Сергей Викторов
CЛУЧАЙНОЕ ЗНАКОМСТВО
Странная история
Девчонка была хоть куда. Симпатичная. Стройная. Глазастая. Улыбчи-вая. Аккуратненькая.
— Простите, пожалуйста, молодой человек, вы не поможете мне донести сумку до остановки…
Боже ж ты мой! У этой хохлушечки ко всем ее прелестям еще такой ан-гельский голосок. Да к тому же он обращен ко мне…Тем не менее, давно уже не балуемый вниманием женщин на улице, я растерянно оглянулся по сторонам… Никого рядом нет. Значит, и слова эти, и взгляд этот дивный, и улыбка робкая — все это предназначается мне. Что за чудеса творятся в столь ранний час на Московском вокзале!.. Я пришел сюда в надежде отправиться на семичасовой электричке в Кириши. Давно нужно было съездить туда по делам. И вот дотянул не только до конца недели, но и до конца января. Дождался кре-щенских морозов, и ужасно никуда не хотелось вылезать из теплой комнатушки в коммуналке. Но откладыват было уже больше некуда и я все же приперся на вокзал… Впрочем, как часто со мной в последнее время случается, на электричку я опоздал. Теперь предстояло либо отираться где-то два часа,либо распрощаться с благими намерениями совершить поездку. Размыш-ляя над этой дилеммой, я в нерешительности топтался на платформе, когда на меня обратила внимание Оксана. Конечно же, я не смог отказать себе в удовольствии быть полезным столь милой обаятельной девушке. Более того, я оказался настолько любезен, что немедленно предложил свои услуги в качест-ве носильщика. И вот мы уже трамвайчиком трясемся в сторону Купчина. Оксана приехала в Питер из Харькова. У нее здесь живет подруга. Вместе ко-гда-то учились в школе. Затем судьба их разбросала. Оксана работает учи-тельницей начальных классов, а подружка вышла замуж за какого-то бизнесмена и уехала из Харькова. В школе Оксаны на неделю прекратили занятия из-за морозов и повальной эпидемии гриппа. А в это время у Ани, ее подружки, муж в очередной раз укатил в загранкомандировку по своим коммерческим делам. И та, ужасно скучая от безделья, позвонила в Харьков и предложила Оксане прокатиться в Питер за ее счет. И вот Оксана здесь, но по какой-то причине ее никто не встретил, хоть было обещано. Но не бывает худа без добра. Если бы кто-либо встретил Оксану, то как бы тогда я с ней познакомил-ся?.. Судьба, по всей вероятности, все же существует. Выгрузившись из трамвая, мы минут пятнадцать плутали какими-то дворами. Но я вообще ничего не соображал и даже смутно не представлял, где мы находимся. Все мое вни-мание было сконцентрировано на Оксане. Я постоянно нес какую-то чепуху, добиваясь, чтобы она обращала на меня свой взор и улыбалась. Наконец, мы остановились у какой-то парадной. И здесь выяснилось, что Оксана не знает, какой код на замке входной двери. Сначала я попытался подобрать три цифры методом тыка, но безуспешно. Мороз, между тем, не только стал безжалостно щипать меня за уши, но и заставил пританцовывать. Старенькие сапожки на рыбьем меху — отнюдь не защищали от его злости… Не в лучшем положении была и моя новая знакомая. Ее легкая курточка мало соответствовала мороз-ному утру.
— Послушайте, Оксана, а, может быть, с вашей подругой что-нибудь слу-чилось? Мало ли что? Может быть, срочно пришлось вылететь к мужу… Или еще что. Может быть, поедем ко мне и оттуда попытаемся спокойно до нее дозвониться?
На лице Оксаны явно читалась нерешительность. И будь, наверное, мо-роз по-слабее, она никогда бы не решилась согласиться на мое предложение. Но, похлопав очаровательными ресницами, чуть вздохнув, от чего мое сердце забилось, улыбнувшись, причем мое сердце неожиданно замерло, тихонько сказала:
— Ну что же, наверное, мне придется довериться вам…
И в это время дверь открылась. Боже мой, как я ненавидел этого тол-стого мужика, решившего в девять часов утра выгулять свою псину. Такой об-лом… Но делать нечего. Мы поднимаемся на четвертый этаж. Я нажимаю кнопку звонка. Тишина. Я уж собрался позвонить соседям, но тут железная дверь скрипнула, и на лестничной площадке показался парнишка спортивного вида, очень похожий на киношного «братка» — спортивный костюм, на шее золотая цепь «бисмарк» с палец толщиной, на мизинце печатка, короткая стриж-ка и упитанная физиономия.
— Ой! — Оксана растерянно посмотрела на меня, — А мы к Ане. Она дома?
«Браток» молча пропустил нас в квартиру и закрыл за нами дверь. Про-сторный коридор больше напоминал картинную галерею, резко контрастируя с моим собственным коммунальным узким и темным коридором. Из ближай-шей боковой двери нам навстречу вышел еще один «браток» и опять молча указал направление, в котором нам следует двигаться. Мне стало как-то не по себе. Похоже, столь же некомфортно чувствовала себя и Оксана. Наконец, мы оказались в шикарно обставленной комнате, посреди которой за большим круглым столом восседал уже немолодой человек, с сединой в усах и волосах, без всяких ювелирных украшений, но в весьма неслабом костюмчике. Один такой пиджак тянет на 5-6 тысяч. Неожиданно я перестал чувствовать нервную дрожь в руках и ногах. Голова сделалась ясной, и мысли заработали, словно десять лет назад в мою ментовскую бытность. «По всей видимости, мы попали если не к бандитам, то наверняка к представителям полукриминального бизнеса, где предпочитают решать все вопросы не с помощью милиции, а через бан-дитские приемы. Так как я, полунищий юрист, журналист, литератор давно ни для кого не представляю никакого серьезного интереса, то либо Оксана — не простая птичка, либо что-то стряслось с ее подружкой или с ее мужем. В лю-бом случае, — подумал я, — просто так вряд ли удастся отсюда выбраться. За-светку в таких кругах не любят». В комнате был еще один «браток» — он возился с камином. Между тем, седовласый жестом пригласил нас за стол, устав-ленный всяческими яствами. Я опустил на пол сумки. Сбросил свою курточ-ку и помог раздеться Оксане. После этого мы уселись за стол, и только тогда я вдруг подумал: а почему это Оксана молчит? Почему ведет себя так спокой-но? Неужели им все-таки нужен был я? Так где же это я влип? Так. Спокойно. Какие у меня сейчас дела? Трудовой спор на швейном предприятии между бывшим и нынешним директорами. Это вряд ли. Арбитраж по аренде помещений под ювелирный магазин. Тоже не похоже. Сначала попытались бы по-говорить со мной в более спокойной обстановке. Административные наруше-ния отбрасываем сразу. Восстановление на работе — тоже. Остается урегули-рование конфликта между двумя коммерческими структурами в досудебном порядке. Обе стороны, с помощью независимого юриста, коим я являлся, пытались решить все вопросы без привлечения официальных структур, в связи с тем, что у тех и других было что скрывать от налоговой полиции, например. Дело было не так чтобы очень, но и не совсем мелочевка. Даже мои 10% от сэкономленных сумм составляли около 20 тыс.рублей. Впрочем, здесь, похоже, меня решили продинамить, так как никто не собирался вы-плачивать причитающиеся мне деньги, хотя спор был урегулирован мною уже более месяца назад. То есть я разъяснил сторонам, что если делу придать официальный оборот, то будут такие-то и такие-то результаты. Но неужели из-за этого? А, может быть, причина — моя журналистская деятельность? Да нет.
Здесь у меня полный абзац. Никакого прогресса. Все эти мысли про-мчались у меня в голове мгновенно. Я попытался их скрыть от присутствую-щих в комнате и, присаживаясь за стол, улыбнулся и произнес как можно любезнее:
-Добрый день! Сергей. А это Оксана! Мы к Ане.
Оксана, между тем, молчала. Молчал какое-то время и седовласый. Затем он достал из пачки «Мальборо», валявшейся на столе, сигарету, закурил и предложил мне. Я не стал отказываться. Оксана заявила, что не курит ,понравившись тем самым мне еще больше. Наконец, незнакомец заговорил:
— А вы, собственно говоря, кем будете Ане? Откуда вы ее знаете?
Здесь вступила в разговор Оксана. Она рассказала все, как было. А я вдруг обратил внимание на часы, висевшие над камином. Похоже, что на сле-дующую электричку в Кириши я тоже опоздал. Ну, что ж, тогда следует со-общить в контору, что я остаюсь в городе, и договориться о плане работы на день. Но мою просьбу позвонить седовласый игнорировал и выдал следующую информацию:
— Видите ли, дорогие друзья. Ваша Аня исчезла. Так же, как и ее муж. А между тем они задолжали мне очень крупную сумму денег.
— Стоп-стоп-стоп, — вмешался я в его монолог, — нам совсем ни к чему влезать в ваши проблемы. Меньше знаешь — крепче спишь. Поэтому, если Ани нет, то мы извиняемся за беспокойство и, с вашего позволения, сейчас же уда-ляемся. Я вам оставлю свой телефон и, если вам потребуются услуги юриста, журналиста или литератора, то я всегда к вашим услугам.
— Вы юрист? И журналист? И литератор? Весьма интересно! И в какой же газете вы работаете? С какой адвокатской конторой сотрудничаете? Какие книги написали?
— Отнюдь, сударь, — ответствовал я ему, — звезд с неба я не хватаю. Со-трудничаю с одной муниципальной газетенкой, публикуюсь как литератор в основном за свой счет, в литературном альманахе, а юридические услуги ока-зываю клиентам, которые платят копейки за урегулирование мелких споров в сфере гражданского законодательства.
— Ну что же. А ваша спутница, значит, совершенно случайная знакомая? Весьма допускаю тот вариант, что не имеете никакого отношения к Ане и ее мужу, но, как говорится, береженого Бог бережет. Поэтому не обессудьте, но вам придется на какое-то время задержаться здесь. Обустраивайтесь. Угощайтесь. Если что еще потребуется — обращайтесь к Владу, — он указал на парня у камина, — а я пока кое-что выясню.
Я посмотрел на Влада и, встретившись с ним взглядом, невольно вздрогнул. Хотя и прошло уже более шести лет, но я узнал его. Это был тот са-мый Влад, с которым мы когда-то были почти друзьями. Тот самый Влад, ко-торого я вытащил из банды. Тот самый Влад, который оставил мне координаты своих врагов на тот случай, если с ним что-либо случится. Тот самый Влад, с которым мы вместе пытались создать охранное предприятие. Тот самый Влад, с которым мы немало исколесили по свету в поисках красивых женщин и приятного времяпрепровождения. Этот самый Влад спокойно выдержал мой взгляд и даже намека не дал на то, что он меня помнит. Седовласый вышел. Влад делал вид, что ему на нас наплевать. Оксана совсем растерялась и смотрела на меня громадными глазищами, в которых читалось, что вся надежда у нее только на меня.
— Ну что ж, Оксана, — обратился я к ней, наливая в бокал вина, -давай выпьем за знакомство, что ли.
— Давай, — неожиданно согласилась Оксана.
Закусив фруктами, мы стали болтать на отвлеченные темы. Про себя я подивился самообладанию Оксаны. То ли она не понимает, что происходит, то ли она со мной играет, то ли она действительно обладает незаурядными ка-чествами, в частности, сообразительностью.
— Влад, — обратился я к нашему охраннику, — а нет ли у нас чего-нибудь горяченького? Мы, понимаешь ли, с мороза. Слегка замерзли. Кстати, как поживает твоя жена? Ведь ты, кажется, женился на Любе из банка?
Влад бросил возиться с камином. Подошел к столу.
— Люда, а не Люба. Ты забыл, Сергей. Но лучше тебе не упоминать, что мы с тобой знакомы. Ты влип в нехорошую историю. Костя Барков, похоже, кинул Бульдозера. А ты, надеюсь, о нем слышал. Я-то не при делах. Просто под его крышей был. Ну, за неимением кадров меня вот временно на период раз-борок мобилизовали, вспомнив мою бурную бандитскую молодость. Я ни возникать, ни обращаться в ментовку не стал. Во-первых, у меня жена и маленький сын, а во-вторых, я опустился до торговли носками. Но это приносит немалый, а, главное, постоянный доход. И никаких хлопот, никаких перестрелок, никаких драк… Отстегиваю регулярно сумму — и все…
— А я-то, Влад, грешным делом думал когда-то, что мы друзья. И, пом-нишь, как-то даже пришел к тебе за помощью в мужской силе, когда у меня была критическая ситуация…
— У меня была беременная жена. Я не мог рисковать здоровьем, может, и жизнью своего будущего ребенка. Она и так через истерику тогда дала добро на встречу с тобой. И ты же видел, даже на эту встречу меня одного не отпустила. Она была рядом… Но полно о
прошлом. У тебя сейчас ситуация не проще. Я хрен тебе поверю, что ты здесь оказался случайно.
— Между тем, Влад, это факт. Но Оксану я здесь оставлять не собираюсь, ни при каких обстоятельствах.
— Но ты знаешь хоть, кто с тобой разговаривал?
— Без малейшего понятия.
Все время нашего разговора Оксана переводила свой смертельный для мужчин взгляд с меня на Влада. Она, похоже, действительно ничего не понимала.
— Ну ладно, — резюмировал Влад, — прекратим наши трогательные вос-поминания. Я на тебя зла не держу, но и своей шкурой рисковать не буду. Если ты в этой истории ни при чем, то скорее всего тебя сейчас отпустят.
— А Оксану?
— Откуда я знаю? Ее сложнее проверить. С Харьковом у нас оперативной связи нет… И вообще, я же тебе говорю, что…
Влад неожиданно прервал разговор и опять усердно занялся камином. В комнату вошел седовласый.
— Мне очень жаль, что приходится вас лишать приятного времяпровож-дения. Но, право же, я при всем своем желании не могу вам сейчас же организовать встречу с Аней, так же, как не могу разрешить вам покинуть эту квар-тиру. Дело в том, что в российском бизнесе сегодня очень многие вопросы решаются вне правового пространства. Я предполагаю, Сергей Виктрович, что вы согласитесь со мной в том, что если пытаться осуществлять коммерческую деятельность в рамках российского за-конодательства, то ни о какой прибыли и мечтать не придется. Между тем мы кое-чего сумели добиться в этой жизни. В крайнем случае, мы перестали быть «шестерками» у государства. Нам приходится надеяться только на самих себя. Но мне кажется, что вы, Сергей Викторович, не должны здесь чувствовать себя совсем чужим человеком. Ведь вы знакомы с Владом. Не правда ли, Влад?
— Да. Мы работали вместе с ним в одном охранном предприятии…
— Более того, Влад, ведь Сергей Викторович в свое время помог тебе ре-шить конфликт с ребятами Большого. Почему ты мне об этом сразу не сказал?
— Сначала я не был уверен, что это он. Шесть лет не виделись. Ну, а по-том меня никто не спрашивал.
— Хорошо, Влад. Хорошо. Но что же нам теперь делать с твоим старым приятелем? Можно ли положиться на его сообразительность?
Влад пожал плечами. А седовласый продолжал:
— Впрочем, насколько мне удалось выяснить, вы, Сергей Викторович, ни-кем не ангажированы. Хотя вы и значитесь в Городской коллегии адвокатов, тем не менее, часто выступаете в качестве независимого юриста.
— Тем не менее, — прервал его я, — определенные принципы мне не чуж-ды. Я могу закрыть глаза на прошлые дела своего клиента, но никогда не ста-ну покрывать его нынешние противозаконные деяния, хотя, и не намерен проявлять собственную инициативу по выявлению, пресечению и прочее…
— Поэтому у вас, Сергей Викторович, и небольшие адвокатские гонорары. Принципиальность в настоящее время не в чести. Те, кого вы считаете людьми честными, не смогут по достоинству оплатить ваш труд…
— Поэтому я предпочитаю читать лекции перед студентами и редактиро-вать газету и альманах, нежели делать упор на адвокатскую практику.
— Ну что же, ваше право! Ваше право! Я надеюсь, что вы правильно пой-мете меня, если я попрошу вас и вашу спутницу задержаться здесь на несколько часов. Вы можете чувствовать себя совершенно свободно, но, правда, в пределах этой квартиры. Мне, право же, очень жаль, что так получилось… Но я здесь ни при чем. Просто стечение обстоятельств…
После этих слов седовласый удалился. Исчез куда-то и Влад.
— Ну что, Оксана, похоже, мы с вами влипли в историю. Что вы по пово-ду всего этого думаете? Почему это они вас ни о чем не спрашивают?
— Я не знаю, Сергей. Честное слово, не знаю. Вы извините, что я вас во все это впутала.
— Да что вы, право. Я, не рисуясь, вам скажу, что за знакомство с вами я готов заплатить куда большую цену. Но… давайте пока не будем обсуждать эту тему. Я почему-то безоговорочно верю в вашу порядочность и непричастность к делам криминальным. Поэтому давайте просто подчинимся обстоятельствам. Так как нам не запретили перемещение в пределах квартиры, то для начала осмотримся по сторонам.
В квартире оказалось восемь комнат. Наверное, когда-то здесь была «коммуналка». Потом ее расселили, сделали евроремонт, и получилась «кон-фетка». В одной из комнат «братки» смотрели по видику какой-то фильм с Ке-вином Костнером. Мне нравится этот актер, и я предложил Оксане задержаться здесь. Тем более, что как-то нужно было убить время до выяснения всех обстоятельств. На мой «привет» и «здравствуйте» Оксаны «братки», которых было пятеро, что-то недружно пробурчали и, едва взглянув на нас, вновь ус-тавились в экран телевизора. Двое из них были без курток, но с наплечными кабурами, в которых угадывались знакомые формы пистолета «Макарова». Да, похоже, мы попали в серьезную компанию. Мы уселись с Оксаной на диванчик и, несмотря на неопределенность ситуации, я не смог отказатся от воз-можности обнять ее. Прижав ее к себе, я вообще потерял контроль над своими чувствами и, уткнувшись носом в ее пышные волосы, зашептал прямо в ушко:
— Оксана, вы просто само очарование. И несмотря на обстоятельства, я очень рад, что познакомился с вами. Представляете, я всю жизнь мечтал о жене, которая будет работать учительницей начальных классов и внешне точ-но такая, как вы.
— Вы что, делаете мне предложение? Не кажется ли вам, что это не со-всем уместно?
— Ну, что вы, Оксана, я просто говорю то, что у меня в голове и на сердце. Я словно опьянел от вашего присутствия… А вы ведь знаете, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке…
Мы еще долго шептались о всякой ерунде. Потом появился Влад и повел нас в дальнюю комнату.
— Будь осторожен, — шепнул он в коридоре, — все это не шутки. Бульдо-зер не любит светиться…
Итак, этот седовласый — Бульдозер. Тот самый Бульдозер, который от-кололся от Большого, сколотив собственную команду, и теперь держит чуть ли не всю розничную торговлю непродовольственными товарами в Санкт-Петербурге. Когда мы вошли в комнату, Бульдозер разговаривал с кем-то по мобильному телефону.
— Я не собираюсь разбираться с каждым «бычком». Мы же давно разгра-ничили обязанности. Почему я должен заниматься твоими вопросами? Хорошо. Я могу войти в твое положение, но тогда мы должны пересмотреть проценты от Баркова… Никуда он не денется. Не гони волну. Он просто блефует. А его баба будет здесь через двадцать минут. Все, договорились. Или ты подключа-ешься, или все, что я возьму, — мое. Через сколько? Хорошо. Я жду тебя один час. Все. Бывай.
Бульдозер отключил трубку. Улыбнулся:
— Ну, вот. Скоро Аня будет здесь. Но все еще никак не могу решить, что же мне с вами теперь делать…
Закончить размышления вслух Бульдозеру помешал шум в коридоре. Он вопросительно посмотрел на Влада. Тот вышел из комнаты, и тотчас же разда-лась автоматная очередь. Мне показалось, что я утратил чувство реальности. Но встревоженное лицо Бульдозера и появившийся в его руке пистолет застав-ляли усомниться в этом. Влад вбежал обратно в комнату:
— Барков, — выкрикнул он и привалился к стене, вытаращив на Бульдо-зера испуганные глаза. В коридоре прозвучало несколько одиночных выстре-лов. В комнате появился еще один «браток»:
— Он Хана уложил, когда тот дверь открывал. Сейчас на кухне за-
сел. Че будем делать-то?
— Ниче, — Бульдозер усмехнулся, — уходим.
— Эй, Барков, — крикнул он в коридор, — кончай дурить. Мы же к тебе как к человеку пришли поговорить. Чего ты сразу за ствол хватаешься? Если ты такой нервный, то и черт с тобой. Мы сейчас уйдем, а ты позвонишь мне, когда угомонишься. Понял? Никто тебя списывать не собирается. Ты нам пока еще нужен. Так что не дури. Тем более, что скоро здесь повится твоя жена и рядом со мной ее подружка с приятелем, которых угораздило в гости с утра пораньше.
— Слышу, — отозвался голос, показавшийся мне ужасно знакомым, -сейчас все твои стрелки покинут мою квартиру, а ты последним… И давайте побыстрее. Без фокусов. Через час у меня здесь встреча с Большим. Ты меня понял, Бульдозер? С Большим. Ты хочешь опять начать войну?
— Хорошо, Барков. Я согласен перетереть твою тему с Большим. А сей-час мы все выходим. И через час я жду твоего звонка на трубку. Мы выходим. Слышали все? Мы выходим.
То, что произошло потом, мне трудно объяснить до сих пор. Переждав некоторое время, Бульдозер велел мне и Оксане оставаться на месте, а сам на-правился к выходу.
— Ну, все, Барков, я выхожу последним. Остались только гости твоей жены.
— Я не жду никаких гостей. Уходят все.
— Не дури. Твоя жена будет здесь с минуты на минуту.
— Куда вы ее дели?..
— Никто ее никуда не девал. Она поехала встречать свою подругу, попа-ла в ДТП, и ее мурыжат в ментовке. Но ее уже отпустили. Она на своей тачке едет сюда. Не дури, Барков. Ведь если бы я захотел, я бы давно покончил с тобой. Я же тебе сказал, что готов перетереть твою тему с Большим.
— Хорошо. Выходи. Через час я позвоню тебе.
Бульдозер вышел. Щелкнул замок на входной двери.
— Эй, гости, выходи в коридор, — раздался голос Баркова.
— Не бойся, — шепнул я Оксане и, обняв ее, сделал шаг навстречу знако-мому голосу.
Ну конечно же, это он, мой университетский дружок. Увидев меня, он опустил автомат:
— Ты как здесь, Серж? Вот те на! Сколько лет не виделись — и вдруг та-кая встреча…
И в этот момент рвануло… Свет погас. Посыпалась штукатурка. Я упал на пол, прикрывая собой Оксану. Когда наступила тишина, я наощупь стал пробираться к выходу. Возле поворота на кухню моя рука скользнула по стене, попав во что-то мокрое и скользкое. Дверь от взрыва покорежило, и можно было протиснуться в образовавшуюся щель. Выбравшись на улицу, мы с Оксаной бросились бежать прочь от страшного дома. Остановились только возле какого-то универсама. Люди удивленно оглядывались на нас — прогуливающихся в такой мороз в брюках и свитерах. В универсаме мы обратились к постовому милиционеру. Я вкратце изложил ему суть дела, умолчав клички и фамилии участников событий. Нас сначала доставили в отдел мили-ции, а затем отвезли на место происшествия. В квартире не нашли никакого оружия. Взрыв произошел от утечки газа. В крайнем случае, такова была официальная версия. Трупов никаких не обнаружили. Милицию вызвали соседи. Выстрелов никто неслышал. Я внимательно осмотрел остатки стен в коридо-ре. Такое впечатление, что их кто-то специально полил кислотой. Но, впро-чем, хозяйка утверждает, что у нее в коридоре на шкафу стояло две банки с со-ляной кислотой. Но самое удивительное, что хозяйку звали не Аней, а Юлей, и Оксану она видела впервые. После столь явного несоответствия осмотра места происшествия нашим показаниям, мне и Оксане еще долго задавали вопросы следственно-оперативные работники различных ведомств и уровней. Наконец, установив наши личности, определили, что по отношению к Оксане имел ме-сто случай неудачного розыгрыша, или же она просто перепутала адрес. А по отношению ко мне… В общем, похлопал меня милицейский чин по плечу и до-верительно изрек, выпроваживая на все четыре стороны:
— Доведут тебя бабы до беды. Не знакомься на вокзале.
Оксана, подавленная, притихшая, сидела у меня в комнате, когда я пы-тался дозвониться до Влада. Наконец, мне удалось узнать его новый телефон. Трубку взяла жена. Оказалось, что Влад уже неделю как в командировке -уехал за очередной партией носков. Когда попытался разыскать Баркова, то от одного из своих бывших сокурсников узнал, что он уже несколько лет как жи-вет в Германии. Оксана наотрез отказалась оставаться в Питере и попросила взять ей билет на ближайший поезд до Харькова. В тот же вечер я проводил ее на вокзал. Через пару дней позвонил по тому телефону, который она мне оставила, надеясь поинтересоваться, как она добралась домой. Спокойный муж-ской голос мне ответил, что по этому номеру телефона никакая Оксана нико-гда не проживала и не проживает…