Однажды Матушка Гусыня
Взлетела в небеса,

Но вдруг поднялся ветер сильный
И началась гроза.

Упал у Матушки Гусыни,
На лестницу — чепец.

И новый зонтик темно-синий —
На золотой дворец.

Взглянула Матушка Гусыня
На королевский двор.

Узнала зонтик темно-синий
И головной убор.

В чепце гуляет королева
И в платье золотом.

Король — направо и налево
Шагает под зонтом.

Подумала, летя над крышей:
— Обратно мне пора.

Промокшей, не подняться выше
Дворцового двора.

В мои немолодые годы
Пора бы отдохнуть.

Зачем в нелетную погоду
Пустилась в дальний путь?

Намокли крылья под водой
И перья на головке.

Просохну, воротясь домой,
На бельевой веревке.

Донесся снизу разговор
Гуляющих супругов:

— Любезный, вскинь на небо взор,
И не ходи по кругу.

Послушай, что я говорю, —
Сказала королева,

Шагающему королю —
Направо и налево. —

Вон, в небе — Матушка Гусыня —
Волшебница и фея.

Ее бы в гости пригласила,
Но без тебя не смею.

И королеве отвечает,
С улыбкою, король:

— На чашку липового чая
Ты пригласить изволь.

Пускай согреется Гусыня —
Волшебница и фея.

Мы ей подарим шарфик синий,
Чтобы закутать шею.

Для крыльев — муфту в изумрудах,
А на головку — шляпку.

Еще горчичник от простуды
На пятку левой лапки.

Гусыня, речи их услышав,
Подумала немного.

И медленно спустилась с крыши
К дворцовому порогу.

Ее супруги пригласили
С поклоном во дворец

И крепким чаем угостили,
Затем внесли ларец.

Открыла Матушка Гусыня
Подаренный ларец.

Нашла в нем: зонтик темно-синий
И шелковый чепец,

Шарф теплый, муфту в изумрудах,
И шелковую шляпку.

Еще — горчичник от простуды
На пятку левой лапки.

Как хорошо, за чаем крепким,
Сидеть в сухих обновках,

А не сушиться на прищепках
И бельевой веревке.

Однажды Матушка Гусыня
Взлетела в небеса,

Но вдруг поднялся ветер сильный
И началась гроза.

Упал у Матушки Гусыни,
На лестницу — чепец.

И новый зонтик темно-синий —
На золотой дворец.

Взглянула Матушка Гусыня
На королевский двор.

Узнала зонтик темно-синий
И головной убор.

В чепце гуляет королева
И в платье золотом.

Король — направо и налево
Шагает под зонтом.

Подумала, летя над крышей:
— Обратно мне пора.

Промокшей, не подняться выше
Дворцового двора.

В мои немолодые годы
Пора бы отдохнуть.

Зачем в нелетную погоду
Пустилась в дальний путь?

Намокли крылья под водой
И перья на головке.

Просохну, воротясь домой,
На бельевой веревке.

Донесся снизу разговор
Гуляющих супругов:

— Любезный, вскинь на небо взор,
И не ходи по кругу.

Послушай, что я говорю, —
Сказала королева,

Шагающему королю —
Направо и налево. —

Вон, в небе — Матушка Гусыня —
Волшебница и фея.

Ее бы в гости пригласила,
Но без тебя не смею.

И королеве отвечает,
С улыбкою, король:

— На чашку липового чая
Ты пригласить изволь.

Пускай согреется Гусыня —
Волшебница и фея.

Мы ей подарим шарфик синий,
Чтобы закутать шею.

Для крыльев — муфту в изумрудах,
А на головку — шляпку.

Еще горчичник от простуды
На пятку левой лапки.

Гусыня, речи их услышав,
Подумала немного.

И медленно спустилась с крыши
К дворцовому порогу.

Ее супруги пригласили
С поклоном во дворец

И крепким чаем угостили,
Затем внесли ларец.

Открыла Матушка Гусыня
Подаренный ларец.

Нашла в нем: зонтик темно-синий
И шелковый чепец,

Шарф теплый, муфту в изумрудах,
И шелковую шляпку.

Еще — горчичник от простуды
На пятку левой лапки.

Как хорошо, за чаем крепким,
Сидеть в сухих обновках,

А не сушиться на прищепках
И бельевой веревке.