Ну, что за день прекрасный?! Такие чудесные — по всем признакам и показателям — дни-творения случаются редко в году. Даже в жизни. По обязанности службы и по воле случая Михаил Валербойм попал в эту далекую провинциальную дыру. Вдруг неожиданно оказался в центре Земного Рая.
Сколько глаз может охватить пространства — вокруг холмистый ландшафт — в зелени и цвету. На юго-западе — петляет река. Расцвечена синей голубизной. Расположена по самой кромке горизонта. В этот утренний час почти в полярном отдалении — от солнечного изобилия. Ясный солнечный день — умеренно теплый, со свежестью. Воздух ароматизирован запахами естественного происхождения.
На станции — пусто. Нет привычного для такого людного места движения. Недостроенная узкая платфома — на обе стороны. В центре -рапортует о готовности. Искрится битумным покрытием. Только что огорчил смрадный туалет. Этот вечный спутник-доказательство российской неряшливости.
Расположена железнодорожная станция рядом с поселком. С грохотом и визгом, несут потоки воздуха — без остановок проскакивают поезда дальнего следования. Только один останавливается утром. Им прибыл Михаил. Еще отсюда в нужном направлении построена рядом узкоколейка. По кружному ответвлению, отправляются — со всеми остановками… Указаны три рабочих поезда. Первый давно проследовал — почти на рассвете. Очередной прибудет примерно в полдень. Нет указания точного времени. Последний — вечерне-ночной.
Негда даже перекусить! Непомерной своей красотищей — совращают окрестности. Грех здесь сидеть — не менее трех часов. Дожидаться еще лучшей погоды. Не нужно обладать особой решимостью… Михаил спрыгнул с платформы — побрел по дороге в незнакомый лес.
Манящие зеленые просторы — вблизи оказались лиственным лесом. Много берез, кленов, ясеней… Встречается дуб. Изобилие кустарников — в самом нижнем ярусе. В покрове — травы. В их числе и лекарственные. По виду внешней устроенности — владение государственного ведомства. Встречаются просеки, квартальные столбы… В одном месте набрел на давнишнюю вспаханную противопожарную полосу безопасности.
Такая прелесть — в лесу! В Раю — не было лучше! Отличие одно: в Райском саду произрастали ПЛОДОВЫЕ ДЕРЕВЬЯ. ДАРИЛИ УДОВОЛЬСТВИЯ — ТУНЕЯДЦАМ. МНОЖЕСТВО СЪЕДОБНЫХ ПЛОДОВ — ЧРЕВОУГОДСТВУЮЩИМ НАТУРАМ. Привыкшим трудиться, довольствоваться сменой происшествий — покажутся скучными удобства, полное довольствие, отсутствие неисполнимых желаний.
Михаил наслаждался природой. Даже полежал на ее прохладном, мягком лоне. Внутри его органов возникали импульсы. Делились на мысли, чувства, голоса, ощущения вкуса, запахов — не вырывались наружу у безголосого.
Отдохнул, даже вдоволь подурачился. Пора возвращаться! Лучше подождать на станции, чем неуспеть!
Быстрым шагом он направился по ставшем знакомой дороге. Но вот… Неудача какая: почуял запах горечи. Подобно дыму. Остановился. Оглянулся. Точно: ветерок вновь принес тонкий запах… Курил… Бросил окурок… Неужели воспламенился? Все может быть! Нужно вернуться: проверить, затоптать, притушить… Не успел далеко отойти.
По жухлой траве, листьям и полусгнившим сучьям пробегают язычки пламени. Вот он — источник чада! Затоптал за пару минут — подошвами туфель. Даже не пришлось искать подручных средств. Убедился в погашении очага: больше возгорания не будет!
Пора дуть на станцию: как бы не пропустить поезд. Сегодня не удастся вернуться. Хоть успеть подготовиться — к завтрашнему дню!
Михаил вышел из-за поворота — увидел паровозик с вагончиком и тремя платформами . Побежал! Размахивает руками: пусть издали увидят! Уже подбегал к станции: увидел флажек проводника — разрешает отправление. Прихлопнул дверью вагона… Паровозик зычно выпустил пары!
Михаил задыхался. Подбежал к начавшему движение паровозику. С радостными глазами — успел! — по лестничке взобрался в кабину. Машинист также исполняет обязанности кочегара. Вроде даже обрадовался постороннему. Огорчился: сам увидел, по жестам прочитал немоту незнакомца. Все слышит — не говорит! Вручил ему в руки — совок. Показал, как надо набирать, бросать уголь в топку. Михаил оказался послушным и умелым. Не будь у него немоты — мог сойти за молчуна.
Прочмыхали они с часик. По пути встретился поселок. Машинист остановил двигатель почти напротив калитки своего дома. Позвал пассажира пообедать. Жена машиниста быстро собрала на стол. Минут сорок заняла вся трапеза с перекуром. Вернулись в бодром настроении на рабочее место. Паровоз продолжил свой путь к станции назначения.
… С этой командировки начался новый этап жизни Михаила Валербойма. В глубокой провинции от встретился с ЖЕРТВОЙ СТАЛИНСКОГО РЕПРЕССИВНОГО РЕЖИМА. УСЛЫШАЛ ПОДРОБНЫЙ РАССКАЗ о ВНУТРИПАРТИЙНОЙ БОРЬБЕ — ПРОТИВ Льва Троцкого НАПРАВЛЕННОЙ. УЗНАЛ ОТДЕЛЬНЫЕ ПОДРОБНОСТИ о МУДРОМ ВОЖДЕ ПАРТИИ, ОТЦЕ НАЦИИ и УЧИТЕЛЕ НАРОДОВ. О НЕПОБЕДИМОМ ГЕНЕРАЛИССИМУСЕ… Записал главные этапы героического и трагического пути.
Само не поймет, ЧТО и КАК с НИМ ПРОИЗОШЛО. НАЧАЛ ПИСАТЬ о СТРАШНОЙ, НАСЫЩЕННОЙ СОБЫТИЯМИ ЭПОХЕ. ПОЛУЧАЛОСЬ! В течение нескольких лет — за счет собственного досуга — он работал в читальном зале и газетном отделе публичной библиотеки. Собрал массу материалов об интересующем периоде. Прежде написанным воспоминаниям придал емкую телесную оболочку. Много стараний потратил на написание этого литературного произведения. Таился. Мало с кем общался. Не заводил доверенных лиц. Избежал разочарований, доносов, предательства. Действовал только наверняка.
Удачно прошла его АВАНТЮРА. Не стал РИСКОВАТЬ, возиться с САМИЗДАТОМ. Обратился в БОЛЕЕ ПРОДУКТИВНЫЙ ТАМИЗДАТ. Один турист-иностранец согласился вывезти и передать рукопись. Тот оказался честным человеком — посылку передал родственникам автора в одной из зарубежных стран. Вскоре и сам Михаил получил разрешение на выезд. Перебрался на постоянное жительство в другую страну. Долголетнее его МОЛЧАНИЕ ОКАЗАЛОСЬ РЕЗУЛЬТАТИВНЫМ. САМ СОХРАНИЛСЯ. ИЗДАЛ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ ДОВОЛЬНО БОЛЬШИМ ТИРАЖОМ. КНИГА РАЗОШЛАСЬ БЫСТРО. НАШЛА СВОЕГО ЧИТАТЕЛЯ.
Продолжает литературную деятельность. Впрочем, приходится ее совмещать с работой по основной специальности. В западных странах ТВОРЦОВ НЕ ВЫДЕЛЯЮТ. НЕ ОДАРЯЮТ ОСОБЫМ ПОЧЕТОМ. ЛИТЕРАТУРНОЕ ТВОРЧЕСТВО, ИСКУССТВО — НЕ СЧИТАЮТ БОЛЕЕ ОБЩЕСТВЕННО ЗНАЧИМЫМИ. ОПЛАЧИВАЮТ ПОДОБНО ДРУГИМ ФОРМАМ ПРИЛОЖЕНИЯ ТРУДА. ТОЛЬКО ОТДЕЛЬНЫМ ПИСАТЕЛЯМ УДАЕТСЯ КОРМИТЬСЯ за СЧЕТ ОДНОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ТВОРЧЕСТВА.
