Чужая жалость угнетает,
и тот невидим человек,
что о свободе не мечтает
и скукой гасит свой разбег.
Когда кругом все виноваты,
Когда и близкие — враги,
Ему больших побед не надо:
Милей — в спине изгиб слуги.
Ему не надо звонких песен,
Которые разбудят мир.
Пусть дом его в пыли и тесен,
Но — там из хлебных крошек пир!
А где-то жизнь течёт другая,
Где трус средь смелых, словно пень.
Чужая жалость угнетает,
Как беспросветный чёрный день.