же пришлось уйти обратно. Причина была в том, что сын Маргарет привел с собой свою лошадь, приготовившись к дальнему путешествию. Почему до него не дошло, что ворота закрыты, неизвестно. А, может быть, и дошло, но он решил взять их тараном…
В любом случае, когда он пришел домой во второй раз, все было уже готово к походу под землей. Все были с багажом (Паулина помимо своей сумочки взялась нести походный паек), и даже вещи Андрона были наготове. Все, что оставалось сделать, — это спуститься в подземелье.
Маргарет снова подвинула коврик, под которым была легко вынимающаяся доска. После того как она была убрана, в полу открылась дыра. Судя по тому, что дна у нее не было видно, спускаться надо было далеко.
— Мам, а ты не говорила, что у нас дома такое… — почему-то ухмыляясь, заметил Андрон.
Маргарет оценивающе посмотрела на свое чадо и, не найдя в выражении его лица ни капли раскаяния, решила пристыдить:
— А то я не знаю, что ты сюда не один день лазаешь! Тебе и говорить ничего не надо — сам без спросу в такое… залезешь, что мама дорогая.
Андрончик сначала приготовился оправдываться, но потом передумал и замолк.
А его мать, уже обращаясь ко всем, бодро воскликнула:
— Ну, что, вперед и с песней!
Никто не двинулся с места. Видимо, роль того, кто будет спускаться первым, никто не хотел на себя принять. Лена еще раз робко заглянув в темноту, робко спросила:
— А где тут лестница?
— А нету лестницы, прыгать надо. Ну и молодежь пошла…— сказала Марго и, прижав одной рукой подол юбки, а другой схватив свой багаж, сиганула вниз. Через некоторое время откуда-то из глубины послышалось эхо: — Давайте сюда-а-а-а-а-а!
Обиженный тем, что мать оказалась смелее и проворнее сына, Андрон с разбегу прыгнул в дырку. За ним последовала Паула, а Лене, в который раз, пришлось быть последней. Самое интересное то, что как только она устремилась вниз, то вспомнила, что тайный ход обычно закрывают замыкающие группу, и попыталась ухватиться за краюшек деревянной доски. Ничего не вышло, падение продолжалось, и в его процессе Лена быстро сказала:
— Пусть крышка подвала под гобеленом в доме Маргарет закроется!
Желание исполнилось. Причем без сбоев, которых так боялась юная волшебница.
Лена уже не знала, сколько она шла по темному, сырому коридору, никак не желавшему заканчиваться, но чувствовала, что долго. Рядом с ней тащили свои вещи ее спутники. Паулина, у которой ничего не было своего, попыталась нести сумку с продуктами на дорогу, но вскоре Андрон уже взвалил эту ношу на свои плечи. Маргарет, которая не только не устала, но и продолжала всех бодренько подгонять, беспокоилась лишь о том, чтобы никто ничего не забыл. Поэтому каждые пятнадцать-двадцать минут она вдруг что-то припоминала и восклицала на все подземелье что-то вроде: «Ой, а деньги-то мы забыли!» или «Документы, паспорта все взяли?!», и ее тут же приходилось уверять в том, что действительно ничего не забыто, даже то, что можно было бы и оставить. Лене эта прогулка не нравилась по своей сути. Она, которая абсолютно не боялась высоты, не любила находиться под землей. Говорила она немного, хотя, кстати, Маргарет ее похвалила за закрытую крышку тайного хода. Про себя Лена отметила, что впредь будет точно формулировать свои желания, раз уж им суждено исполняться. Она даже хотела пожелать перенести всех в Лигвант, но решила не рисковать, по крайней мере, чужими жизнями. А самой покидать коллектив тоже было бы неприлично. Рассуждая об этом, Лена не заметила, как оказалась впереди всей процессии, и опомнилась только тогда, когда услышала голос Маргарет: «Лена, осторожно! Стой!»
Лена Рощина тут же остановилась, все еще не понимая, что случилось. И тут все вокруг задрожало, причем непонятно что больше: пол, потолок или стены. Совсем недалеко Лена увидела приоткрытую кованую дверь, видимо это был выход в Землеводск. Но, к счастью, Лена не пошла к нему, а наоборот сделала несколько шагов (или даже скачков в сторону). С потолка посыпались камни, как никак сверху была почва с грунтом, а один даже задел Лене правое ухо. Маргарет быстро потянула ее назад, а в это время проход к двери оказался окончательно заблокирован. Лена, отдышавшись, подошла к груде камней, преграждавших путь, то же сделали и остальные. Андрон даже прощупал горку, убеждаясь, что она настоящая. Паулина бессильно осела прямо у ее «подножия». А к Лене в голову пришла блестящая, как ей показалось идея — она отошла чуть назад и тихо произнесла:
— Хочу, чтобы эта куча камней, не дающая нам пройти исчезла!
— Ой, смотрите! — удивился Андрон, показывая на то место, где раньше были камни. — Куда они делись?
И действительно никакой преграды больше не было видно. Впереди снова показалась спасительная дверь. Паулина, которая была к ней ближе всех, на радостях вскочила и сделала шаг вперед. Послышался сдавленный писк, принцесса потирала лоб:
— Никуда они не делись. Их просто не видно. Блин, больно-то как!
— Не блин, а оладушек! — сказала Маргарет, тоже установив наличие камней на своем месте, — Ох, видимо в Землеводск мы не попадем….
Непонятно почему, но Лену посетило такое чувство, как будто это все ее вина. Она только хотела как лучше, а получилось как всегда.
— Придется идти через Кроносск, — спокойным голосом сказала Маргарет, но само слово «придется» вызвало неприятные ассоциации.
— А что это за место? — спросил Андрон.
— У тебя по Кроноведению что было?! Я что-то запамятовала. Кроносск — это ближайший к Лигванту город, не относящийся к Скрытым Поселениям. Дошло?
— Это значит…— протянула Паулина.
— Что там все будет, как любит твой папочка, — многозначительно продолжила за нее Марго. Паулина смутилась и покраснела.
— Там будут и солдаты Кроненберга, и много прочей гадости. Ни слова о том, откуда мы, — обратилась Маргарет к Лене, — потому что О’Генеральду ты еще в прошлой жизни не нравилась.
Лена так поняла, что остается Неолиной всерьез и надолго, по крайней мере, в глазах Маргарет и, наверное, Андрона.
— Далеко до Кроносска? — спросила она Маргарет, которая зачем-то стучала по стене туннеля.
— Нет, не далеко…— услышала она и, обернувшись, увидела, что позади нее в стене открылся проход.
— Идем же, — поторопила всех гиперактивная Маргарет. И дружной компанией наши путешественники вышли-таки на свет из потемок подземелья. Оказалось, что позади них возвышалась высокая скала, эдакая каменная стена, за которой, наверное, и остался мирный город Землеводск, путь к которому видимо пролегал прямо сквозь гору, по какому-нибудь поверхностному туннелю… В любом случае туда уже не попасть, а чтобы добраться до Кроносска, нужно всего лишь пересечь широкое поле — город уже был виден впереди. И в этом городе правил О’Генеральд, ставленник самого Кроненберга. В связи с этим Лена решила упросить Маргарет рассказать ей ВСЕ, что она знает о Кроненберге и Паулине. И Маргарет согласилась! Нисколько не смущаясь Паулины, королевской дочери.
Правление Кроненберга началось незадолго до того, как Неолина прошла Сияющие врата. Первоначально нынешний Кроненберг предполагался как слабый, неактивный император, он нуждался лишь в том, чтобы тешить свое самолюбие. На монетах чеканили его портрет, в его честь устраивали праздники. Он хотел, чтобы его боготворили, но активных политических действий не предпринимал. Потом все изменилось. Законы ожесточились, а недовольных преследовали. Возникла система «Розовых очков», по-нашему тайная полиция, она отслеживала революционно настроенных граждан и в то же время убеждала население в совершенстве правительства. Начались активные гонения на магов и истинных ученых. Повышались налоги, а значит и цены. Был издан закон о Государственном долге, когда люди должны были 1,5 месяца в год работать на государство или выплатить денежный откуп. Постановление Военного отбора заключалось в том, что здоровых, сильных мальчиков отбирали у родителей и в спартанских условиях готовили в Солдатов Кроненберга (либо можно было откупиться). В те времена понятие «права» исчезло как таковое. Народ был недоволен. Поэтому его решили отвлечь победоносной войной, так Кронос напал на Рео, свой спутник, ведь спутник якобы должен обязательно подчиняться планете. За время войны положение на планете только ухудшилось. Теперь неугодных стали ссылать на Рео.
Нечисть и преступные группировки получили полную свободу. Так как Неолина покинула планету только к концу войны, ей пришлось принять участие в борьбе с ними. Она была магом, но чуть не стала воином. Совершать подвиги иногда невозможно без крови.
Неолина была членом Белого Щита, организации, боровшейся против власти. Народ не видел в этой организации защитника, так как прямой войны с Кроненбергом она не вела. А магов, работающих в нем, они считали причиной расплодившейся нечисти.
Сильнейшей преступной группой считался Угморед, во главе с Угмом, которому покровительствовал О’Генеральд. Неолина сыграла решающую роль в победе над ним. У нее осталось очень мало сил. К тому же ей грозила постоянная опасность — ее преследовал магический снайпер. Она была могущественным магом, и только с помощью нее можно было победить Кроненберга. К тому же она была Незваной с острова Начала и Конца, (что это значит, Лена не поняла), поэтому Лигвант не был заинтересован в ее потере. Так как ей грозила смертельная опасность, ее решили провести через Сияющие врата, чтобы она возродилась на другой планете, но сохранила свою суть и силу.
Вот, что услышала Лена. На протяжении всего рассказа ее не покидало такое странное чувство, как будто что-то зовет ее как бы из глубины ее сознания. Как дежавю пронеслись перед глазами и быстро исчезли образы леса, людей в причудливых одеждах, света, льющегося из открывающейся двери, темноты в каком-то очень маленьком пространстве…
Но вскоре все прошло, Лена Рощина опять вернулась к реальности. Если это можно так назвать.
Между тем странники уже подошли к городским воротам, высоким, прочным и мрачным. Паулина вышла чуть вперед и постучала в маленькое, еле заметное железное окошко. В тот же миг из дырки в воротах на них уставились два маленьких маслянистых глаза, покоящихся на плешивой голове. Зрачки глаз позыркали туда-сюда, силясь рассмотреть всю компанию. В конце концов, обнаружилось, что у головы есть еще и рот, когда хрипловатый голос вдруг произнес:
— Кто такие? Что надо? Разрешение на вход?
Секунду никто не решался ничего ответить, но в этот момент Паулина распахнула свой плащ, под которым было все тоже красно-черное платье с непонятными загогульками, и зашептала, поближе придвинувшись к окошку:
— С каких пор королевскому саду требуется разрешение. Кроненберг лично распорядится расшестнадцатерить тебя или кого-то другого, кто осмелится не пропустить меня и мою свиту по секретному государственному делу, — Паулина сделала паузу и наслаждалась эффектом, произведенным ее словами — лицо охранника все больше вытягивалось и бледнело, а по ту сторону ворот послышался взволнованный шепот (видно, охранник был не один). На мгновенье плешивая голова скрылась и вскоре появилась заметно поуспокоившись:
— Кто знает, откуда взялось это платье! Вряд ли знатная дама стала бы ходить пешком и с таким сбродом!
Маргарет, Андрон и Лена мигом сделали обиженные лица. Да, одежда у них не ахти какая, а то, что шли пешком, так не спускать же в подвал лошадей, в самом деле?!
Паула ничуть не смутилась, а спокойно скатала рукав на левой руке, и на ее коже обнаружился странный и сложный рисунок, который засветился голубым светом. Королевская дочь улыбнулась, и на мгновенье показалось, что она собиралась засветиться полностью, но потом вдруг передумала и сказала с ноткой гнева в голосе:
— Знаешь, до Кроненберга далеко, так что я, пожалуй, прямо отсюда свяжусь с О’Генеральдом. До него как-то ближе…
Охранник испуганно поморгал глазками, и ворота со скрежетом стали открываться.
— Да, и еще, пойди распорядись, чтобы нам выделили покои в вашей лучшей гостинице, если они вообще у вас имеются. На одну ночь, — приказала Паулина тому же незадачливому охраннику в коричневой форме, в то время как остальные воины почтительно молчали, разглядывая важную госпожу и ее спутников.
Повторять второй раз не пришлось, ведь услужливый мужичок тут же побежал исполнять приказание, за одно показывая дорогу. Платить, кстати, тоже не пришлось, а через некоторое время по всему городу уже прошло пугающее известие, что в городе тайный агент Кроненберга, в общем, ревизор приехал!
Путешественники неспешно последовали за своим проводником. Паулина величаво шла впереди, со своей идеальной осанкой и чуть приподнятым подбородком; Андрон недовольно посматривал по сторонам, впрочем, как и Маргарет; Лена просто рассматривала все вокруг, желая найти какие-нибудь отличия этого города от того же Флора-на-Флуре, например. Все здания были примерно одинакового, серо-коричневого, цвета, где-то покрасивее и повыше, иногда слишком запущенные и маленькие. В целом, дома и людей в этой местности можно было разделить на две группы: знатные и незнатные. Жилища отличались размерами, убранством, ухоженностью, и даже декором: привилегированные сословия украшали входную дверь красно-черными лентами.
На улице было много народу. Особенно часто среди прохожих попадались люди в черной форме с дубинками или короткими мечами, иногда мимо быстро проходили люди в мешковатых балахонах того же серо-коричневого цвета, что и все вокруг, с надвинутым на лицо капюшоном. Из переулков робко выглядывали нищие в лохмотьях, исподлобья смотревшие на Паулину и ее спутников. Принцесса, увидев их, отвернулась.
В это время охранник уже обо всем договорился с владельцем гостиницы «Хапи-Хокс», что означает «Царские покои», — тот согласился предоставить каждому по комнате на то время, на которое пожелает госпожа. Паулину, Маргарет, Андрона и Лену проводили в их апартаменты. Все очень комфортно, заставлено красивой мебелью, с вполне современными удобствами, даже ресторан был на первом этаже.
Когда Лена немного отдохнула, переоделась в красное парчовое платье с корсетом, за ней зашла Паулина и пригласила спуститься перекусить.
На первом этаже было очень красиво, но слишком чопорно. Принцесса первой вошла в обеденный зал, богато обставленный и как бы разделенный на несколько приватных зон, в каждой из которых можно было уютно разместиться и твердо знать, что тебе никто не помешает. Лена и Паула присели за накрытый шелковой скатертью стол и взяли в руки меню. Лена Рощина понимала язык, на котором оно было написано, но все же не могла понять смысла названий некоторых блюд.
— Ты что будешь? — небрежно спросила королевская дочь.
— А ты что-нибудь рекомендуешь?
— Да… пожалуй, можешь попробовать «Патриота», это будет как раз то, что нужно, так как все считают тебя моей приближенной. Я же возьму «Силу планеты».
Лена покорно согласилась, за одно решив не выдавать, что она не знает ни кухни, ни традиций этой планеты. Между тем она услышала тихий приятный голос:
— Спросить… или нет. Она может рассказать его матери …
Наконец решившись, Паулина вкрадчиво обратилась к своей собеседнице:
— Лина, а что ты думаешь об Андроне? Какой он? Ты же его давно знаешь.
Лена сначала не поняла, с чего бы ей давно знать Андрона. Но потом до нее дошло: она же представилась Пауле его двоюродной сестрой.
— Если честно, я мало с ним общалась. Но я думаю, он классный, я имею в виду хороший. Смелый. Отзывчивый. Симпатичный…
Паулина млела с каждым словом.
— Ты влюблена. По тебе видно. Но Маргарет я ничего не скажу, — заговорщицки прошептала Лена.
Паулина хотела что-то возразить, но к ним уже подсаживался Андрон. Он подошел вместе с официантом, который готов был принимать заказ. Паулина отправила его за «Силой планеты», двумя порциями «Патриота» и бутылкой белого вина. Когда слуга удалился, Паула поинтересовалась:
— А где Маргарет?
— Она наверху не дает пропасть нашему походному пайку. Здесь она есть не будет.
Паулина только пожала плечами. Молча они дождались своего заказа и принялись за еду. Кстати, сила планеты — это салат из овощей, морепродуктов, фруктов и мяса, а «Патриот» — что-то вроде омлета с грибами и креветками, с соусом характерного черно-красного цвета.
Во время трапезы Лена мельком посмотрела в окно и увидела, как на нее уставился рыжий в белую полосочку котяра, с крупными выразительными глазами. Видимо, он заметил, что на него смотрят, и тут же скрылся. Лена вскоре позабыла о нем.
После трапезы компания разошлась по комнатам, отдыхать.
Ранним утром лену разбудил странный шум за стенкой. Она, быстро одевшись, выбежала из комнаты и постучала в соседнюю дверь. Ей не сразу, но все же открыл растрепанный Андрон. Он был без рубахи, в серых штанах, с выражением растерянности и злости. Его вещи были хаотично разбросаны по комнате. Окно было настежь открыто.
— Что случилось? — заспанным голосом поинтересовалась Лена.
— Удрал! — вздохнул Андрон, что-то прошептав себе под нос, вероятно, нецензурное.
— Кто?
— Пацан, который хотел меня ограбить. Между прочим, часть заначки нашел, и кинжал хороший взял. Я просыпаюсь, а он в моих вещах роется. Только хотел его отметелить, а он взял в окно прыг! И спрятался где-то. Вот мелкий паразит.
— Мелкий?
— Где-то твоего возраста, по-моему.
— И он тебя обокрал?
— Частично. Но я этого так не оставлю! — Андрон сделал сердитую гримасу, которая, по его мнению, должна кого-то пугать.
Лена вдруг вспомнила, что ночью слышала у себя в комнате какие-то шорохи, но не придала этому значения. Значит, у нее тоже мог побывать этот мерзкий воришка. Интересно, она хорошо натянула на себя одеяло… И что он мог у нее украсть? Одежду от Неолины, что ли? Лена сбегала в свою комнату, оглядела ее и поняла: волшебный браслет! Она снова сняла его перед сном и положила на столик рядом с кроватью. А теперь его там не было. Лена жутко рассердилась, одновременно злорадно подумав: может, браслетик и с новым хозяином выкинет какую-нибудь шутку.
— Как он выглядел?
— Кто?
— Конь в пальто!
— Он был не в пальто, а в сером плаще. А волосы у него тоже были пепельно-серые какие-то.
— Интересные приметы. Куда он побежал!? Ты видел?
— Нет, но он не мог далеко уйти!
— Так чего же ты стоишь? Искать его будем?
— А у тебя-то он что взял?
— Драгоценности!
— Ну, тогда вперед!
Не став будить Маргарет и Паулину, Андрон и Лена Рощина бегом спустились вниз и покинули гостиницу. Первым делом спросили у попавшегося на пути прохожего, не видел ли он такого-то парня, и описали его. Но у свидетелей часто один ответ, вроде «моя хата с краю, ничего не знаю», так было и в этот раз. Пришлось самим облазить окрестности, но воришки и след простыл, и только когда они вышли на центральную улицу, Лена увидела, как вдали что-то блеснуло. Присмотревшись, она смогла различить молодого человека в темном плаще, с мешком-сумкой за поясом и с чем-то в руках. Ее супер-зрение не подвело: это что-то и было ЕЕ ДРАГОЦЕННОСТЬЮ, с которой Лена чувствовала таинственную связь.
Она сообщила об этом Андрону. Они с огромной скоростью направились к нему. На них стали оглядываться местные жители. Воришка это тоже заметил и перешел на ускоренный шаг. Все же Андрон и Лена догоняли его и у входа в один из проулков, сын Маргарет сказал ему решительное «Стой!», находясь на расстоянии нескольких метров.
— Мы хотим получить наши вещи! Которые ты у нас забрал! — прокричала Лена Рощина. — Если ты сейчас же их не отдашь…
Но закончить угрозу она не успела. К ней уже неслись кошелек с деньгами, кинжальчик в кожаном чехле и браслет с драгоценными камнями. Неслись прямо по воздуху, без чьей-либо посторонней помощи, ловко увертываясь от прохожих, встававших на пути. Не было никаких сомнений, что это очередное сбывшееся желание юной волшебницы. Горожане смотрели на происходящее с широко раскрытыми от удивления глазами (и ртами). А, между тем, предметы ловко приземлились прямо в руки своим владельцам. Лена тут же надела свое имущество на руку. Ей уже даже не хотелось ловить преступника.
Андрон же, наоборот, на радостях подошел к остолбеневшему мальчишке и крепко в него вцепился в него. Тот, опомнившись, пытался вырваться, но у него ничего не выходило. Вдруг он прекратил свои попытки и громко сказал Андрону:
— Ты лучше девчонку свою держи, пока ее другие не прихватили! — показал он в сторону Лены.
А за спиной у девочки стоял сердитый амбал в черной форме, с дубиной в одной руке и грязной веревкой в другой. Подумав немного, он схватил Лену за руку и накинул ей на шею ту самую веревку. Сначала от шока она вообще не могла двигаться, но, приходя в себя, она начала осыпать его пинками и тоже пыталась высвободиться. Когда номер не прошел, она стала загадывать всевозможные желания, которые только могли подействовать. Но неулыбчивому великану было хоть бы хны. Он только посмотрел на нее и проинформировал:
— На тебе блокирующая магию веревка, которую ты не можешь снять самостоятельно. И лучше не делай резких движений, чтобы дойти до тюрьмы в живом состоянии.
Все–таки ее ведут в тюрьму, а то были подозрения и похуже. Но за что? Человека обокрали и его же посадили?! А вор гуляет себе и на солнышке греется. А что она-то сделала? Ну, Андрон-то ее хотя бы спасет? Такие мысли возникали у Лены, когда она, подчинившись, следовала по направлению к месту заключения. А это самое место было все ближе и ближе.
Мрачное серое здание с мелкими зарешеченными окошками и массивными железными дверями было уже рядом. Оно было, пожалуй, повыше всех остальных, но Лену поразило отсутствие колючей проволоки и охраны у дверей, которые, как она полагала, обязательно должны были быть. У порога сидел какой-то хилый и болезненный старичок во всем черном.
Когда Лену проводили мимо него, он недобро зыркнул не нее и пробурчал: «Ведьма, что ли?» Потом отвернулся.
А девочку уже ввели внутрь здания и, не останавливаясь, поволокли по узким темным коридорам. В тюрьме было сыро, грязно и страшно. Сначала все вокруг было выкрашено противной зеленой, даже болотной краской. Потом стены, пол и потолок стали голыми каменными со следами паутины и плесени. По обеим сторонам бесконечно шли двери, вероятно, ведущие в камеры. Опять же плотно закрытые массивные и деревянные, они постепенно сменялись простыми железными решетками. Лену подвели как раз к одной из таких дверей, втолкнули внутрь небольшой каморки, где, кроме голого пола и маленького окошка у самого потолка, абсолютно ничего не было, и заперли кованый решетчатый вход, повесив на него массивный замок. Ключи работник тюрьмы повесил за пояс. Веревку с шеи бедной девочки никто снимать не стал. Лена бессильно опустилась на пол, но, почувствовав нестерпимый холод, присела на корточки. Великан в черной форме ушел, не сказав ни слова. А Лена сидела и тихо паниковала: сбежать из тюрьмы она не может, потому что не может поломать решетку или открыть дверь, так как ее физическая сила этого не позволяет, а магии она пока лишена, даже браслет перестал светиться. Андрона что-то не видно, а между тем Лена не знала, сколько ее будут держать в заточении — может быть, сейчас придут и скажут что-нибудь вроде «Собирайся на костер» или «Скажи «Пока!» своей башке!» и решат казнить. Как поняла Лена Рощина, ее схватили за колдовство. Все видели, как она заставила вещи летать, старик у входа в тюрьму обозвал ее ведьмой, а на шею ей нацепили блокирующую магию гадость. «Хорошо хоть они не видели, как я Мерлину неизвестно куда отправила, а то расстреляли бы на месте и меня и ее, если бы нашли!» — подумала Лена.
Неожиданно она услышала смутно знакомый, (а, может быть, ей так показалось), красивый женский голос:
— Девчонку уже доставили?
— Да, госпожа, — отвечал ей голос того мужика, который притащил в тюрьму Лену. Только теперь голос не был таким грубым, скорее даже наоборот.
— Ее поймали на колдовстве. Я знала, что она расколется. Странно, что она что-то может без браслета, но тем лучше для меня. Защитная веревка на ней?
— Да, госпожа.
— Она уже в камере?
— Да, госпожа.
— Подержите ее еще там некоторое время, пока я не приготовлю все необходимое. И не трогайте ее, я должна все сделать сама!
— Да, госпожа.
— Скажи, кто-нибудь может ее спасти?
— Да, госпожа. То есть, нет, госпожа. Не думаю, госпожа.
— По-моему, ты вообще никогда не думаешь.
— Да, госпожа. Вы лучше знаете, госпожа.
«Как же она его выдрессировала!» — подумала Лена. Это была единственная мысль, которая не относилась непосредственно к общему ходу рассуждений. А за время разговора Лена поняла, что говорят о ней, и, наверняка, им многое по нее известно. В любом случае, та командующая тетка собирается приготовить все для чего-то важного, и уж точно нежелательного для Лены Рощиной. И ждать ей осталось всего лишь «некоторое время», причем Лена почему-то считала, что это время пройдет очень скоро… Лена встала и, от нечего делать, начала прохаживаться по камере.
Неожиданно в конце коридора послышались шаги, вскоре показались люди: к удивлению Лены, это был еще один человек в черной форме, другой тюремщик, который вел двух пленников с кандалами на руках и ногах, повязками на лицах и синяками. И этими двумя оказались Андрон и мальчишка, которого они утром преследовали. «Как плохо… Теперь и спасать некому», — расстроилась Лена. Двух связанных узников «распихали» по камерам. Так как на глазах у них были повязки, свою соседку они не видели. Зато через некоторое время стали препираться между собой, прекрасно зная, что их посадили рядом.
— Что это было?! — захрипел Андрон, медленно собираясь с мыслями.
— Нас замели… — ответил ему мальчишеский голос.
— А тебя за что? За воровство?
— Не-а… За то, что я через тайный ход сюда полез!
— Зачем? — безразлично спросил Андрон.
— За твоей девчонкой!
— За кем?!
Сын Маргарет мгновенно пришел в чувства, а Лена схватилась за решетку, чтобы не упасть.
— Ну, как там ее зовут, которую городские стражи порядка забрали.
— Так ты хотел ее вызволить?
— Я хотел ее освободить из тюрьмы, а потом получить за нее выкуп… — оправдывался воришка, но не очень убедительно.
— А я хотел ее спасти. Она моя родственница. Побежал, смотрю: у входа охраны нет. Один старичок какой-то… Ну, думаю, поспешу, он меня и не догонит. Кто ж знал, что он такой спортивный окажется…
Лена про себя усмехнулась — так вот откуда столько синяков…
— Ясно. Слушай. Давай знакомиться? Дим, — представился ровесник Лены.
— Андрон.
— А как звали твою родственницу?
— Лина! — вмешалась в разговор Лена Рощина. Ей всегда не нравилось, когда о ней говорят в третьем лице, а тем более в прошедшем времени.
Наступило молчание. Наконец его нарушил Андрон:
— Ты здесь?
— А где же еще?
— А что ты здесь делаешь?
— Здрасьте. Приехали. Меня, по-моему, еще раньше вас сюда посадили.
— Почему ты не можешь выбраться, ты же ведьма? — спросил наивный Дим.
— Во-первых, я не ведьма, а только учусь. Во-вторых, они это предусмотрели, и применить волшебство я не могу. В-третьих, кто ты вообще такой?
— Я Дим.
— Это я слышала. А по подробнее?
— Хм… Я живу в этом городе. Занимаюсь… забираю у богатых и отдаю бедным, в том числе и своей семье.
— Тоже мне Робин Гуд.
— Маргарет считает, что это очень благородное занятие, — вдруг вступился за парнишку Андрон. — А мы что, по-твоему, богатые?
— Я же не знал… Сначала подумал, что да. Вон вы в какой гостинице устроились!
— А сколько человек в твоей семье?
— Трое. Я, отчим, и вот кота еще недавно завел.
— Отчим? Так ты сирота?
— Не хочу говорить на эту тему, но да. Отчим и научил меня воровскому делу. Я теперь гениальный карманник и форточник. Правда, он говорит, что я уже вышел из этого возраста. Теперь надо заниматься делом.
— Пойти на нормальную работу? — с надеждой спросил Андрон.
— Пойти на нормальное дело, — поправил Дим. — Можно лошадей красть или замки грабить.
— Дим, а у вас в городе сколько в тюрьме держат? — спросила Лена.
— Кого как. О нас с Андроном доложат начальнику стражи — он решит. А ведьм… казнят на следующее утро. Без обид, Лина.
— Да чего уж там. Подумаешь. А как у вас казнят? На костре случайно не жгут?
— Зачем? Все гораздо проще. Специальной смесью мажут ритуальный нож и колют в «третий глаз». Твои магические силы выходят из тебя. А дух не может покинуть мертвое тело без третьего глаза. Поэтому, вроде бы, второй раз не можешь родиться.
— Спасибо, утешил. Что-то мне не нравиться все это. Хоть бы кто-нибудь пришел меня выручить! Жалко, что ли?! — запаниковала Лена, нервно теребя подол своего платья.
— Мяу!
Лена вздрогнула и огляделась. Вроде никого не было. Посмотрев через решетку, она убедилась, что коридор пуст.
— Мальчики, кто из вас мяукал?
— Не я! — хором отозвались мальчики.
— У меня, по-вашему, глюки на нервной почве?
— Может быть…
— Мяу!!! — уже громче отозвалась галлюцинация.
— Стой. Мы тоже слышали… — послышалось из соседних камер. — Но котов что-то нигде не видно.
— Так у вас же повязки на глазах?!
— Ты в этом уверена?
Лена не стала с ними спорить. Она вдруг обернулась и посмотрела наверх, туда, где у самого потолка примостилось маленькое окошко, даже скорее отверстие в стене, чтобы была хоть какая-то вентиляция и доступ света. И из этого самого отверстия выглядывала маленькая симпатичная кошачья мордочка. Она приветливо замурлыкала, когда поняла, что ее заметили, а потом ненадолго скрылась и высунулась вновь, уже держа что-то в зубах. Чуть подождав, кот (или кошка) выпустил это. Лена подошла ближе и успела поймать уже подлетавшую к полу связку ключей! И, скорее всего, один из них подойдет к замку на ее решетке!!!
— Спасибо! Славный, милый… — начала Лена, но кот больше не выглядывал в окно. Девочка посмотрела на связку из пяти ключей. Она смутно пыталась припомнить, каким из них ее запирали, но все они были так похожи, а память, видимо, взяла отпуск и собрала чемоданы. Лена просунула руку с ключами через решетку, достала до замка и проверила первый ключ. Не подошел… Второй… Тоже. На третий раз все получилось. Вот уж действительно, три — волшебное число. Лена с замиранием сердца открыла дверь и ощутила окрыляющее чувство свободы. После мыслей о неминуемой смерти и прочих неприятностях, ей друг стало так хорошо и приятно, что она на миг забыла обо всем на свете и просто стояла и слушала, как бешено бьется сердце. Но тут Андрон подал голос:
— Лина, а ты нас выпустить не хочешь? Там наверняка есть ключи от наших камер!
«Весь кайф обломал!» — подумала Лена, но тут же стала подбирать подходящий из оставшихся четырех вариантов. И последний в очереди смог открыть замок, не пускавший Андрона. Тот радостно выскочил из своей «темницы» и бросился обнимать Лену.
— Мы пришли тебя освободить, а ты нас освобождаешь! — воскликнул он.
— Тише! — отстранила его Лена. — Ты можешь избавить меня от этой веревочки?
Девочка указала на веревку у себя на шее, дотронулась до нее и тут же одернула руку — такую острую боль она почувствовала.
— Я не могу снять ее самостоятельно, — объяснила она.
Андрон нашел узел и развязал веревку, блокирующую магию Лены. Энергия тут же наполнила юную волшебницу.
— Отлично! — сказала она. — Начнем исполнять желания!
Лена не стала возиться с оставшимися ключами, чтобы освободить Дима. Она просто показала на замок и приказала: «Откройся!»
Дверь послушно распахнулась. Дим выбрался на волю.
— Ну, а теперь к Маргарет и Паулине! — сказала Лена Рощина и ощутила уже знакомое чувство перемещения в пространстве.
Все трое (Лена, Дим и Андрон) тут же оказались возле железных ворот тюрьмы. А Лена ожидала, что они попадут в гостиницу. Но горевать не пришлось, потому что Марго и Паула тоже были здесь! И Томарис с котом в руках! И начальник стражи порядка (у него было это написано золотыми буквами на рукаве)… Причем никто из них даже не заметил, как рядом внезапно материализовалось три человека. Они были слишком заняты спором. Принцесса гневно трясла рукой, на которой у нее был «татуировка» и громко возмущалась:
— Как вы смеете задерживать человека из моей свиты?! Или мне сообщить О’Генеральду?
— Что ж, сообщайте, — спокойно отвечал ей начальник тюрьмы. — Даже ему ничего не поделать против приказа Госпожи.
— Какой Госпожи? О’Генеральд подчиняется Кроненбергу! — возмутилась королевская дочь.
— Сейчас же пустите меня к моему сыну и племяннице! — страшным голосом закричала Маргарет.
— Да ладно вам нервничать! — успокоила Лена, стоявшая за спиной. Кот согласно мяукнул в ответ.
Теперь девочку заметили все. Чуть позже обратили внимание и на юношей, стоявших рядом. Грозный начальник побагровел и, подходя к Лене, скомандовал:
— Стража!!!
— А стража не придет! И ты спи спокойно! — с притворной лаской посоветовала Лена.
Не прошло и двух секунд, как глаза начальника сомкнулись, он сладко зевнул и рухнул прямо на пыльный пол, не пожалев своей идеально черной формы.
— Круто! Как ты его!— восхищенно выпалил Дим.
— Мне самой понравилось! — Лицо Лены сияло от радости.
— Дим, ты с нами? — спросила она.
— Да!!! — ответил он, даже не спрашивая куда.
— Тогда все возьмемся за руки, — сказала Лена.
Тут же вся компания выполнила просьбу, и возле тюрьмы получился какой-то хоровод. Только кот не брал никого за руку и разместился на плече у Томариса.
— В Лигвант! — произнесла лена Рощина.
У ворот тюрьмы остался один начальник, который все еще не собирался просыпаться.
