Лазурью манило море. Наблюдая, как играют волны в солнечных обликах, я улыбался. Было легко и хорошо. Я вспоминал её. Как первый раз её увидел, как долго покорял, как мучительно больно было от её холода, а потом жарко и сладко от её любви. Она была только моей, мне это льстило. А у меня было много таких, как она. Точнее, таких, как она как раз и не было, и в глубине души я это и сам понимал…
А волны набегали и одна за другой с грохотом разбивались о камни, превращаясь в пену… Я сел на камни и погрузился в воспоминания…
-Ты не умеешь готовить шейк? — её брови недоумённо взлетели вверх.
— Я даже не знаю что это такое. — спокойно прозвучал мой голос.
— Это очень полезный витаминный напиток. Садись и смотри.
И она начала летать по кухне. Наблюдать за ней было настоящим удовольствием. Каждое её движение было либо угловато неловким, либо небрежно плавным. Середины быть не могло. Апельсины, бананы, яблоки и груши были очищены и лежали в ожидании своей неизбежной смерти под острыми ножами миксера.
— Нельзя так издеваться над фруктами! — улыбнулся я, когда бананы и апельсины полетели в миксер и в одно мгновение превратились в однородную массу.
— А мне нравится быть безжалостной! — в её глазах сверкнули озорные искорки.
Я засмеялся. Да она никому не могла причинить боли, разве что самой себе…
Море успокаивало… Я жадно впивался взглядом в колдовскую синеву, которая растворялась в моём сознании, снова и снова возвращая меня к прошлому…
— Мы сегодня не увидимся. Я не смогу. У нашей компании — культурно-массовое мероприятие! — радостно заявила она мне по телефону. «Наша компания» подразумевала чисто женский контингент, а под культурно-массовым мероприятием следовало понимать поход в ночной клуб.
— Хорошо, созвонимся завтра. Счастливо отдохнуть. — ответил я.
— Пока … — в голосе слышалось плохо скрытое недоумение.
Я положил трубку, но не успев отойти от телефона, услышал его пронзительный звонок.
— Алло.
— Это опять я… Как ты меня спокойно отпускаешь? Даже не просишь остаться, даже не ревнуешь..?
— Я тебе доверяю, и должен уважать твоё желание..
— Спасибо… Я тебя люблю. Пока
И в трубке зазвучали гудки. Так она в первый раз сказала мне, что любит. Она, действительно, любила. Она нечасто говорила эти банальные слова, но в том, как она смотрела, как прикасалась ко мне, как улыбалась всё говорило о её бескорыстной и всецелой любви.
Помню, как однажды утром проснулся и увидел, что она смотрит на меня. Я буквально физически ощутил, как ласкает меня её нежный взгляд, наполненный теплом и любовью. В ту минуту мне захотелось прижать её к себе с такой силой, чтобы она почувствовала всю глубину моих истинных чувств к ней, сказать ей, что она — это самое чудесное и невероятное, что произошло со мной в этой жизни. Но вместо этого я тогда всего лишь спросил: «Ты почему не спишь? Сегодня ведь выходной…» Она молчала, всё так же пристально смотря на моё опухшее от сна лицо. » Ну, раз спать ты больше не хочешь, с тебя — кофе!». Всё так же молча она встала и послушно принесла мне кофе…
Я взял в ладони песок, рассыпая его, сквозь пальцы. Вот также сквозь пальцы я рассыпал то время, растратил, разменял и не заметил, как остался один. Она ушла. А я решил, что это классический финал моего очередного увлечения. И, хотя, сердце ныло, нашёл выход в бутылке. А спустя месяц, длинноногая блондинка стала своеобразным утешением и успокоением.
Я часто вижу её. Смотрю и думаю, а чтобы было, если бы я не дал ей уйти? Если бы отдал ей всю свою нежность, впустил её в свою жизнь, согрел её? Ведь она так хотела этого тепла… Но жизнь как море, волна догоняет волну и устремляется туда, где уже никто и не никогда не узнает что будет дальше…
