НЕЧЕГО ОСТАВИТЬ НА ПАМЯТЬ, СЫНОК…
Заехав к матери, чтобы достать из кладовой с антресолей какие-то банки, я наткнулся в дальнем углу на тяжелую коробку, завернутую в холстину. Взяв банки, я прихватил и этот сверток, посмотреть, что в нем находится. Отдав его матери, спросил у нее:
— Слушай, мам, что за клад ты спрятала в кладовке? Я что-то не видел раньше.
— А, этот? Это от бабы Дуси остался. Я уж старая и забыла о нем. Много лет он лежит у нас. Я его с глаз подальше убрала, чтобы вы ненароком не сунулись в него.- Ответила мне мать.
— Какая баба Дуся?
— Ты должен ее помнить. Маленькая такая старушка на первом этаже в угловой квартире жила. Помнишь?
— Что-то не очень…
— Сын у них был старше тебя – Женька. Их отец умер, когда ты еще пацаненком был. А баба Дуся после работы ходила по подъездам, мыла полы. Подрабатывала, чтобы сыну отправить все деньги. Он в институте где-то учился.
— Подожди – подожди… — задумавшись, перебил я ее,- это она таскала постоянно ведра с водой по подъездам? У нее еще привычка была угощать малышню со двора конфетами, да?
— Да. Ребятишки ее любили. Как увидят, что она вышла из подъезда, так сразу к ней бежали. Знали, что у бабы Дуси всегда есть карамельки в кармане. Тихая была, спокойная.- Напоминала мне о ней мать.
— А сын, Женька, здоровый такой был парень. Он же куда-то уехал учиться, да?- спросил я про него.
— Уехал.… Как уехал, в институт и больше ни разу не появился. А она горбатилась, чтобы его там содержать. После ее смерти я сколько раз писала ему о том, что мать оставила для него этот сверток на память, а он так ни разу не отозвался,- с горечью в голосе проговорила она,- ты же тогда с Пашкой помогал нашим мужикам со двора гроб на машину поднимать. Вспомни…
Я, после этих слов, вспомнил и бабу Дусю, и ее похороны…
Тихая и незаметная старушка с лицом иссеченным морщинами. Постоянно в одной и той же юбчонке, латаной кофточке и линялой косынке, а зимой в старой, побитой молью, шали.
Она неустанно, с утра и до вечера, мыла подъезды наших домов. Мороз или снег, дождь или жара, а баба Дуся тащила в очередной подъезд тяжелые ведра с водой. Убирала мусор и отмывала бетонные полы от грязи. И сколько я вспоминал бабу Дусю – она оставалась в моей памяти маленькой, сухонькой старушкой, словно время не касалось ее.
Умерла она в конце марта. Умерла также тихо и незаметно, как и жила.
Мать, возвращаясь из магазина, зашла к ней, чтобы оставить молоко и хлеб, и увидела, что она лежит на диване, будто решила отдохнуть немного от этих тяжелых ведер. Мать тихо прошла на кухню. Оставила на столе покупки и хотела выйти, чтобы не потревожить бабу Дусю. И вдруг что-то почувствовала – подошла к дивану. Свернувшись калачиком, баба Дуся не дышала, а рядом с ней лежал старый, потертый альбом с фотографиями.
Ее хоронили всем двором. Хоронили на собранные соседями деньги. До последней минуты ждали ее сына. Хоть он и прислал телеграмму, что приехать не может, и просит соседей, чтобы похороны прошли без его участия.
Бабу Дусю хоронили в промозглый, холодный мартовский день. Сильный ветер гнал по небу низкие серые тучи, из которых сыпал то сырой снег, то мелкий, похожий на водяную пыль, дождь. Под ногами чавкало серое, грязное месиво из снега и воды. Дома стояли сырые и мрачные. По окнам, которых, словно слезы стекал тонкими струйками снег вперемежку с дождем. Казалось, что проливала слезы даже природа, прощаясь с ней…
Женщины в черных платках, мужики с хмурыми лицами заходили в квартиру проститься с бабой Дусей и, выходя, вытирали украдкой покрасневшие глаза. За много лет, я первый раз увидел ее в новой, чистой одежде, купленной соседками.
Читали молитвы старушки в темных одеждах. Пахло ладаном, какими-то травами и еще чем-то неуловимым и непонятным тогда для меня. Запахом тлена…
Меня поразило ее лицо. Морщинистое, уставшее от постоянной работы, оно было чистым. Куда-то пропали, разгладились все морщины. Ушло с лица выражение постоянной заботы и казалось, что она отошла от всех этих мирских дел, хлопот и находится где-то там – далеко от всех нас…
На подъехавшую с открытым кузовом машину осторожно поставили небольшой гроб с легеньким телом бабы Дуси. Дождь, попадая на ее желтовато-восковое личико, стекал по краю глаз тонкими полосками. Словно баба Дуся плакала, прощаясь со всеми, уходя в свой последний путь.
Машина медленно поехала по двору и все соседи тихим шагом пошли за ней, неся в руках венки из искусственных цветов. И лишь на грязном снегу остались лежать живые ярко-красные гвоздики…
— Мам, а можно посмотреть, что в свертке?- попросил у нее разрешения.
— Смотри…
Я осторожно развернул холстину. Потертый альбом с пожелтевшими фотографиями и еще один сверточек. Открыл его, и застыл.… Передо мной лежали потускневшие от времени два ордена Славы, орден Красной Звезды, несколько разных медалей, среди которых — «За Отвагу» и «За взятие Берлина». А рядом с ними — старенький открытый конверт и неровно оторванный тетрадный листочек, на котором было написано корявым почерком:
— Женечка, сыночек! Я тебя очень прошу, выбери время, приезжай в родной дом. Чувствую, что мне мало осталось жить. Оставить тебе на память мне нечего, кроме альбома — где мы с отцом и ты маленький, да моих наград. Больше у меня ничего нет, кроме этого. Приезжай. Так хочется тебя увидеть в последни…
Письмо оборвалось, оставшись недописанным….
Спасибо, Михаил!
Галина, добрый вечер!
Рад, что понравился рассказ.
Он был написал на реальных событиях.
С уважением, Михаил
Сильно берет за душу Ваш рассказ, Михаил. Очень проникновенно, мне понравилось.
Но у меня есть стилистическое замечание. В словах автора после прямой речи бросаются в глаза лишние местоимения:
«Отдав его матери, спросил (у нее)»; «Ответила (мне) мать»; «Напоминала (мне о ней) мать» — и здесь лучше, на мой взгляд, «вспоминала мать»; «спросил я (про него)» — уточнения, взятые мной в скобки, не нужны, и так совершенно понятно, кто кому и о ком говорит.
С уважением, Ольга
Ольга, спасибо за рецензию!
Ошибки учту. Исправлю.
Рад, что Вам понравился рассказ.
С теплом, Михаил.
Ольга, добрый день!
Исправил все, как Вы объяснили.
Спасибо Вам!
С теплом, Михаил.
Да, жаль, что в жизни такое встречается. Жаль стариков, которые на свою мизерную пенсию содержат великовозрастных детей. Тяжело на это смотреть…
Да, бывают еще такие сынки на свете. Этот сюжет взят из жизни. А награды, мать, до сих пор хранит.
Спасибо, дорогой Михаил…Сколько таких по России…дети, старики, инвалиды…забытые всеми, в том числе и государством…Летом в нашем заповеднике набрёл на подземный город…землянки, где живут люди, как в годы войны…И это в Москве….
Удачи, Миша…
Геннадий.
Лула, добрый вечер!
Я думаю, что так и нужно писать. Нельзя забывать о матери и отце, брате и сестре, о своих родственниках. Но часто в нашей жизни все происходит наоборот. Жаль…
Геннадий, добрый вечер!
Очень страшно, что в наше время люди живут в землянках. И обидно за этих людей… обидно за стариков, о которых забыло наше Государство и Правители. Жаль их… От всей души жаль…
С уважением, Михаил.
Извиняюсь перед Михаилом за то, что под его рассказом выскажусь не на его счёт.
Ирина, я считаю, что Вы не правы, говоря //поскольку молодым интересно совершенно другое: эротика и фантастика//. Я вообще не против этих жанров. Их читают люди и более старшего поколения, но разве можно говорить за всех? Пусть б о л ь ш и н с т в о молодёжи читает эти жанры, но не вся же. Не надо всех ставить под одну гребёнку!
🙂 Думаю для Вас нужно сделать отдельный конкурс по эротике. По-моему, уже что-то подобное было. Нужно посмотреть в архивах конкурсов. Выскажитесь об этом на Круглом столе.
Ирина, а будет ли толк от письма Илье Майзельсу? Ну, выставлю я эти рассказы. Люди станут читать, выставлять баллы. А потом, кому это надо, просто подставит единичку, и рейтинг улетает вниз. Мне уже это делали. Как я понял, тут выигрывают одни и те же авторы. Ни на одном из сайтов я такого не встречал. На ПРОЗЕ приходится воевать, но даже там не "убивают" рейтинг, если текст хороший. А здесь непонятное творится. Посмотрю, что дальше будет. "Убью" все рассказы и уйду с портала.
Ирина! Вы видимо превысили лимит в количествах строк. Содержание обычно сначала не учитывается. В положении по конкурсу должно быть написано, сколько строк должно занимать произведение.
2 Михаил: зачем убивать? практически же Ваши "дети". Забирайте их и идите на другой сайт:).
С ув.,
Ирина, добрый день!
Я завидую Вам белой завистью, что у Вас выходят книги, снимают фильмы. Хоть на иностранном языке, но в Вас заинтересованы. У меня никакой перспективы нет, чтобы здесь издать книгу. Публикаций очень много у меня. Но, чтобы издать книгу, я должен быть членом Союза писателей. А чтобы стать этим членом Союза, у меня должно быть издано не менее двух книг. Замкнутый круг. Даже в рыбацких рассказах, я стараюсь показать красоту нашего края, характеры людей. В издательствах говорят, что рассказы очень хорошие, но они их не издают. Написана повесть о друзьях. Один погиб в Афгане. Второй умер через два года после возвращения оттуда. Я описывал жизнь второго друга, как он вернулся в Россию. А в издательстве мне ответили, что если бы это произошло за рубежом, то мы издали бы вашу книгу. Понимаете? Их не интересует жизнь этих ребят из Росии. Больше я не стал никуда отправлять свои вещи. Сейчас еще одну книгу пишу. И тоже будет лежать в столе. Я не могу издать за свой счет. Стыдно это писать, но я инвалид. На копеечную пенсию мне не вытянуть такое дело. Был бы членом Союза, то может и получилось бы издать. Но остается ходить по замкнутому кругу. Что толку от этих публикаций и побед в конкурсах? Себя утешать, что я еще что-то могу? В "прошлой" жизни, как называю время до инвалидности, я много успел о себе оставить памяти людям, изготавливая резную мебель ручной работы. Хочу успеть и в этой жизни что-то о себе оставить. Но не получается. Тупик, из которого нет выхода. Вот такая моя жизнь, Ирина. Бьюсь, как рыба об лед. А просвета не вижу. Извините, что я такое написал.
С уважением, Миша.
Ирина, Вы давно на этом сайте? Вы знаете, что здесь происходит? И если я говорю, что лучше перейти на другой сайт, то значит, так будет лучше. Я же не предлагаю Михаилу всё здесь удалить и ничего не выкладывать. Если его не признали здесь, то признают в другом месте.
Есть несколько хороших сайтов и если Вы, Михаил, напишите мне, дам несколько ссылок и один хороший совет.
😉
Я тоже так думаю. К чему? Только лишние деньги выплачивать раз в месяц. Или как там у них.
Вы отправляли работы издательствам?
Ирина, я просто хочу оставить память о себе: братьям, с кем я ездил по рекам, знакомым, родственникам. Хотел отдать в Дом престарелых, в детдом, интернат. Это не ради славы, денег. Нет. Просто память.
Алекто, я отправлял рукописи в издательства. Отправлял в спортивные, где выпускают техническую литературу о рыбалке. Разговаривал с гл. редактором. Он хороошо меня знал по публикациям. Сказал, что, если бы я писал "технику", то мои рукописи тогда стали бы издавать. Но такой литературой завалены все магазины!!! Зачем еще добавлять хлам? Потом в одном издательстве мне гл. редактор прямо ответил, что легче выпустить и продать любую дрянь раскрученного автора, чем гениальную вещь неизвестного. Хотя ему мои работы понравились. Я сейчас Вам скину на электронку короткое сообщение.
Ирина, а что я ему напишу? С какой просьбой я должен к нему обратиться?
Ирина, добрый день!
Интересное, заманчивое предложение сделали. Попробовать можно, но получится ли у меня написать его? Вы же видите, что я цепляю темы те, мимо которых люди стараются проходить не замечая. Обратную сторону нашей жизни. Какой нужен объем? Тема? Мне надо полный расклад по роману. Вашу задумку, что Вы хотели бы увидеть. На моей страничке есть адрес электронки. Пишите на него. И присылайте синопсис. Я с ним ознакомлюсь. Всегда интересно делать что-то новое. Главное, чтобы получилось.
С теплом, Миша.
Ирина, Вы прочитали то, что я Вам выслал по электронке?
Юля, добрый день!
Да, этот рассказ заставляет задумываться. Жаль, что при жизни наших родителей, мы мало уделяем им внимания. А они — стержень всей семьи. 20 февраля "ушла" наша мама. Одна смогла воспитать и поставить на ноги шестерых. Я говорил братьям, что они все поймут только после ее смерти, что мать для всех сделала. Жаль, но поняли не все. А осуждать их я не могу. Пусть каждый разберется со своей совестью.
С уважением, Михаил.
Юля, добрый день!
Да, этот рассказ заставляет задумываться. Жаль, что при жизни наших родителей, мы мало уделяем им внимания. А они — стержень всей семьи. 20 февраля "ушла" наша мама. Одна смогла воспитать и поставить на ноги шестерых. Я говорил братьям, что они все поймут только после ее смерти, что мать для всех сделала. Жаль, но поняли не все. А осуждать их я не могу. Пусть каждый разберется со своей совестью.
С уважением, Михаил.
Юля, почему я должен читать мораль, делать выводы? Каждый читатель сам должен во всем разобраться. Задуматься о том, все ли он сделал для своих родителей? Пусть читатель душой поймет эту трагедию. Сам поймет…
Олюшка, когда я написал этот рассказ, не думал, что будет такая реакция. На Прозе он имеет более 90 рецензий.
Это наша боль и действительность.
Святое… Жаль, Татьяна, что в наше время это слово редко стало встречаться.
С теплом, Михаил
Дорогая Дина, это действительность нашей жизни. Раньше старались дать воспитание, хоть и трудно жилось. А сейчас стали гнаться за деньгами, забыв о самом ценном — своих родителях.
С уважением, Михаил