Черный День

В самой глубине дыма, посреди поваленных столбов и расплавленных кусков асфальта что-то зашевелилось. Это был человек. Он поднял сухие веки глаз и, оглядевшись, поднялся на ноги. Контуженный, он ничего не слышал, ничего не понимал. Дым вокруг. Человек отчаянно замахал руками, но черная завеса не могла уйти от него. Она была всюду вокруг, как и люди. Мало кто из них подавал признаки жизни. От большинства вообще остались лишь уродливые останки и запекшаяся кровь, закрывавшие всю дамбу.
— Дамба ? Почему я жив ? – пронеслось в голове человека. — Взрыв был, но я жив. Зачем я не мертв ?
Левая рука начала с бешеной скоростью сжимать кнопку детонатора — не срабатывало. Товарищ находившийся, по плану в ста метрах, сделал свое дело – механизм не подвел.
— Теперь я должен умереть. Создатели не дураки, продумали другой вариант. Не медля, человек побежал к свежему воздуху, отмахиваясь от черной гари. Дышать было тяжело, ноги гнуло к земле, но это для него было не важно, ведь с ним был Аллах. Так он думал. Оглушение прошло, и вслед за ним появились звуки сирен, звуки криков и стонов.
— Люди всюду, живые и мертвые. Неверные, — человек наконец вышел из черного смоука. Он глазами искал тех кто выжил.
— Взорву вручную, – подумал человек.
Нараспашку раскинув свою тонкую кожаную куртку, он осмотрел себя и улыбнулся. Словно две пулеметные обоймы, два пояса с маленькими коричневыми мешочками, охватили тело человека.
— Вручную, — повторил он, — щас, только приделаю фитиль.
— Скоро я встречусь со своими братьями.
Бомбы делались в этом же городе, в примитивных домашних лабораториях. Их делали специально для этого дня. Если не срабатывал детонатор, в одном из мешочков было проделано пластмассовое отверстие в виде трубочки закрытой фольгой. Именно в него человек засунул пятисантиметровый фитиль, припрятанный в ухе.
Бомбист огляделся вокруг и, с радостью заметил, что горизонт не был чистым. Словно гигантские грибы, восемь уродливых черных клякс обезобразили город. Огонь, сирены, стоны. Дамба кончилась. Человек оглянулся и вспомнил, как десятью минутами раньше они с Башкеком, еле заметно для себя, помахали друг другу руками, находясь при этом в разных концах главного моста .
— Сегодня смерть охватила этот город. День народных гуляний превратился в черный день. Алла зинхар !
Бомбист увидел в ста метрах от себя, на развилке широких дорог, большой грузовик скорой помощи. Там рядом тоже был взрыв. Санитары с гружеными носилками стекались к машине очень быстро, порой даже роняя груз. Поднимали и снова неслись. Количество для них стало важнее качества.
— Женщины и дети первые, — усмехнулся бомбист, — Дураки, да разве они нужны? Здоровые мощные мужчины – главная опора любой нации. Кончилось ваше время, неверные.
Террорист, хромая на обе ноги, направился к красно-белому фургону. Осиротевшие дети кричали, захлебываясь слезами. Люди в белых халатах насилу оттаскивали их от трупов родителей.
— Дети ? – спросил себя террорист, сбавляя шаг. — Достойны ли они смерти – эти бессознательные создания, пока еще не выбравшие себе жизненного пути.
Террорист выругался, отбрасывая глупую мысль: “Разве они станут нами. Неверные! ”
Еще раз проверив фитиль и сняв с шеи цепочку с маленькой зажигалкой, он пошел дальше.
— Стой ! – донесся чей-то возглас позади, когда террорист уже переходил через трамвайные пути.
Смертник развернулся и разглядел вышедшего из дыма человека в форме.
— Стой на месте !
— Что, борода моя не нравится ? – неслышно бросил террорист.
Он повернулся и что есть силы понесся к машине с детьми.
— Стреляй ! – крикнули сзади.
Прозвучали выстрелы. Не с одной стороны, а со всех сразу, видимо, команду расслышали многие. Пули резали воздух, чудом огибая террориста.
— Только в голову ! – кричали сорванным голосом. — В тело нельзя !
Террорист был в двадцати метрах от грузовика, когда автоматная очередь, вопреки недавним словам, прошила ему обе ноги.
— У-у-у-води детей ! – заорали со всех сторон, когда террорист, упав на колени, поджег фитиль.
— Пять секунд я вижу этот мир, — шепотом произнес упавший человек, — Что потом? Я знаю – мой рай заберет меня. Братья рядом.
— Аллах илтиф ! — застыло в воздухе, когда он застонал и содрогнулся от взрыва. Взрыв радиусом около сорока метров, десятый взрыв за этот день, словно маленький мячик, откинул грузовик с ранеными детьми далеко в сторону. Все, кто были рядом, умирали, теряя конечности, глотая жареный воздух и забывая все на свете в последнюю секунду своей жизни.