Для муравьёв я грозен, всемогущ,
непостижим, неясен, многозначен;
Слежу за ними сквозь завесу туч,
что сам же сигаретой обозначил.
Их муравейник приютил лесок –
заветная планета обитанья.
А я, шутя, в ладони взяв песок,
тайфуном смёл несчастные созданья.
Могу землетрясеньем разорить
их миллионный город, взявши палку,
потоп создать, вулканом опалить,
приехав в лес с друзьями на рыбалку.
А муравьи бегут – у них дела…
Двух придавил, как шаловливый школьник.
И сразу их наука поняла,
как грозен мой бермудский треугольник.
Могу, пальнув беспечно из ружья,
их утлый мир обречь на Хиросиму.
Для них апокалипсис – это Я…
Как малые созданья уязвимы!
Философ я и аналогий друг,
и каверзная мысль меня тревожит,
что где-то, в нам неведомом миру,
живёт, следя за нами, грозный Боже?!
