Светка подошла сама. Хотя я тогда не знал что она Светка. Был один из замечательнейших вечеров, когда серый город укутывается мелким дождём, лихорадочно светят фонари, ходят одинокие прохожие, и по-горьковски тепло и сыро.
Мерно шуршит по старому зонту дождь, из-под него выплывают клубы дыма от моей сигареты. Гулко доносятся шаги, тихо плещется Крюков канал и играет в подсветке Никольский собор. Ну в общем \»самое то\» для одинокого городского романтика.
Светка, как я говорил, подошла сама, и заглянула мне в глаза. Для этого ей пришлось встать на цыпочки, поскольку росточка она не большого. Взгляд её был очень серьёзным и внимательным, может, от того я и поверил ей сразу.
— Ты почему один? — спросила она. Я немного опешил, и сразу не нашёлся что ответить. И сказал сущую правду: \»Потому что один\». Как ни странно ответ её удовлетворил, она вообще такая, я потом привык.
— Ты всегда такой одинокий. — утвердительно добавила она.
— Приходится. — от чего-то рассердившись огрызнулся я. не люблю когда мне тычут моим наболевшим одиночеством.
— Научи меня любить дождь. Мне так хочется его полюбить. Но мне от него грустно и я страдаю.
— Ты смотри на фонари и слушай музыку, тогда получится, может не сразу, но получится. А ещё город…
— Я поняла.
Она взяла меня за руку и мы пошли вдоль набережной. Мелькали окна в переулках, проносились машины. — Мне хорошо с тобой. Спокойно. — серьёзно сказала она.
— Мне тоже. только грустно.
— Да, ты очень грустный, и одинокий. Ты хороший, я буду с тобой.
— От этого тоже грустно. Зачем тебе быть со мной? Сама подумай. Сначала мы будем встречаться, и радовать друг друга. Ждать, как ребёнок Новый Год. Я буду дарить тебе цветы… А потом будет всё не так. Ты захочешь замуж, детей и всё такое. Начнутся всякие претензии, обязательства. Муть. Мне это ни к чему. Никто не хочет любить, все хотят семью, потому что так надо. Я буду работать, деньги, а ты заниматься с детьми. Зачем?! Такая тоска. Будем ссориться и выяснять отношения, потом разведёмся, или я начну пить. Ты будешь ругать меня и ходить в старом халате.
в ответ она впервые улыбнулась. Посмотрела в глаза. — Я сказала, что буду с тобой. Когда двое вместе, то зачем это портить. Мы просто будем рядом, и потому нам ничего не надо.
Мы попили кофе в уютной кафешке, ещё немного побродяжили, забрели в магазин, где самая вкусная бутылка вина понравилась нам за что и была куплена.
Поджав ноги, Светка сидела на стуле и смотрела в окно. У неё было очень редкое лицо. Почти красивое. Настолько выразительное, что невозможно было не любоваться им.
— Люди очень странные, они не хотят понимать, но хотят быть понятыми. — сказала она, опуская рюмку. — Как можно быть понятым, когда сам не понимаешь? И с ними скучно. Они так заняты. ты знаешь чего они хотят?
— Нет. Хотя это не правда. Знаю, но не понимаю, зачем им это.
— А что \»это\»?
— Ну, деньги, например.
— Да, деньги совершенно не нужны. Тот, кто их придумал, был очень глупым человеком, и совершенно не умел понимать. Если бы он понимал, то бы верил, а тогда деньги совершенно не нужны. Ты умеешь понимать, но ты одинокий.
— Это как?
— Ты умеешь понимать, но ждёшь быть понятым. И оттого, что тебя некому понять, ты грустишь. Я тебя буду понимать, не грусти, и я не буду с тобой заводить семью. Завтра всё может измениться, у тебя не будет одиночества, и ты не захочешь со мной быть.
— Я уже, похоже, ничего не жду.
— Нет, ты ждёшь, иначе бы ты не встретил меня.
— Ты приходишь когда одиноко?
— Да. Вкусное вино. Я буду ещё.
Мы решили сходить за вином, и, одевшись, вышли на улицу. Светка вздрагивала от сырого ветра, уже похолодало. Иссиняя луна блестела одиноким глазом, подглядывая в окна.
— Из-за того, что ждёшь, к тебе никто не приходит. — Светка прижалась ко мне плотнее.
— Но ты же пришла.
— Я другое дело. Я когда совсем грустно. Потому что очень хочется. А кого ты ждёшь, так не придёт. Ей тоже очень грустно и одиноко, она ждёт тебя.
— А как сделать, чтобы она пришла?
— Не ждать, просто очень хотеть. И любить. Ты молодец. Ты умеешь любить её. И ты знаешь, как это делать. Ты её найдёшь, только не жди.
— Хотелось бы верить.
— Верить глупо. Надо знать, и очень хотеть.
Светка вертелась по комнате, разглядывая всяческие безделушки, пока я резал колбасу. Я включил блюз, налил вина. И когда она села, я прочитал ей \»Блюзовый вечер\». Ей понравилось.
— А кому ты это написал?
— Никому, просто играл хороший блюз, и я написал стихотворение.
— Нет, не правда, — мотнула она головой, — ты написал это ей, когда ждал. А что ты ещё пишешь?
— У меня есть ещё рассказ. Я прочитал ей \»На Краешке Жизни\», и поставил Кашина. Рассказ ей не очень понравился. А про песню она сказала, что Павел так никогда не встретит её. — Он слишком одинокий.
Мы валялись на полу и слушали блюзы, смакуя остатки вина. Светка повернулась ко мне, её глаза блеснули. Потом она отвернулась. Замерла, будто что-то обдумывая, повернулась ко мне и нежно поцеловала.
— Мне пора. — Сказала она очень серьёзно. — Мне нужно уходить.
— Не уходи. Ты нужна мне.
— Не зажимай Любовь в кулаке. Я всегда с тобой, пока нужна, даже когда меня совсем нет. Ты же знаешь, и ты можешь понимать.
— Слушай, а ведь ты мне так и не сказала, как тебя зовут.
— Светка.
— А почему Светка, а не Светлана, например, или просто Света.
В ответ она пожала плечами. — Ты догадаешься, ты можешь понимать. А ещё — ты будешь слишком ждать.
— Оставь телефон, я позвоню тебе.
— Не нужно.
— Так как найти тебя?
— Учись не ждать. Если я приду снова, то ты никогда не встретишь ЕЁ.
ПРИЛОЖЕНИЕ:
\»Блюзовый вечер\».
Выпьем вместе вина,
мы зажжём с тобой свечи.
Улыбнись — ты уже не одна,
В этот блюзовый вечер.
И нам тихо бормочет струна.
Я устал, но уже стало легче.
Свет играет в хрусталике льда
в этот блюзовый вечер.
Шик вечернего платья,
нитка бус, открытые плечи.
Позову тебя танцевать
в этот блюзовый вечер
Ты как ночь — легка и свежа.
Ты летишь? Держу тебя крепче.
Ты прекрасна, моя госпожа
в этот блюзовый вечер
Я курю, мягко стелится дым.
Стали сбивчивы речи…
Вот и вправду стал голубым
Этот блюзовый вечер.
