Кто может отличить лжеца от честного, а жадного – от щедрого?
Талант от лени, вдохновенье от мигрени и свет от тени?
Киченье и набитость сундуков – от честно нажитых мозолей батраков?
Страх, ужас, трепетанье высокопоставленных за свой живот
От мирного покоя тружеников, спящих как детишки без забот?
Нечистого на руку – от родника с высоких ясных гор,
Что катит свой поток – бодрящий, чистый — всему наперекор?
А может тот, кто сам познал отчаянье и страх?
Кто бездны мрак богатства знал не на словах,
И поспешил избавиться от скверны впопыхах?
Кто сам был вором – и стяжания навек отрёкся,
И брать чужое, что лежит неважно – он зарёкся?
Кто грабил, убивал, душил и ненавидел –
Но свет внезапно увидав – прозрел, увидел
Всю грязь своих поступков. И нету им прощенья…
Но для надежды и раскаянья – им нет забвенья.
И для омытого слезами сердца оживает умиленье…
А может, тот, кто трусом был – ребёнком, в юности, в годах,
Но старость как пришла – и он возненавидел страх?
Решил стать смелым и открыто жить,
Чтоб Людям, Родине, Любви служить?
И Настоящим человеком стать и быть?
Иль тот, кто жил как зверь – без совести и чести,
Обманывал, юлил, завидовал, хамил, бесчестил,
А если радовался, восхищался и хвалил — то всё из мести?
Но совесть – не игра неуправляемых стихий,
И вот наш персонаж лежит простёрт, как дикий
Зверь, что укрощен лишь взглядом, твёрдой волей
Того, кому он по природе должен быть покорен.
Теперь зато он ясно увидал зубов жестокий и немой оскал
Нечистой совести, что рыщет падаль поглотить, словно шакал.
Ему теперь здоровый сон дороже и милее,
Чем находить что побесчестней и подлее.
Так кто же, кто? Кто наш герой? Живой?!
О ком сложить балладу, увековечить думой?
По ходу, сложен наш вопрос, но слабый повод вешать нос…