Сквозь тьму веков, застывших на планете,
Я чувствую биение бытия.
Прошедшего невидимые плети
Из тех времен доходят до меня…
И тот дикарь с раскосыми глазами,
Что за стеной согнулся камыша,
Его зажжет, и заискрится пламя,
И след свой станет заметать спеша…
Он будет птицей мчаться на просторы,
И уходить на запад, вдаль – туда,
Где в синеве заката дремлют горы,
И первая прорезалась звезда.
И вслед за ним помчит стрела из лука,
И вырвется из дыма, и найдет,
Зажегшую камыш чужую руку
И, содрогнувшись, в дымке упадет
Раскосый воин и сомкнутся веки.
И сквозь веков ушедших пелену
Срастутся с камышом его доспехи.
И щит его, похожий на луну,
Светить нам будет долгими ночами
Издалека, и будет виден нам –
То круглый щит, то острый ятаган…
И лик его раскосый и с усами
Порой глядит в разрывы облаков –
И это – время, слившись с небесами,
Выносит к нам из глубины веков
Эпох прошедших призрачные лики,
События далекой старины,
И падают на землю тени, блики
Всевидящей, всезнающей луны.
И мы на них не можем наглядеться,
Не можем наглядеться и понять,
Какая там сокрыта в мире дверца.
И тщимся все проверить и понять
Умом своим, но там бродили чувства,
Там разум спал, и не понятно мне
Веков далеких тайное искусство,
Что у костра рождалось при луне…