Любовь, как осень вдруг открылась
Последним солнечным теплом.
Мне долгожданная явилась
В убранстве ярко-золотом.
Весну и лето, как шальные,
Я проскакал в чужом ряду.
Срывал ромашки полевые,
И розы пышные в саду..
Прохлады грусть густым туманом
Прокралась в уголки души.
Былое видится обманом,
И жить приятнее в глуши.
Мундир гусарский стал мне тесен,
Люблю бродить в тиши лесной.
И не пишу весёлых песен,
Я очарован лишь тобой.
Как просто это всё случилось.
Как будто после пыльных бурь.
Судьба осенним днем пролилась,
Смывая наносную дурь.
Господь простил мне прегрешенья,
И подарил надежду вновь.
Рассеяв осени сомненья,
Я встретил позднюю любовь.
Сколько мудрости в поздней любви!
Эта мудрость неведома юности пылкой…
Все придет, только тонкую нить не порви,
Чтобы поиски не были вечною пыткой.
В целом неплохо, образно, искренне, запоминается.
Но кое-какие придирки имеются. Во-первых, грубая грамматическая ошибка: «Былое видеться обманом» (здесь «видится»).
Двусмысленны следующие строки:
И не пишу весёлых песен,
Я очарован лишь одной.
(непонятно, лирический герой очарован одной девушкой или песней; поставьте хоть заглавную букву, — Одной — и будет все ясно).
«Как просто всё это случилось» — небольшой сбой ритма, лучше «Как просто это всё случилось».
Но, повторю, в целом неплохо. Успехов!
Спасибо, за уточнения.
Теперь, благодаря Вам, это всё случилось иначе.
«Мундир гусарский стал мне тесен,
Люблю бродить в тиши лесной.
И не пишу весёлых песен,
Я очарован лишь тобой».
Я в пиджаке мужицком куца
Стою, как рыцарь в простыне,
Но, часто женщины клянутся,
Что нет мужицкого во мне.
Когда моя клокочет лира,
И лес шумит над головой,
Я без гусарского мундира
Любого с кровью голубой
Переплюю своею музой,
Пусть неказистою на вид,
Но, сколько в ней любви от пуза
И смысла верного сидит.
Ну а сегодня в гроб уныний
Сложил я музы и пиджак,
Я предложил любовь графине,
Она ответила: «Чудак!».
Писать ещё не научился, а нацарапать норовит.