Я — из поэтов. Я люблю осень.
Я люблю тело в носках и перчатках.
Мы не идем. Не целуем. Не просим.
Не хорошо так… прости, опечатка –
МНЕ хорошо так. Мне так честнее.
Ты меня сделал чем-то неглавным.
Второстепенным – так не умею.
И разбежались, как овцы. И славно!
Что было надо? В какую мне сторону?
Преданным псом? Одинокой волчицей?
Я принимаю любовь только поровну
и не могу за тобой волочиться.
Ты не хотел… Ты не настаивал.
Выход один – спокойный и мерзкий.
Помнишь, как там, у Марины Цветаевой –
не по-мужски это, не по-женски.
Люди уходят. Все так одинаково.
Все так обычно: ни крови, ни лезвия.
Просто ушел. Я даже не плакала.
Разве что малость и то – не по трезвому.
Жаль только сердца, большого и общего, —
мы не родные – биться не будет.
Лета в ладонях и нежности – вот чего
жаль. Ну а так – мы счастливые люди.
Все успокоится. Все перетерпится.
Это сейчас только света не видно.
Буду ходить по дорогам, бездельница.
Может, найду, чем украсить обиду.
Участь твоя – не любить меня заживо!
Не говорить обо мне с придыханием!
Что я могла бы? – лучше не спрашивай!
Этот вопрос не для расставания.
Словно аборт. Словно росточек.
Словно ботинком раздавлен безмозглым.
Мы не смогли. Разбежались. Мы – точка.
Вот тебе лодка. Вот тебе весла.
Вот тебе два напоследок задания –
будь одиноким, будь суетливым.
Так ведь хотел? В разрушенном здании
Мне не уютно, мне не красиво…
Сорван спектакль. На сцене нет света.
Что там в конце – мы даже не спросим.
Жму твою руку за сладкое лето.
За поцелуи. Но я люблю осень.
